письмо № 107
| от кого: | Мориа | написано из: – |
|
кому: |
А.П. Синнетт | получено в: Аллахабад, Индия |
содержание: Краткая история возникновения Теософского общества; сложность работы его основателей Г. Олькотта и Е.П. Блаватской. О памфлете Хьюма.
V45, ML44, ПМ46 (?)
Письмо 107
М. — Синнетту Получено в Аллахабаде в феврале 1882 г.
Вы адресовали свое письмо мне, поскольку еще не знали, что К.Х. снова готов сообщаться с вами. Тем не менее, раз уж вы обратились ко мне, я отвечу. «Делайте так; делайте всеми возможными способами; продолжайте». Результат может быть бедственным для Спиритуализма, даже если реальность феноменов будет доказана, — а значит, он будет полезен для Теософии. Это действительно кажется жестоким позволить бедному сенситивному юноше оказаться в логове льва с риском для себя; но так как принятие или отказ от этого любезного приглашения зависят только от самого медиума, получающего советы и инспирации от своего всесильного и проницательного «Эрнеста», к чему тогда об этом беспокоиться другим!
Поскольку нам с вами, достойный сэр, едва ли теперь придется часто обмениваться письмами, я поведаю вам кое-что из того, что вам следует знать и что может вам пригодиться. 17 ноября текущего года истекает семилетний срок испытания, положенный Обществу при его основании, когда осторожное «проповедование нас» закончится. Некоторые из нас надеялись, что мир уже настолько развился интеллектуально, если не в своей интуиции, что оккультная доктрина могла бы завоевать интеллектуальное признание и сообщить импульс новому циклу оккультных исследований. Другие же — более мудрые, как теперь представляется, — придерживались иного мнения; однако согласие на пробную попытку все же было дано. Тем не менее было поставлено условие, что такой эксперимент должен проводиться вне нашего личного руководства; что не должно быть никакого излишнего вмешательства с нашей стороны. Обдумав все, мы нашли в Америке человека, способного возглавить это дело, — человека большого нравственного мужества, самоотверженного и наделенного другими положительными качествами. Он был далек от идеала, но (как любит выражаться мистер Хьюм по адресу Е.П.Б.) этот человек оказался лучшим из всего имеющегося. С ним мы соединили женщину самых удивительных и исключительных дарований. Вместе с тем у нее были и большие личные недостатки; но даже такою, эта женщина не имела себе равных среди живущих в том, что касается пригодности для этой работы.
Мы послали ее в Америку, свели их вместе, и испытание началось. С самого начала им обоим было ясно дано понять, что исход этого дела зависит только от них самих. И оба они согласились предоставить себя для этого испытания за некое воздаяние в отдаленном будущем, — согласились, как сказал бы К.Х., подобно воинам, добровольно вызвавшимся на Отчаянное Предприятие. В течение вот уже шести с половиной лет они сражаются против таких превосходящих сил, которые бы отбили охоту драться у всякого, кто не работает с отчаянием человека, поставившего на кон и жизнь, и все, что ему дорого, ради почти безнадежного высокого дела.
Достигнутые ими успехи не оправдали надежд их вдохновителей, какими бы феноменальными в некоторых направлениях они ни были. Еще несколько месяцев, и срок испытания закончится. Если к тому времени статус Общества в его отношении к нам самим — то есть вопрос о «Братьях» — не будет окончательно улажен (либо исключен из программы Общества вовсе, либо принят на наших условиях), то это будет последнее о «Братьях» всех форм, цветов, размеров и степеней. Мы просто растворимся из поля зрения публики, подобно испарениям в океане. Только тем, кто во всех испытаниях останется верен себе и Истине, будет позволено в дальнейшем общаться с нами. Но даже им не будет даровано такого права, если они, начиная от Президента и кончая рядовым членом, не свяжут себя самым священным обетом чести хранить впредь нерушимое молчание о нас, Ложе и тибетских делах. Они не смогут даже отвечать на вопросы своих ближайших друзей, невзирая на то, что такое их молчание может способствовать всеобщему принятию за «обман» того, что может просочиться. В этом случае все усилия будут приостановлены до начала другого семеричного цикла, когда — если обстоятельства окажутся более благоприятными — может быть предпринята еще одна попытка, в том же самом или каком-то ином направлении.
Мое скромное мнение состоит в том, что эта нынешняя брошюра Хьюма-Сахиба[1] — весьма интеллектуальная, каковой она несомненно является, — может быть улучшена до такой степени, что она окажет огромную помощь, произведя столь необходимый поворот в делах Общества. И если бы он больше доверял своей интуиции, которая сильна, когда он к ней прислушивается, и меньше доверял голосу того, кто совершенно не выражает общественного мнения (как вы, похоже, думаете) и кто не поверил бы, имея даже 1000 доказательств[2], — то его брошюра могла бы превратиться в одну из самых мощных работ, рожденных в русле нынешнего движения.
Вашими космогоническими вопросами займусь, когда освобожусь от более важных дел. Здоровья и процветания,
М ∴
Сноски