письмо № 55
| от кого: | М. | написано из: – |
|
кому: |
Г.С. Олкотт | получено 28 декабря 1881 в: Бомбей |
содержание: –
LMW(2)34 (?)
Письмо 55
М. — Олькотту Получено в Бомбее 28 декабря 1881 г.
Не ищите меня, Генри, но ждите своего часа. Придет день, когда я исполню все свои обещания.
М ∴
В тот же день, 28 декабря 1881 года, только уже не в Бомбее, а далеко на севере, в Симле, была сыграна свадьба Росса Скотта и единственной дочери Хьюма — Марии Джейн Бёрнли Хьюм.
На этом события и переписка 1881 года заканчиваются. Заглянув в декабрьский номер Теософиста, мы решили привести оттуда лишь одну небольшую статью, которая и завершает этот том.
Сверхъестественные феномены[1],
Ныне покойный Бабу Абхой Чаран Ньюджи, состоявший на службе правительства Бенгалии помощником хирурга, рассказал нам однажды в присутствии многочисленных друзей и знакомых следующую историю.
Одно время он заведовал госпиталем на одной из станций в Северо-Западных Провинциях. Привыкший в теплое время года спать на открытом воздухе, он часто ложился на ночь на открытой террасе, примыкавшей к зданию диспансера. Однажды довольно жаркой ночью он лег в постель и приготовился ко сну. Рядом с его кушеткой стояло несколько кресел. Внезапно какой-то звук, похожий на шуршание одежды или чего-то в этом роде, заставил его вздрогнуть. Открыв глаза, он увидел прямо перед собой своего предшественника, спокойно сидящего в одном из кресел, — покойного помощника хирурга, умершего месяц назад в здании этого диспансера. Бабу Абхой был не из робкого десятка и обладал ясным умом, вполне устойчивым ко всякого рода суеверным страхам или приступам нервозности. Как и следовало ожидать, он ничуть не испугался, но только издал глубокий звук удивления, когда это видение, поплывшее и перемахнувшее через высокую стену, постепенно исчезло. Вся эта сцена случилась в ясную лунную ночь.
Гобинд Прасад Сукул был жителем Натора (округ Раджшахи, Бенгалия). Когда мы увидели его в первый раз недалеко от Берхампура, в Муршидабаде, перед нами предстал худой, жилистый человек старше пятидесяти, с резкими, угловатыми чертами лица и таинственным взглядом, который постоянно что-то бормотал себе под нос. Он строго запрещал всем посетителям входить в дом, где он проживал, всегда облачался в алую хлопчатобумажную ткань и часто захаживал к нам. Бывало, сидя с нами, он брал по нашей просьбе щепоть земли и, положив ее на левую ладонь и прикрыв сверху другой ладонью, начинал дышать в пространство между ними; а спустя минуту-другую, раскрыв ладони ровно настолько, чтобы мы могли заглянуть туда, демонстрировал нам золотую монету или цветок, причем каждый раз нового цвета и вида. Говорят, он общался с «духами». Как известно, благодаря таинственной помощи этого загадочного человека многие люди выигрывали судебные процессы или вновь обретали здоровье даже тогда, когда, казалось бы, никаких надежд у них уже не оставалось.
Заметка редактора. Нам едва ли нужно задерживаться на случае из статьи II, потому как совершенно очевидно, что Гобинд Прасад Сукул был человеком, обладавшим некоторыми и к тому же немалыми оккультными способностями. Но мы скажем несколько слов о «призраке» помощника хирурга. Это был призрак человека, умершего месяц назад — в помещении того самого диспансера, где он жил и в стенах которого испустил свой последний вздох. «Астральный Свет», или (если наши читатели предпочитают более научный язык) эфир пространства, сохраняет на своих чувствительных волнах образы всех существ и вещей, и при определенных атмосферических и электрических условиях, чаще всего при содействии и поддержке жизненного магнетизма «медиумов», картины и сцены, находящиеся на субъективном плане, то есть, невидимые при обычных условиях, могут проявиться в объективности.
Фигура призрака, проявившаяся в ту «жаркую», наэлектризованную «лунную ночь», могла быть лишь случайным и лишенным какого-либо внутреннего смысла отражением в объективности образа того, чей облик прочно запечатлелся на эфирных волнах — вследствие долгого пребывания и смерти этого человека в том самом помещении; но ее появление могло быть также связано с блужданием «животной души», которую индусы называют Кама- и Майяви-рупой, или «иллюзорным телом», умершего. Во всяком случае, только спиритуалисты будут настаивать на том, что «это был дух, или сознательное Эго, умершего помощника хирурга»; оккультисты же утверждают, что это была в лучшем случае «оболочка», или астральная форма, развоплощенного человека, которую они обычно называют «привязанным к земле элементарием».
Приложение 1
Сохранилось немало писем Учителей, которые были написаны еще до начала переписки с Ними англичан — до осени 1880 года. Большинство из них были адресованы Олькотту, который занимал пост президента Теософического Общества с первых дней его существования. Эти ранние письма Учителей включены нами в настоящее приложение.
Поскольку все они, без исключения, были напечатаны в сборнике «Письма Учителей Мудрости», изданном двумя книгами в Адьяре в 1919 и 1925 годах, соответственно, во многих случаях мы будем цитировать комментарии составителя этого сборника — Ч.Джинараджадасы[2], кто в те годы являлся вице-президентом Теософического Общества.
Оригиналы этих писем, оказавшиеся в итоге в архиве Адьяра и некоторых других частных архивах, к сожалению, в наше время доступны не все. В тех случаях, когда переводчик не имел возможности видеть оригинал, перевод делался по первому изданию сборника «Письма Учителей Мудрости».
Самое первое из когда-либо полученных писем от Учителей было вручено в ноябре 1870 года Н.А.Фадеевой, тетке Блаватской, прямо в ее доме в Одессе. В 1884 году она отправила его Олькотту в Адьяр в ответ на его запрос рассказать о нем чуть подробнее, а незадолго до этого, 26 июня 1884 года, она писала ему из Парижа:
«Действительно, года два или три тому назад я отвечала мистеру Синнетту на одно из его писем и рассказала ему, насколько я помню, всю историю с тем письмом, которое я получила феноменальным образом, когда моя племянница находилась на другом конце света. Поскольку никто из нас тогда не знал, где именно она находится, мы все очень тревожились, но все наши попытки что-либо разузнать окончились ничем. Мы уже были готовы признать ее погибшей, как вдруг в 1870-м году или, возможно, вскоре после него я получила письмо от того, кого вы, насколько мне известно, зовете Кут-Хуми. Оно было доставлено мне самым немыслимым и таинственным способом: его мне вручил в моем же доме посланец азиатской внешности, который затем растворился прямо на моих глазах. Это письмо — в котором меня просили ни о чем не тревожиться и заверяли, что она в безопасности, — и теперь находится у меня, только не здесь, а в Одессе. Как только я вернусь домой, сразу же пошлю его вам и буду очень рада, если оно окажется вам полезным.
Простите, но мне трудно, признаюсь, почти невозможно понять, как вообще могут существовать люди, до того глупые, чтобы верить, будто этих персон, кого вы называете Махатмами, изобрела моя племянница или же вы сами! Мне неизвестно, как давно вы их знаете лично, но моя племянница рассказывала мне о них, и очень подробно, уже много лет назад. Она написала мне, что установила и возобновила свои отношения со многими из них еще до того, как села писать свою “Изиду”.
К чему ей придумывать этих лиц? Чего ради? Да и что хорошего могут они ей сделать, если их не существует? Ваши враги, полагаю, не являются ни “мерзавцами”, ни бесчестными людьми. Коль они обвиняют вас в этом — они просто жалкие глупцы. Если даже я, кто всегда была и до самой смерти надеюсь остаться ревностной христианкой, верю в существование этих людей, — хотя и отказываюсь верить во все чудеса, которые им приписывают, — почему другие не поверят? Существование по крайней мере одного из них я могу удостоверить. Кто же мог написать мне это письмо, дабы успокоить меня в тот момент, когда я больше всего нуждалась в таком уверении, как не один из тех адептов, о которых мы говорим? Правда, почерк мне неизвестен, но способ его доставки был настолько феноменален, что никто, кроме адепта оккультных наук, не мог бы такое сотворить. В письме мне было обещано возвращение моей племянницы, и обещание было выполнено. Короче говоря, я отправлю его вам, и уже через пару недель вы получите его в Лондоне[3].
Уважаемый господин и брат, примите выражение моих искренних чувств,
(Подпись), Надежда Фадеева,
Париж, 26 июня 1884»[4]
«Вернувшись в Одессу, мадам Фадеева отправила это письмо полковнику Олькотту, и теперь оно хранится в Адьяре. В нижнем левом углу конверта имеется надпись карандашом на русском языке, сделанная рукою мадам Фадеевой: “Получила в Одессе, Ноября 7, об Лёлиньки-фряюжки, должно, из Тибета. — Ноября [11], 1870. Надежда Фадеева”. Лёлинька было ласкательным именем Е.П.Б.
Письмо написано хорошо известным почерком Учителя К.Х., <...> однако подписано оно не его инициалами, но неизвестным мне знаком. Судя по некоторым ремаркам Учителя М. в одном из его писем, именно он и был этим “посланцем азиатской внешности”, который доставил письмо». (Комм. Ч.Джинараджадасы.)
Сноски
- ↑ Теософист, декабрь 1881, стр. 75.
- ↑ Чуруппумулладж Джинараджадаса (1875–1953), теософ родом с Цейлона, писатель и лектор, с 1945 года четвертый президент Теософического Общества Адьяра. В возрасте 13 лет, став учеником одной из буддийских школ в Коломбо, основанной Олькоттом, он познакомился с теософией. Год спустя Джинараджадаса вместе с Ч.Ледбитером уехал в Англию, где в 1900 году окончил Кембриджский университет. Владея несколькими языками, он много путешествовал по миру, читая лекции и распространяя идеи теософии.
- ↑ В начале 1884 года Основатели приехали из Индии в Европу, и в июне 1884 года Олькотт жил в Лондоне в доме у миссис и мисс Арундейл.
- ↑ См. First Report of the Committee of the Society for Psychical Research, 1884, p. 113–114.