ПМ (Дьяченко), п.45

письма махатм

Письма Махатм и Их Посланницы

Перевод А.И. Дьяченко

ш

скачать

анг. • рус.

письмо № 45

от кого:	Е.П. Блаватская	написано из: Дехра-Дун
кому:	А.П. Синнетт	получено в: –

содержание: Блаватская сообщает Синнетту о внезапном изменении своих планов по указанию Учителя Мориа («Хозяина») и вынужденном отъезде в Мирут. В письме она обсуждает организационные вопросы (посвящение новых членов, заказ уставов), резко критикует Хьюма за непоследовательность и газету Englishman, делится бытовыми подробностями о своих спутниках и приводит оккультный случай с раненым «Лишённым наследства», объяснённый вмешательством враждебного «Красношапочника».

<<   ☰   >>

англ • аноним (–) • Базюкин (–) • Дьяченко (45) • Рерих (–) • Самара (–)

LBS8 (?)

Письмо 45

Е.П.Б. — Синнетту

Дехра-Дун,

Четверг, [10 ноября 1881 года]

Мой дорогой Младший Хозяин,

Я намеревалась пробыть здесь до понедельника, как вдруг сегодня на рассвете получила указания в субботу утром 12-го двигаться дальше и в воскресенье быть уже в Мируте. Указания — это не шутки, посему я повинуюсь, и это лучшее, что я могу сделать.

С какой стати вы пишете мне так, словно я уже точно собралась ехать в Аллахабад? Как я могу приехать к вам, если мне еще нужно проехать Бароду? И потом, почему меня держат теперь в полном неведении? Вы ни слова не написали мне о Падшахе. Я и не знала, что он уже отправился в Лакхнау, а теперь вдруг получила оттуда телеграмму с просьбой прислать им Хартию. Я отправила ему одну, оставшись в полном недоумении. Как я слышала, в Барейли есть около 17 членов, которых нужно посвятить, — тех, кто присоединились к нам уже давно, но все еще остаются некрещеными в Святом Духе. В результате мне так и не ясно, нужно ли мне ехать в Барейли или нет, ехать ли мне в Лакхнау или нет, ехать ли мне этой или той дорогой в Бомбей. Quién sabe? Все это зависит от прихотей моего Хозяина; и я более чем уверена, что, несмотря на свою юношескую внешность, он стареет и впадает в старческое слабоумие (при всем моем уважении к нему).

Вы считаете, что я совсем не способна собраться с мозгами, и относитесь ко мне почти как к безумной. А что я могу поделать? Как я могу заранее сказать, что поеду туда-то или туда, если в 11-м часу обычно является он и ломает все мои планы, как это было в случае с Лахором. Да и зачем мне ехать в Аллахабад? Чем я смогу вам помочь? Ничем. Если я отправлюсь к вам, значит, мне придется отказаться от Бароды, если, конечно, вы не найдете для меня возможности доехать туда из Аллахабада, не возвращаясь в Тундлу или Дели, что было бы ужасно расточительно. Пишите мне в Мирут. Если вы ответите без задержки, ваше письмо застанет меня там. Пишите для передачи Бабу Балдео Прасаду, члену Теософического Общества, директору Государственного педагогического училища.

Здесь со мной сейчас Чёрч, коллектор, и его жена со Скоттом, и, скажу вам, из всех сквернословящих, клевещущих и порочных женщин она — королева. Я слыву человеком, изредка допускающим непристойности по причине своего природного простодушия и несовершенного знания английского. Она же говорит такие вещи, которые заставляют меня краснеть до корней волос и сгорать от стыда! Лишь один раз взмахнув языком, она опозорит любую женщину и даже не моргнет глазом. И как она только может быть подругой миссис Паттерсон!

У нас новый член, капитан Бэнон из 39-го [полка туземной пехоты] из Гвалиора. Большой ученый, знает санскрит и другие языки, занимается политическими вопросами. Он горит желанием познакомиться с вами и быть посвященным вами в члены Общества, поэтому Скотт пишет ему теперь рекомендательное письмо для вас. Специально для этого он приедет в Аллахабад. В своем письме Скотту он написал: «Будущим летом я, вероятно, поеду в Ганготри. Там есть большой монастырь в Толинге, верховные ламы которого обладают огромными оккультными силами». Толинг — то самое место, где находился К.Х., когда он писал вам свое первое письмо. Но там живут только чела 1-й степени, и я сомневаюсь, станут ли они что-нибудь ему рассказывать или показывать. И все же будет хорошо, если он туда съездит.

Восстановленный сегодня Белый храм монастыря Толинг, относящийся к эпохе позднего царства Гуге (XV–XVII века)

Спасибо вам за то, что вы сделали ради нас с Englishman. Это такая же вонючая сточная канава, как и C. and M. Gazette, ну просто ее кузина.

А знаете, как поступил Хьюм? Он заказал 200 экземпляров Устава с печатью наверху, а теперь, когда они прислали ему счет на 4 рупии, он отказался его оплачивать, заявив, что раз он нам ничего не стоил, то он не будет за него платить. Что ж, я заплачу и, уж конечно, не буду поднимать шум из-за этих 4 рупий, жалких, как и я. Но говорить, что Устав «нам ничего не стоил», — это очень даже премило. Ведь Устав, заказанный и оплаченный Тукарамом Татьей, был без печати и совершенно отличался от этого. Кроме того, он заказал также сначала 150, а потом 500 экземпляров «Фрагментов оккультной истины», сказав, что взял бы себе 200. Затем (еще до вашего отъезда) он опустился до 100, а чуть позже, когда уезжала я, вдруг заявил, что ему «вполне хватит и дюжины». Скажите тогда, ради всего святого, зачем он втянул нас в эти ненужные расходы? Конечно, их можно распродать по 4 анны, но на это уйдет как минимум год, тогда как печатнику надо платить сейчас. Мне нужно было всего 100, и я бы никогда не заказала больше. Но я, конечно, не скажу ни слова; просто впредь буду осмотрительней. Определенно, он весьма странный человек: готов из прихоти разбрасываться тысячами, но как только страсти улягутся, se faisant tirer par les cheveux из-за нескольких рупий.

Бедный Лишенный наследства очень болен. Он поскользнулся на жвачке и едва не сломал обе ноги. Если бы рядом не оказалось другого чела, у которого хватило времени и присутствия духа, чтобы остановить его дальнейшее падение, он бы разбился вдребезги, упав с отвесной скалы в пропасть глубиной 2800 футов! М. говорит, что это дело рук злобного «Красношапочника», который в какое-то мгновение застал юношу без его защиты и, конечно, моментально этим воспользовался; что он неделями бродил вокруг дома, где сейчас нет ни одного адепта, но только трое чела и женщина. Лишенный наследства, конечно, скоро поправится, но этот случай — еще одно доказательство того, что даже чела, причем чела 1-й степени, может иногда оказаться без своей защиты и что несчастные случаи возможны даже в самых опекаемых общинах.

Пожалуйста, обратите внимание на вложение — еще один образчик высоких добродетелей наших христианских братьев. Посылаю вам только обложку [этого памфлета], в который вошла та самая мерзкая статья из Saturday Review и еще одна, прошлогодняя из New York Times. Принадлежащая перу Олькотта часть письма объяснит вам всё.

Напишу из Мирута, если выкрою время. Написал ли вам что-нибудь мой Хозяин? Ваша в Иисусе,

Е.П.Блаватская, урожденная Ган фон Роттенштерн-Ган, ч— подери!

Росс Скотт передает сердечный привет. Как жаль, что вы не слышите, как ругается жена коллектора Чёрча!!

Упомянутая Еленой Петровной статья А.О.Хьюма «Фрагменты оккультной истины» была опубликована в Теософисте в октябре 1881 года и стала ответом на письмо австралийского спиритуалиста Уильяма Генри Терри (1836–1913), основателя и редактора спиритуалистического журнала The Harbinger of Light (Вестник Света), выходившего в Мельбурне. С марта 1880 года Терри стал также активным теософом, распространяющим через свой журнал в Австралии идеи Теософического Общества.

Уильям Генри Терри

Учитывая двадцатилетний опыт Терри в области спиритуализма, нетрудно понять, что бесчисленные феномены на спиритических сеансах, которые он не раз видел и сам, заставляли его снова и снова искать их причину, их главный «действующий» фактор. А поскольку «голоса» из того мира не раз сообщали факты относительно уже умерших людей, факты, которых никто из присутствовавших на сеансах не знал и не мог знать, Терри пришел к выводу, что все эти голоса и манифестации вокруг медиумов — дело рук духов умерших людей. В то же время на страницах Теософиста говорилось, что это не так и что развоплощенные духи не имеют возможности проявляться в этом мире.

Письмо Терри, хотя оно и ставило вопрос ребром, было в действительности исполнено не воинственного, но весьма дружеского духа, ибо этот человек уже давно понял глубину и обоснованность взглядов, которые исповедовались теософами. Сам он предчувствовал, что и на этот вопрос у них есть исчерпывающий ответ, но ему хотелось, чтобы этот ответ прозвучал не только для него одного, но и для всех, кто в те годы оказался в его положении. Свое письмо он заканчивал следующими словами:

«Накопленный [спиритуалистами] огромный опыт подобного рода и факты постоянного общения с развоплощенными разумами, которые продолжают сохранять свою личность как бестелесные духи мужчин и женщин, живших прежде на этой земле и дающих нам ментальные и физические доказательства своей власти над разумом и материей, — этот опыт говорит, что позиция теософов, отказывающихся допустить реальное участие этих бестелесных духов в тех чудесных явлениях, которые в настоящее время волнуют умы всех цивилизованных наций, выглядит совершенно нефилософской. <...> Однако если мои Восточные собратья смогут указать мне на какую-то ошибку в моих аргументах или выдвинут рациональную теорию для объяснения тех самых феноменов, которые я приписываю бестелесным человеческим духам, то я со своей стороны приложу все силы, дабы пролить как можно больше света знания не только в кругу нашего [теософического] братства, но и в более широком масштабе — в кругу братства всего человечества, у которого меньше возможностей обрести это знание, чем у тех, кто находится в наших рядах; ибо эта работа, в моем понимании, и есть сущность Теософии» (Теософист, октябрь 1881, стр. 18).

Ответ на подобное письмо, возможно, впервые в истории Теософиста, был написан не членом редакции и не индусом (и тем более не кем-то из Братства), но британским чиновником в Индии очень высокого ранга, что само по себе удивительно. Но не зря же Елена Петровна уединилась с ним и с Синнеттом на такой долгий срок в Ротни Касл и потратила на англичан массу своего времени и нервов. Первым плодом этого уединения и стала статья Хьюма, в которой западному миру впервые было выдано семеричное строение внутреннего человека.

Мы надеемся, что читатель в той или иной степени уже знаком с ним, однако существует причина, и довольно веская, по которой ниже будет приведен фрагмент из этой статьи. Все дело в том, что в схеме, опубликованной Хьюмом (далее она будет называться ранней схемой), принцип Буддхи, как отдельный принцип в человеке, опущен. Как известно, в последующих классификациях он обычно занимает 6-ю позицию. Вместо него в ранней схеме перед Атмой (7-м принципом) в качестве 6-го принципа назван Высший Разум, про который в то же время сказано, что этот 6-й принцип является Духовным Эго человека. Последнего пояснения вполне достаточно, чтобы понять, что в схеме Хьюма принцип Буддхи также присутствует, только в неявной форме, будучи объединенным вместе с Высшим Разумом. Ибо, как изложено в «Тайной Доктрине» с ее привычной классификацией человеческих принципов, «Духовное Эго, то есть Высшее Я, состоит из нерасторжимого союза Буддхи (6-го принципа) с духовным цветом Манаса, то есть с 5-м принципом» (SD, II, p. 230–231). К этим словам Елена Петровна там же добавляет: «Неправильно называть Христом, как это делают некоторые теософы, Буддхи, шестой принцип в человеке. Последний сам по себе является пассивным и латентным принципом, духовным проводником Атмы, неотделимым от проявленной Всемирной Души. Только в союзе и в соединении с Само-сознанием принцип Буддхи и становится Высшим Я, этой божественной мыслящей Душой. Если уж и называть какой-то принцип Христом, то седьмой» (SD, II, p. 231).

В силу названного различия высшая триада человека, его бессмертная духовная сущность, оказывается в ранней схеме дуадой, союзом 6-го и 7-го принципов. Конечно, эта трансформация чисто номинальная, ведь 6-й принцип ранней схемы сам по себе оказывается составным, и высшая триада, конечно, остается триадой. Однако при чтении следующих писем читатель не должен забывать об этом чисто номенклатурном различии. Также нужно понимать, что в рамках ранней схемы 5-м принципом становится низший манас, который в союзе с 4-м принципом этой схемы — кама-рупой (телом желаний) — образует уже низшую дуаду.

Таким образом в рамках ранней схемы судьба обычного человеческого существа после жизни на земле выглядит следующим образом: смерть физического тела влечет за собой быстрый распад 1-го, а также 2 и 3-го тел, ибо последние два тесно связаны с телом физическим и не могут существовать независимо от него. Остается переживающая физическую смерть тетрада, или четверица, которая состоит из низшей (4 и 5-й) и высшей дуады (6 и 7-й принципы). Именно решающее сражение между этими двумя дуадами спустя некоторое время после смерти человека и определяет его последующую судьбу, как это будет объяснено далее в письмах.

Ранняя схема использовалась в переписке как минимум до начала 1883 года, и лишь с появлением в 1883 году новой книги Синнетта «Эзотерический Буддизм» была дана новая схема, в которой принцип Буддхи был выделен отдельно и обозначен привычным для нас номером: «6. Духовная Душа — Буддхи».

Фрагменты оккультной истины

...Если мы заглянем за завесу слов, которая так или иначе скрывает идеи как спиритуалистов, так и оккультистов, последние окажутся не столь уже и радикально расходящимися с представлениями нашего корреспондента, как это ему видится. Ибо здесь, как и во многих других случаях, расхождение, кажущееся непримиримым, обязано в значительной степени разным смыслам, вкладываемым в одни и те же термины обеими сторонами. «Слова, — как сказал, кажется, Бэкон, — весьма затуманивают мудрость мудрейших и, подобно татарскому луку, стреляют обратно — в умы тех, кто слепо следует за ними»; короче говоря, в данном случае конфликт взглядов между спиритуалистами и оккультистами обязан исключительно тому факту, что первые называют словом «дух» известные останки почивших человеческих существ (качества и способности которых (останков) они явно переоценивают), тогда как оккультисты относят слово «дух» к высшим принципам человеческой природы, а в названных останках видят простые эйдолоны, или астральные симулякры реального духа.

Чтобы лучше понять точку зрения оккультистов, необходимо сказать несколько слов о строении живого человеческого существа. Даже спиритуалистическая теория учит, что человек троичен и состоит из (1) высшего духа, или «духовной души», как называли его античные философы, (2) его оболочки — эфирной формы, или тени нашего тела, которую неоплатоники называли «животной душой», и (3) физического тела.

Хотя с одной точки зрения такое деление в целом правильно, но все же, согласно оккультизму, для прояснения наших представлений об истинном строении внутреннего человека и для рассмотрения этапов его посмертной эволюции необходимо провести дальнейшее подразделение этих трех сущностей и разложить их на составляющие их принципы. Такой анализ, будучи практически неизвестным западному миру, сталкивается с определенной трудностью выбора подходящих английских терминов для обозначения соответствующих оккультных подразделений, однако мы постараемся дать их на самом доступном языке, который только можно найти.

Подразделения спиритуалистов	Подразделения оккультистов
1. Тело	1. Физическое тело — состоит целиком из материи в ее грубейшей и наиболее ощутимой форме. 2. Жизненный принцип (или Jiv‑atma) — одна из форм силы, неуничтожимая и, будучи оторванной от одного набора атомов, немедленно притягивающаяся к другому.
2. Животная душа, или перисприт	3. Астральное тело (Linga Sharira) — состоит из сильно эфиризованной материи. В его обычном пассивном состоянии является точным дубликатом тела, только очень туманным; его активность, уплотнение и форма зависят всецело от Kama Rupa. 4. Астральная форма (Kama Rupa), или тело желания — принцип, наделяющий формой — 5. Животный, или физический, разум (или сознание), физическое Эго — этот разум аналогичен (хотя пропорционально и более высок) разуму, инстинкту, памяти, воображению и т.д., имеющимся у высших животных.[*]
3. Духовная душа, или дух	6. Высший, или духовный, разум (или сознание) — иначе говоря, духовное Эго, в котором, главным образом, и пребывает фокус сознания в совершенном человеке; хотя низшее, более смутное животное сознание со‑существует вместе с ним в № 5. 7. Дух — эманация АБСОЛЮТА; несотворенный и вечный. Это скорее состояние, чем сущность или форма бытия.

---

[*]. Западная наука, разумеется, обычно придерживается той точки зрения, что у животных нет своего сознательного Эго, но это, как мы знаем, ошибка. Да, они лишены духовного сознания, однако ж они обладают животным сознанием. Если бы люди могли вступить с ними в общение, они бы обнаружили не только этот факт, но и то, что многие человекообразные обезьяны обладают разумом и сознанием, лишь немногим уступающим разуму и сознанию безумцев, сумасшедших и некоторых безнадежно развращенных и порочных людей, ставших, фактически, животными из-за временной или даже необратимой утраты еще при жизни своего шестого и седьмого принципов, даже если комбинация остальных пяти принципов все еще остается ненарушенной.

Было ли это туманным преданием, передаваемым из века в век в римско-католической церкви, которая всегда обладала неким тайным знанием об учениях античных мистерий, или же великая душа поэта сама прозревала истину в Астральном Свете, но так или иначе Данте изобразил души некоторых из своих врагов уже пребывающими в «Преисподней», тогда как сами эти люди все еще жили в те дни на земле. Конечно, этот осколок истины, воплощенный в его поэме, был совершенно искажен вредным влиянием преобладавшего тогда суеверного представления о материальном Аде, но нет ничего невозможного в том (и современному Западу это еще предстоит узнать), что души некоторых из таких злобных людей могли уже отойти (хотя и не в мифический Ад), тогда как сами люди все еще продолжали жить. — Редакция Теософиста.

Метаморфоза, называемая нами смертью, затрагивает непосредственно лишь первые три составляющие человека. Тело разлагается [на атомы], дабы они вошли в новые комбинации; жизненная сила рассеивается, чтобы помочь оживить новые организмы, а астральная человеческая форма (Линга Шарира) умирает вместе с телом.

Остается четыре принципа. Как правило (за исключением случаев высших адептов), далее происходит одно из двух — в строгом соответствии с Универсальным Законом Сродства.

Если при жизни духовное Эго было материальным в своих склонностях; если оно искало наслаждения в материальных объектах и фокусировало свои желания на них; если оно удовлетворяло свои земные вожделения, — тогда после смерти оно продолжает слепо цепляться за низшие элементы своей посмертной комбинации, а собственно дух отделяется от них и уходит прочь. Проследить его дальнейший путь — задача, выходящая за рамки обсуждаемого вопроса, ибо оставшиеся принципы (в которых и сосредоточено личное, или животное, сознание) расстались с ним навсегда, а для исчерпывающего освещения дальнейшего пути духа потребовалось бы полное изложение всей философии оккультизма; сейчас же достаточно только сказать, что дух уходит (не взяв с собой ни единого фрагмента индивидуального сознания того человека, с которым он был временно связан), чтобы продолжить выполнение своей миссии, все еще направляемый и управляемый непреодолимым циклическим импульсом, который изначально и выбросил его сюда из-за вуали первичной космической материи.

Если же, с другой стороны, еще при земной жизни Эго имело склонность к вещам духовным; если его устремления, образно говоря, были обращены в простор «небес»; если оно, будучи как бы взвешено на весах, склонило бы их чашу скорее в сторону духовных, чем земных составляющих (с присущими им желаниями) той сложной комбинации, в которой оно было действующим лицом, — тогда после смерти оно будет тяготеть к духу и вместе с ним перейдет в смежный так называемый мир следствий (который, на самом деле, есть состояние, а не место). И там, очистившись от большей части своего все еще остающегося материальным налета, оно с помощью духа разовьет из себя новое Эго, чтобы родиться вновь (после краткого периода свободы и наслаждения) в следующем, более высоком мире причин — в объективном мире, подобном этому нашему нынешнему глобусу, но более высоком на духовной шкале, где материя и материальные склонности и желания уже не играют такой важной роли, как здесь.

Сцена из египетской Книги Мертвых (фрагмент из папируса Хунефера, писца фараона Сети I, XIII век до н.э.). Анубис ведет за руку умершего (Хунефера) на суд в Аменти (загробный мир). Затем он взвешивает его сердце и устанавливает баланс на весах Истины Маат. Стоящий справа Тот ведет учет всех деяний умершего. Чудовище Амат ожидает вердикта. Если сердце умершего оказывалось тяжелее пера Маат, чудовище пожирало его сердце, что равносильно первому исходу в статье Хьюма. Если же оно, наоборот, было легче, значит покойный вел духовную жизнь и оказывался достойным предстать перед троном Озириса; тогда он попадал на поля Иалу, место блаженства праведников — мир следствий и состояние «свободы и наслаждения» во втором исходе, описанном Хьюмом.

В обоих случаях речь, безусловно, идет не о Суде как таковом, не о вынесении приговора о Спасении или Проклятии, о Рае или Аде, но исключительно о действии Универсального Закона Сродства, или Притяжения, который заставляет Эго в одном случае цепляться за более материальные, в другом — за духовные компоненты перешедшего черту и теперь разрываемого смертью агрегата.

Так вот, ни во время своего созревания в субъективном мире следствий, ни в период своего временного наслаждения (в своем вновь возродившемся Эговстве) плодами добрых дел, своей доброй Кармы на земле, ни после своего нового рождения в более высоком объективном мире причин Эго не может опять возвращаться в этот наш мир. Во время первого названного периода оно, скажем так, дремлет и может выйти из этого состояния, в котором оно созревает и развивается, не более, чем может выйти из материнской утробы ребенок, чтобы нанести нам визит до окончания сроков беременности. Во второй период, каким бы эфирным и очищенным от грубой материи возрожденное Эго ни было, оно все еще подчиняется физическим и универсальным законам материи. Оно не может, даже если бы захотело, преодолеть пропасть, отделяющую ее состояние от нашего. Оно может быть посещаемо людьми в духе, но оно не может спуститься в нашу грубую атмосферу и прийти к нам. Оно притягивает, но оно не может быть притянуто, его духовная полярность являет непреодолимое препятствие для этого. После перерождения в более высоком мире (и вне зависимости от физической невозможности какой-либо связи между его миром и нашим для всех, кроме самых высочайших адептов), новое Эго стало уже новой личностью; оно утратило свое старое сознание, связанное с его земным опытом, и получило новое сознание, которое постепенно наполнится новым опытом в этой более высокой сфере. Несомненно, придет время (только случится это на много ступеней выше по лестнице эволюции), когда Эго вновь вспомнит все свои прежние ступени существования, но пока что, в следующем, более высоком по сравнению с нашим мире причин, или мире активности, новое Эго будет помнить о своем земном пути не более, чем мы сами на этой земле помним о жизнях, предшествовавших настоящей.

Именно поэтому оккультисты и утверждают, что никакие духи умерших не могут проявляться или принимать участие в феноменах на спиритических сеансах. Тому же, что может там проявляться и принимать в них участие, оккультисты отказывают в названии «духи».

Но что же в таком случае может там проявляться? Мы отвечаем — это всего лишь животные души, или перисприты, умерших.

После того, что мы уже сказали, может показаться, что согласно нашему предыдущему объяснению такой ответ был бы уместен в случае духовно-мыслящих индивидуумов; в случае же материально-мыслящих людей мы должны назвать их животную душу плюс духовное Эго, или сознание. Но это не так. Сразу же после отделения духа, будь то в момент смерти или (что иногда, как мы уже намекали, случается) даже раньше физической смерти, духовное Эго рассеивается и перестает существовать. Оно есть результат действия духа на материю; для большей ясности мы могли бы описать его как сочетание духа с материей — совершенно так же, как пламя есть результат сочетания кислорода с той субстанцией, которая им окисляется, и потому пламя вполне может быть описано как сочетание этих двух вещей. Удалите кислород — и пламя исчезнет; удалите дух — и исчезнет духовное Эго. Чувство индивидуальности в духе не может существовать без сочетания его с материей. Так чистые планетарные духи, когда они еще только низвергаются в круг необходимости, лишены индивидуального сознания и обладают только абсолютным сознанием, разделяемым ими со всеми фрагментами духа, которые пока совершенно свободны от сочетания с материей. По мере того как они, вступая в зарождение, спускаются по лестнице и постепенно все больше и больше облекаются в материю, изолируясь от вселенского духа, растет и чувство индивидуальности, духовное Эговство. Но как же тогда в конце, шаг за шагом поднимаясь по восходящей дуге круга, в момент воссоединения с универсальным, абсолютным сознанием они в то же время вновь обретают и все свои индивидуальные сознания, которые были развиты ими на каждой ступени своего нисходящего и восходящего движения? — Сие есть одна из высочайших тайн.

Но вернемся к духовному Эговству, развитому на этой земле; если оно слишком окрашено материей, чтобы последовать за духом в его восходящем пути, оно тотчас же отрывается от него. Оставшись в земной атмосфере без поддерживающего его духа, который и наделял его существованием, это Эго должно исчезнуть, как исчезает пламя, когда кислород исчерпан. Все материальные элементы, которые в соединении с духом придавали этому Эго устойчивость, устремляются по Закону Сродства, дабы присоединиться к трем другим принципам, составляющим перисприт, или природную душу, — и духовное Эго перестает существовать.

Таким образом, в обоих случаях всё, что остается, всё, что может проявиться в комнате для сеансов, — это оболочки умерших, два принципа, которые мы называем животными душами, или переживающими смерть астральными душами, или животными Эго.

Есть, правда, еще одна вещь, о которой стоит упомянуть. Так же как глина, как говорит Саади, долго хранит аромат роз, которые удостоили ее своим присутствием, так и эфиризованная материя, находившаяся в сочетании с духом, долго сохраняет способность сопротивляться распаду. Чем чище духовное Эго, тем меньше материи (которая в сочетании с духом входила в его состав) оставляет оно после себя, сцепленной с двумя низшими принципами; и, наоборот, чем более нечисто духовное Эго, тем большая масса такой оживлявшейся духом материи остается, укрепляя тем самым останки.

Отсюда следует, что в случае чистого и доброго человека его оболочки распадаются быстро, и такая животная душа, все время находившаяся в подчинении, сама по себе слаба и неактивна. И очень редко, если вообще когда-либо, такие души могут добровольно появиться или как-то проявиться на земле — жизнь таких людей, их желания и устремления были сосредоточены почти исключительно в том, что ушло. Несомненно, существует сила, которая может заставить даже такие оболочки проявиться, — сила, которой учит черная наука некромантии, справедливо осуждавшаяся всеми добрыми людьми древности. Но может возникнуть вопрос, что же здесь плохого? А дело в том, что пока эти оболочки не рассеются, существует определенная симпатия, или связь, между ними и отошедшим духовным Эго, которое находится в состоянии созревания в бездонном чреве смежного мира следствий, и тревожить эти оболочки колдовскими приемами некромантии — значит в то же самое время тревожить находящееся в состоянии утробного созревания духовные Эго.

Мы сказали, что оболочки чистых и добрых людей быстро распадаются, и тем быстрее, чем чище духовное Эго ушедшего; и мы можем добавить, что точно так же быстрота созревания нового Эго пропорциональна чистоте старого Эго, из которого оно развивается. К счастью, современным спиритуалистам некромантия неизвестна, и потому едва ли возможно, чтобы останки добрых и чистых людей появлялись в комнатах для сеансов. Конечно, симулякры некоторых духовных Эго, чья судьба колебалась на весах, чьи склонности (земные и небесные, если говорить по-простому) были примерно равны, кто оставил после себя слишком много материи, сочетавшейся с духом для формирования этих Эго, кто будет долго пребывать в утробном состоянии, прежде чем сможет развить новое Эговство, — такие симулякры, говорим мы, вне всяких сомнений, способны сохраняться дольше и могут иногда проявляться в исключительных условиях в комнатах для сеансов с туманными проблесками сознания своих последних жизней. Но даже эти проявления, в силу обстоятельств данного случая, будут редкостью, и эти симулякры никогда не будут активными или разумными, поскольку более сильные части их воли — более высокие уровни их интеллекта — ушли из них.

Природа не проводит жестких и слепых линий, хотя в балансе сил даже очень небольшие различия в противоположных энергиях могут привести к совершенно разным исходам. Все существа переходят от одного конца цепи к другому незаметно, почти неощутимыми шажками, и человек не может точно определить ту степень чистоты умершего, при которой добровольное возвращение его останков через медиумов становится уже невозможным. Но не будет никакой ошибки, если мы скажем в широком смысле, как закон, что только останки недуховно-мыслящих людей, чье духовное Эго погибло, и есть то, что появляется в спиритических комнатах и что спиритуалисты удостаивают титула «духов умерших».

Оболочки эти часто бывают сильными и высокоразумными. Они — те животные души, в коих еще сохраняются основные части их интеллекта, их силы желаний и знания, которыми они обладали, когда входили в состав полного человеческого естества. К тому же они дополнительно усилены ре-ассимиляцией материи, оживлявшейся прежде духом, с которым эта материя сочеталась и составляла их духовные Эго. Они продолжают существовать на протяжении очень длительных периодов времени: их горячее желание и тоска по земной жизни заставляет их подбирать материал для продления своего существования из разлагающихся немощных симулякр добрых людей.

Эти эйдолоны оккультисты обычно называют элементариями. Именно они с помощью полуразумных сил природы, которые к ним притягиваются, и совершают большинство чудес на спиритических сеансах. Если наши братья-спиритуалисты настаивают на том, чтобы эти оболочки, эти эйдолоны, лишившиеся своего бессмертия и навсегда распрощавшиеся со своей божественной сущностью, назывались «духами усопших», — что ж, хорошо. Только никакие они не духи; они — от земли, земные, они есть всё то, что остается от мертвых, когда их дух отлетает. Но если, даже поняв это, тем не менее продолжать стоять на своем и называть их по-прежнему тем, чему они воистину являются антитезой, — то это будет уже просто нелепостью.

Пусть же ни у кого не остается иллюзий, кем и чем эти «духи» являются: сотни и тысячи потерянных и опустившихся мужчин и женщин по всему земному шару своим собственным падением свидетельствуют о той деградации, к которой, увы, почти закономерно ведет постоянное подчинение их влиянию через увлечение медиумизмом. И мы, знающие истину, не исполнили бы своего долга, если бы не предостерегли в самых сильных выражениях всех спиритуалистов против этого ложного использования терминов, вводящего их в заблуждение относительно истинной природы и характера тех бестелесных сущностей, которых они так неистово призывают и готовы принимать с распростертыми объятиями.

Теперь спиритуалисты, по-видимому, признают, что наши взгляды могут объяснить и тот огромный поток мусора, полнейшей бессмыслицы и попросту лжи, проливающийся через медиумов, равно как и этот странный разворот, когда столь многие из них, хорошие и честные поначалу, постепенно превращаются в бессовестных обманщиков. Но нам, конечно, станут возражать. Кто-то скажет: «Я много раз беседовал с моим покойным отцом (в целом свете не сыскать человека, более чистого, добросердечного и духовно-мыслящего), и однажды он поведал мне один факт, неизвестный ни мне, ни, полагаю, любому другому живущему человеку, который впоследствии подтвердился».

Нет ничего проще: образ отца был в сознании сына — через него, войдя с ним в контакт, бестелесный элементарий, который (если он принадлежит к одному из более разумных классов) может иногда улавливать некоторые вещи в астральном свете и там и тут смутно различать картины, на которых запечатлены все наши поступки, слова и мысли (картины, которые все мы бессознательно и ежесекундно творим и которые продолжают существовать даже спустя очень долгое время после смерти самих их создателей), этот самый элементарий, говорим мы, сканируя их, без труда выбирает достаточно фактов для своих целей. Затем, материализуясь по своему желанию, используя частично материю, извлеченную из тела медиума, а частично — инертную космическую материю, притянутую к нему с помощью элементалов, или полуслепых сил природы, которых он, а возможно, и сам медиум привлек, этот элементарий проявляется в форме двойника мертвого отца и говорит о вещах, только этому мертвому отцу и известных. Конечно, если бы факт, о котором идет речь, был известен кому-нибудь из присутствующих, то и элементарий, и сам медиум в трансе оба могли бы без труда знать его, но мы намеренно допустили один из тех редких случаев, которые считаются сильнейшими доказательствами «аутентичности духа», как это называется. Разумеется, также и всё, что когда-либо проходило перед сознанием сына, как то: интонации голоса, манеры поведения, маленькие слабости, даже если они и кажутся теперь забытыми, на самом деле неизгладимо запечатлены в его памяти, о чем свидетельствует их немедленное узнавание, когда они воспроизводятся элементарием, выудившим их из этих дремлющих записей.

Но не нужно забывать, что такие случаи, кажущиеся убедительными и совершенными, очень редки и что обычно элементарии, являющиеся как персона А. или Б., если они персонифицируют довольно известных личностей, допускают грубые ошибки и почти всегда так или иначе обнаруживают свой обман. Шекспир и Мильтон диктуют мусор, Ньютон оказывается вопиюще несведущ в своих собственных Принципах, а Платон проповедует странную смесь выродившегося неоплатонического учения и сентиментальной христианской философии и т.д. В то же время, несомненно, в редких случаях призрачные останки очень умных, очень плохих и при этом решительных людей превращаются в бестелесные существа высокого интеллекта, которые выживают в течение длительного периода времени, и чем более порочны и материальны они во всех своих склонностях, тем дольше они избегают распада.

Православная церковь, когда она называет «бесами» сущностей, с которыми в основном и имеют дело на спиритических сеансах, гораздо ближе к истине, чем спиритуалисты, называющие их «духами». Мы вовсе не имеем в виду, что все они поголовно активно злобны, но их магнетические притяжения порочны, и они склоняют и ведут тех, с кем у них много общего, к тем же порочным, материальным страстям, которые погубили и их самих.

Видение Лествицы преп. Иоанном Лествичником (икона XII века, монастырь Св. Екатерины на Синае); маленькие «земные слабости» восходящих раздуваются «бесами» (элементариями) до размера тяжелых оков, и тогда восхождение становится уже невозможным, а падение неизбежным

Разумеется, некоторые спиритуалисты возразят нам теперь, что это не может быть правдой, потому что — несмотря на всю ту массу глупостей и ерунды (если не сказать хуже), которая часто раздается в комнатах для сеансов, — через медиумов не так уж и редко выражаются и самые чистые чувства и действительно высокие идеи и учения.

Однако нужно иметь в виду несколько моментов. Прежде всего, хотя и доказано, что элементарии непригодны для дальнейшего развития и, следовательно, велением непреложного закона выживания наиболее пригодных, обречены в большинстве случаев на распад с утратой личного сознания и на повторное вхождение их элементов в новые комбинации в низших мирах, тем не менее далеко не все элементарии поголовно являются активно злобными. Да, вся их природа склонила чаши весов в сторону скорее материи, нежели духа, и потому они неспособны к дальнейшему прогрессу; однако когда они появляются в круге чистых людей и говорят через всё еще чистого медиума (а очень немногие медиумы, в действительности, остаются таковыми после длительной практики медиумизма), то проявляется лучшая и наименее деградировавшая сторона их природы, и нет ничего невозможного в том, что элементарии могут прекрасно понимать своим интеллектом и даже ценить добродетель, чистоту, возвышенные представления об истине и при этом все же быть неисправимо порочными в своих склонностях. Мы встречаем множество людей, которые питают сентиментальную любовь к добродетели, и тем не менее вся их жизнь есть один сплошной поток похоти и потакания своим вожделениям; какими были люди, такими будут и элементарии, их останки. Если мы иногда с горечью говорим о популярном современном христианстве, то это потому, что мы понимаем, что, при всех его прочих облагораживающих и спасительных устремлениях, именно в этом важнейшем пункте оно ведет мириады душ к уничтожению. Ибо оно сеет веру, будто не так уж важно, что человек делает, если только он в конечном счете верит, что его грехи прощены ему и что благодаря заслугам Иисуса Христа он может избежать кары Господней. Но нет никакого антропоморфного Господа, нет ни Его кары, ни прощения, есть лишь действие естественного закона, запечатленного на вселенной Абсолютом, — закона, который есть просто вопрос баланса человеческих устремлений. И те, чьи деяния и общие склонности оказываются земными, падают с лестницы, редко, очень редко от их личности что-то остается; а те, в ком эти склонности духовны, поднимаются вверх.

Однако мы не можем сейчас входить в разъяснение тех великих вопросов, которые здесь угадываются, и возвращаемся к разговору о высоких или сравнительно высоких учениях, сообщаемых через медиумов.

Так вот, никоим образом не следует думать, что всё, что мы слышим от них, исходит от элементариев. Во-первых, превеликое множество известных медиумов — просто ловкие обманщики. Существуют известные транс-медиумы, особенно женщины, которые постоянно работают над своими так называемыми транс-речами, и они, будучи действительно способными и штудируя хорошие книги, изрекают эссе весьма приличного, а иногда и просто первоклассного свойства. Но в их сообщениях нет никакого «влияния духов», единственная, по-видимому, ненормальная особенность в этих случаях состоит в том, что индивидуумы, обладающие столь прекрасными способностями, соглашаются таким образом проституировать их, и что люди, способные так хорошо и трогательно говорить об истине и чистоте, обрекают себя на жизнь во лжи и безнравственности. Увы! Video meliora proboque, deteriora sequor — этот девиз нашел отклик в сердцах слишком многих людей и во все времена звучал похоронным звоном, оповещающим гибель слишком многих Эго.

Во-вторых, в случае чистых и подлинных медиумов, которые в состоянии транса оказываются всецело под влиянием своего седьмого принципа, авгоэйда греков, все изрекаемые ими наставления исходят из их собственной души; и очень редко таким образом можно получить что-либо, превосходящее собственный разум медиума, когда он пребывает в состоянии духовного восхищения.

Нам могут возразить, что сам медиум в подобных случаях утверждает, будто его наставляет некто судья Эдмондс или покойный епископ из … и т.д., но эти сведения — не более чем проделки зловредных элементариев, которые всегда толпятся вокруг каждого медиума. Если он слишком чист, чтобы позволить им получить над собою власть, они все же, вечно стремясь сунуть палец в каждый пирог, сбивают его с толку и вводят в заблуждение. Только адепт может сознательно и безусловно поставить духовное Эго всецело под контроль духа. Медиумы же, которые делают это в трансе, бессознательно, не понимают, из какого источника они черпают свои восприятия; и любой элементарий, имеющий на них влияние через какую-либо слабость в их характере, может заставить их поверить, что учит их именно он. То же самое, хотя в меньшей степени, происходит с теми редкими, высокими (в силу особой чистоты) медиумами, чье Эго и дух могут вместе парить в астральном свете, когда остальная комбинация принципов находится в трансе, и там читать все самые высокие мысли, которые когда-либо озаряли разум человека. Правда, Эго этих высочайших и лучших медиумов может воспроизвести в этом материальном мире все то, что оно читает в астральном свете, только фрагментарно и в довольно спутанной форме, тем не менее даже такое смутное воспроизведение порой намного превосходит по своему характеру способности как самого медиума, так и всех присутствующих. Как происходит, что эти мысли, выловленные, подобно жемчужинам, из астрального света, часто приписываются самим медиумом «духам», — это мы уже объяснили.

Но еще более распространенным источником «вдохновения» медиумов является ум одного или нескольких присутствующих. Когда медиум находится в трансе, его духовная душа (шестой и седьмой принципы) может читать всё, что записано в уме или памяти тех, к кому она притягивается. В таких случаях высказывания медиума будут вполне соответствовать высшей планке тех, с кем она таким образом оказывается en rapport, и если это чистые, высокообразованные люди, то полученные таким способом наставления будут столь же чистыми и интеллектуальными. Но и в этом случае находящийся в бессознательном состоянии медиум в целом не знает, откуда почерпнуты его восприятия. В своей духовной душе он знает вне всяких сомнений, но в своем сочетании с другими принципами — сочетании, необходимом для написания или произнесения этих восприятий, — он пребывает в полной темноте и может быть введен в заблуждение любым подвернувшимся элементарием достаточной силы, который внушит ему относительно этого пункта любую мысль, какую только захочет.

По правде говоря, медиумизм — это опасная и слишком часто фатальная способность, и если мы выступаем против спиритуализма, что мы всегда последовательно и делали, то вовсе не потому, что мы подвергаем сомнению реальность спиритических феноменов, которые, в чем мы и не сомневаемся, могут происходить и реально происходят (несмотря на множество мошеннических имитаций) и которые наши адепты могут совершать по своему желанию, но без опасности для самих себя. Мы выступаем против него из-за того непоправимого духовного ущерба (мы здесь уже не говорим о чисто физических страданиях), который неизбежно влечет за собой погружение в спиритуализм для девяти из десяти медиумов. Мы видели десятки, вернее, сотни, скажем так, добрых, чистых, честных юношей и девушек, которые, если бы они не пестовали эту губительную способность к восприятию всего, что нашептывают элементарии, могли бы прожить и, скорее всего, прожили бы жизнь, ведущую к высшим целям; но под незаметно действующим пагубным влиянием этих низких, привязанных к земле сущностей они опустились от плохого к еще более худшему, закончив, часто преждевременно, свои жизни, которые не могут привести их ни к чему, кроме духовной погибели.

Это не спекуляции, ведь мы говорим то, что знаем. И если один из пяти медиумов, сделавших использование своих способностей привычной практикой, избегает гибели, которая настигает слишком многих, — эти исключения не могут оправдать спиритуалистов в их желании науськивать и подстрекать толпы профессиональных медиумов, фактически перечеркивающих свое бессмертие при погружении в эти низшие материальные влияния. Практика медиумизма для благих целей добродетельными медиумами, в редких, исключительных случаях, а не как регулярное занятие, медиумами, которые неустанно заботятся об укреплении своей моральной и духовной природы посредством чистой жизни и высоких устремлений, — это одно, но привычная практика, избранная мирским, беспечным, далеким от праведности духом, да еще ради выгоды, — это совсем другое; и никакое осуждение этой последней практики не может быть слишком сильным, как в высших интересах самих медиумов, так и тех, кто приглашает их и сидит с ними.

«Evil communications corrupt good manners» — вечная истина, как бы банально и избито она ни звучала. И никакие худые сообщества не являются столь пагубными, как атмосфера тех тонких влияний, которые исходят от низких, звериных элементариев, толпящихся в спиритических комнатах, облюбованных безнравственными или уже развращенными медиумами. Эти элементарии слишком слабы и низки, чтобы сделать самих себя слышимыми или видимыми, но достаточно сильны в своих жгучих материальных склонностях, чтобы отравлять своим моральным ядом ментальную атмосферу всех присутствующих тут людей.

То, что люди, растерянные и сбитые с толку среди рассыпающихся руин разложившихся религий, хватаются в отчаянии за каждый ключик, который кажется им дающим хотя бы призрачную надежду проникнуть в лабиринт, скрывающий тайну вселенной, но вечно окутанный облаками, — сей факт ничуть не удивителен и не предосудителен. Но тщетно пытаться достичь этой великой истины через медиумов, являющихся добычей каждого праздношатающегося призрака и элементария. Приблизиться к ней можно лишь через ту суровую жизнь познания, самодисциплины и самоочищения, которая преподается в храме оккультизма, и главной дорогой к нему в наши дни является Теософия. <...>

Тем временем к началу ноября в Берхампуре (Бенгалия) был готов образоваться новый филиал Общества, и его будущий президент Бабу Нобин Кришна Баннерджи, активный участник теософического движения в Индии с первых его дней, специально приехал из Берхампура в бомбейскую штаб-квартиру, чтобы получить хартию на его создание и решить все организационные вопросы.

Не застав Блаватскую в штаб-квартире, Баннерджи написал ей письмо, в котором среди прочего высказал одну свою новую идею. До Блаватской это письмо так и не дошло — Махатма М. перехватил его, сам ответил за нее индусу, а письмо Баннерджи вложил в конверт, адресованный Синнетту, вместе со своим посланием, где назвал его идею «зародышем величайшей реформы, могущей привести к самым благотворным результатам, достигнутым Теософическим движением». Идея Баннерджи состояла в том, чтобы привлечь к теософическому движению туземных женщин, организовав для них специальные женские филиалы. И хотя в самом Берхампуре представительницы прекрасной половины Индии просто вошли в состав местного филиала наравне с индусами, тем не менее идея Бабу Нобина Кришны Баннерджи получила свое развитие, прозвучав на всю Бенгалию (где в те времена проживало более 160 миллионов человек): в апреле 1882 года в Калькутте, бывшей в XIX веке столицей не только Бенгалии, но и всей Индии, во время визита туда Блаватской и Олькотта, был организован первый официальный женский филиал — Женское Теософическое Общество под патронажем уже известной нам Элис Гордон, жены полковника У.Гордона, которая взяла на себя обязанности президента филиала. А его душой и лидером стала старшая сестра Рабиндраната Тагора — Сварна Кумари Деви Госал (ур. Тагор, 1855–1932), писательница, поэтесса, драматург, музыкант, композитор и социальный работник, занявшая одновременно посты секретаря и вице-президента филиала. В марте 1883 года, когда число вступивших в него женщин достигло положенной для филиала квоты, миссис Госал обратилась за получением официальной хартии для него.

Сварна Кумари Деви Госал, сестра Р.Тагора

Бабу Нобин Кришна Баннерджи собирался выехать из Бомбея домой в Берхампур 14 ноября и должен был как раз проезжать через Аллахабад. Вот почему Махатма М. в своем письме торопит Синнетта известить Баннерджи в Бомбее, пока тот не сел на поезд, чтобы он сошел в Аллахабаде и встретился в доме Синнетта с ним самим и с Блаватской для обсуждения своей новой идеи.

Сноски

---