Малахов П.Н. - Может ли теософ не верить в махатм

<div style="color: #555555; font-size: 80%; font-style: italic; font-family: serif; text-align: center;">Материал из '''Библиотеки Теопедии''', http://ru.teopedia.org/lib</div>
Перейти к навигации Перейти к поиску
Малахов Павел Николаевич
Может ли теософ не верить в махатм?

Опубликовано в журнале "Современная теософская мысль", 2020-2 (10)


Основатели современного теософского движения утверждали, что мысли, изложенные в их трудах не принадлежат им самим, но являются лишь пересказом понятого из того чему учат Великие Учителя человечества, которых на ранних этапах развития теософского движения называли Братьями Великой Ложи или просто Братьями, но потом вошло в употребление и закрепилось до сегодняшнего дня слово «махатма». Таким образом для любого человека, считающего себя теософом или даже просто интересующегося теософией важно понять кто такие махатмы, каким знанием они могут обладать и существуют ли вообще.

Ответ будет зависеть прежде всего от понимания слова «махатма». Также будет полезно уточнить значение слова «теософ», чтобы понять во что он может верить.


Махатмы как явление


Идея единой жизни, являющаяся основой теософского мировоззрения, даёт ключи к пониманию многих явлений, в том числе и иерархии разумных существ. Единая жизнь наполняет всё пространство. Всё, что мы видим, знаем или предполагаем находится в ней и является некоторой её частью. Все тела являются клетками одного тела, все существа являются проявлением единой сущности, все уровни сознания отражают градации единого сознания. И, что важно для понимания нашего вопроса, в проявлении единой жизни нет пустот, разрывов или пропусков. Если есть младенец и старец, то должны быть и все возраста между ними. Если есть эгоист, замкнутый исключительно на своих желаниях и отец народа или духовный лидер, заботящейся о нуждах многих людей одновременно, то должны быть многие ступени расширения сознания, позволяющие охватить всё больше и больше взглядов и устремлений. Если есть разные классы существ, то должны быть и представители каждого из них, готовые к переходу в следующий. Имея в виду эту идею неразрывности и плавного перехода одного в другое можно теперь остановиться на одной из промежуточных точек – человечестве.

Сознания, перешедшие недавно из животного класса в человеческий хорошо заметны не только из-за своего вызывающего поведения, но и потому что всем людям эта переходная стадия хорошо известна и знакома на собственном опыте, а значит и легко узнаваема. Распознать то, в чём мы ещё не имели опыта значительно труднее. Для этого к нам приходят на помощь закон аналогий и воображение, но их применение требует развития наблюдательности, невозмутимости, непредвзятости и других важных качеств, каждое из которых само по себе вырабатывается длительным опытом. Поэтому мы гораздо реже замечаем людей, превосходящих нас по развитию. Мы просто не в состоянии различить те ступени озарений, осознаний и достижений, которые находятся между нами, пока сами не ступим на каждую из них. Чем дальше продвинулся человек по направлению к следующему классу существ, чем больше расстояние опыта (пережитых и осознанных состояний сознания) между нами, тем сложнее нам адекватно оценить его мысли и поступки. Это одна из причин их «незаметности» для нас. Другая в том, что их интересы постепенно смещаются в сторону деятельности следующего класса существ, а эта деятельность (как нам говорят) настолько сгармонизирована с деятельностью природы, что по сути является её выражением, или, другими словами, эти люди становятся сознательными проводниками сил природы. То есть они формируют среду нашего обитания. Мы редко замечаем воздух, которым дышим, как таковой, как предмет наблюдения и изучения; мы не обращаем внимание на свет, траву или ландшафт. Точно также мы обращаем мало внимания на источник наших мыслей и переживаний, на то, что мотивирует нас, что выстраивает нашу жизнь, как в ней появляются ключевые события и судьбоносные решения. Однако всё это имеет непосредственное отношение к махатмам, к пониманию их природы, роли и необходимости самого их существования.

Несмотря на то, что понять махатм до конца мы не сможем в силу естественных ограничений, определяемых уровнем нашего развития, но общее понимание картины эволюции позволяет сделать некоторые заключения. Пусть несовершенные и нуждающиеся в дальнейших поправках, но тем не менее достаточно стройные и непротиворечивые, чтобы можно было, опираясь на них, двигаться дальше и постепенно углублять понимание.

Итак, спиральный цикл развития единого сознания проходит стадию нисхождения от состояния единства до состояния максимальной раздробленности и затем стадию восхождения к единству. В своей проявленной части восхождения от материи к духу (то есть в мире форм) сознание проходит через семь царств природы: минералы – растения – животные – люди – духи – боги – единый. Последняя форма, называется формой весьма условно, как фигура речи, как форма существования. Но это особый вид существования, который должно понимать как одновременное существование во всех формах и вне любой из форм.

Этот эволюционный поток не имеет разрывов, это значит, что любое состояние сознания в нём имеет своего представителя, как внутри каждого из царств природы, так и в переходных состояниях. Между минералами и растениями есть лишайники, между растениями и животными есть грибы и цветы-мухоловы, между животными и людьми есть обезьяны и домашние животные, между людьми и духами есть махатмы, бодхисаттвы и т. п. Таким образом существование махатм естественно и необходимо. Состояние махатмы – это будущее любого человека как единицы сознания, так что всё нынешнее человечество рано или поздно достигнет этого состояния, в то время как на наше место придут менее развитые животные сознания, которые разовьются в свой срок до нашего текущего уровня. Этот поток развития сознания безостановочен.


Махатмы глазами людей


Несмотря на то, что махатмы существовали всегда, их открытое пребывание среди людей и, соответственно, память о них имеют свои циклы. Общественное сознание Запада к 19-му веку успело основательно забыть об их существовании, оставив только религиозное почитание отдельных их представителей.

Елена Петровна Блаватская и вслед за ней ближайшие её соратники были пионерами нового цикла, в котором Великие Учителя человечества вышли из забвения, как естественное следствие обнародования теософского мировоззрения. Западное мышление, оторвавшее человека от ангелов и богов, нуждалось в восполнении недостающего связующего звена, чтобы картина единой и непрерывной жизни стала полной. В сознании Востока это звено всегда существовало, но после колонизации значимость и ценность собственной культуры и знаний стремительно падали в глазах каждого нового поколения под интеллектуально агрессивным давлением Запада.

Любое новое знание всегда ложится на густой фон имеющегося. Аналогии и ассоциации перемешивают их и дают собственный (уже изменённый) оттенок в глазах изучающего. Так в «Тайной доктрине» Елена Петровна убедительно показала, как Библейская хронология откладывала сильный отпечаток также и на умы учёных, старающихся мыслить независимо от церковных догм, но исподволь желающих вписать археологические и лингвистические теории в библейские сроки. И поскольку это общее свойство мышления человека, то оно касается всего, с чем тот имеет дело. Понимание махатм тоже не избежало этой участи и вокруг этой идеи возникло множество толков. Склонные к атеизму научные и наукообразные мыслители видели в махатмах выдумку и обожествление обычных людей, либо мошенничество и обман. Умы, склонные к религиозному мистицизму, действительно обожествляли махатм, отодвигая их от людей и делая их образы неясными и запредельными. Необычные способности махатм, конечно способствовали обоим направлениям искажённого восприятия, но это только лишь из-за склонности людей к быстрому суждению и скоропалительным выводам, в виду несостоятельности к тщательному и детальному размышлению. Непредвзятое изучение очень трудно, но именно к нему призывает Е. П. Блаватская, описывая не только феноменальные способности махатм, но и давая непротиворечивую теорию эволюции всех существ, где эти Учителя человечества занимают вполне определённое место.


Махатмы Е. П. Блаватской


Некоторые утверждают, что махатмы, о которых говорила Елена Петровна – это продукт её творческого воображения. Утверждение довольно провокационное, поскольку может пониматься с нескольких сторон. Для простого человека можно дать простой ответ:

Елена Петровна ничего не выдумывала и никого не обманывала, махатмы действительно существуют. Кроме её собственных утверждений по этому поводу как устных так и письменных, необходимость их существования вытекает из идеи непрерывности эволюции сознания как рассмотрено выше. В добавок к этому было много других людей как из её окружения так и совершенно с ней не знакомых, которые также утверждали (и утверждают) их существование[1]. Вера в них и знания о них широко распространены как в Индии, так и в других странах под другими названиями.

Однако, если вы хотите ответить на утверждение какого-то конкретного человека, то нужно прежде всего выяснить, что именно он имеет в виду под своими словами.

Есть люди, рассуждающие в таком духе, что всё кроме Абсолюта или Парабрахмана есть иллюзия и самообман. Такому человеку нечего возразить, разве что обратить его внимание на то, что с этой позиции его мнение тоже неизбежно относится к этой категории и, соответственно, теряет смысл.

Другие мыслители, не впадающие в такую крайность, но рассуждающие в этом же направлении, исходят из того, что всё, с чем мы сталкиваемся, искажается нашим несовершенным умом, а значит на самом деле явления и люди не такие, какими нам кажутся. Исходя из этого они подозревают, что Елена Петровна могла впечатлиться знаниями некоторых людей и подумать, что это и есть махатмы, хотя на самом деле они таковыми не были. Для подтверждения своего мнения они могут привести слова Кут Хуми:

«Нет сомнения, что она заслужила часть этих упрёков; невозможно отрицать, что она увлекается преувеличениями вообще, и когда дело доходит до «раздувания» тех, кому она предана, её энтузиазм не знает границ. Таким образом она из М. сделала Аполлона Бельведерского, её пламенное описание его физической красоты заставило его не раз вскакивать в гневе и сломать свою озоновую трубку, бранясь подобно истинному христианину; также под её красноречивой фразеологией я сам имел удовольствие услышать, как меня превратили в «ангела чистоты и света», только без крыльев»[2].

Однако стоит прочитать это письмо полностью, вдумчиво и непредубеждённо, чтобы не только развеять культ личности Елены Петровны (который действительно затуманивает некоторым взор), но и заметить следующее замечание:

«Вы не можете знать её так, как мы. Поэтому никто из вас никогда не будет в состоянии судить её беспристрастно и правильно. Вы видите поверхность вещей. И то, что вы называете «добродетелью», придерживаясь очевидности, то мы будем судить лишь после того как измерим объект до его наибольших глубин, и вообще, представляем очевидностям самим заботиться о себе».

«Письма махатм» были написаны не Е.П.Б., не для неё и не через неё. Поэтому их можно рассматривать как независимый источник. Приведём ещё одну выдержку из этого же письма:

«Каким бы помешанным энтузиастом она ни была, даю вам честное слово, что она никогда не была обманщицей. Также она никогда не произносила преднамеренной неправды, хотя её положение часто становилось нелепым, так как ей приходилось скрывать многое согласно данным ею торжественным обетам».

Таким образом, читая слова Е.П.Б. нужно понимать, когда она говорит как горячо любящий человек, а когда излагает философскую систему. Как нам поясняют: махатмы, адепты, посвящённые и т. п. – это не безгрешные и идеальные существа, а обычные люди, просто достаточно далеко продвинувшиеся на пути эволюции человека, чтобы суметь понять более тонкие законы природы, в том числе законы, управляющие жизнедеятельностью самого человека. Эти люди, действительно могут делать то, что большинству ещё не доступно, но в целом они продолжают оставаться людьми и продолжают свой человеческий путь. Поэтому если такой человек не сконцентрирован на определённой задаче, то в большей или меньшей мере подвержен слабостям большинства людей: он может забыть что-то или перепутать, приукрасить или сгустить краски, может быть излишне эмоциональным и совершать неразумные поступки. Степень подобных недостатков может быть разная, но эту особенность необходимо учитывать.

Не только в случае с Еленой Петровной, но и во всех остальных случаях, когда изучающий сталкивается с чьим-то мнением и решает насколько слова этого человека отвечают действительности, – во всех случаях придётся научиться различать какая именно природа доминирует сейчас в нём, высшая или низшая, поскольку обе они ему присущи и его сознание находится под влиянием обеих, переходя из одного состояния в другое. Сказанное относится и к нам самим, тем, кто воспринимает говорящего (или пишущего): чем в более высоком состоянии мы находимся, тем более адекватно мы понимаем другого человека. У каждого из нас происходит постоянное взаимодействие как с тонкими духовными вибрациями через интуицию, так и с грубыми материальными вибрациями через страсти и фокус сознания находится в постоянном движении, вибрируя в унисон совершенно разных идей. Эта подвижность даёт нам возможность понимания как таковую, именно она лежит в основе закона соответствий (или является его следствием – в зависимости от точки рассмотрения). Научившись распознавать признаки влияния как высшей так и низшей природы на наше собственное сознание, мы сможем легче замечать аналогичные процессы и в других. Тогда мы сможем с большим пониманием относиться к тому, что один и тот же человек может как отражать истину так и преломлять её, говорить точно и ошибаться, быть последовательным в рассуждениях и сам себе противоречить.

Конечно, есть разница между написанием книги и письма. Каждая страница «Тайной доктрины» была много раз пересмотрена и переписана, в то время как письма как Е. П. Блаватской, так и махатм часто писались второпях, урывками, посреди остальных дел, когда было немного свободного времени. Понятно, что концентрация внимания на тексте была совершенно разной. Беспристрастный исследователь должен всё это учитывать и складывать своё мнение не впадая в крайности.

Не просто отличить махатму от обычного человека, но в этой задаче, пожалуй более важным будет вопрос: зачем нам это нужно? Что нам даст ответ? Изменит ли он что-то в нас, повлияет ли на нашу работу или отношение к кому-то? Насколько уровень развития другого человека важен для нас самих? Эти вопросы напоминают мысль Саади Ширази в поэме «Гулистан, или сад роз» (гл. 8, № 56):

«Мускус является мускусом благодаря собственному аромату, а не из-за того, что был назван духами аптекарем».


Кто такие теософы?


Прежде всего нужно вспомнить, что все мы находимся на разных стадиях понимания жизни, кто-то уделил больше времени изучению её законов и явлений, кто-то – меньше; один исследует в одной области, другой – в другой. У нас у всех не только разный опыт, но и разный способ выражения своих мыслей. Иной раз нам кажется диким и неприемлемым то, что говорит другой человек, считающий себя теософом. Нам кажется, что теософ не может и не должен так говорить. Однако, необходимо отдавать себе отчёт, что сама такая реакция не отвечает теософскому мировоззрению. Она естественна в силу нашего несовершенства, но над этим надо работать.

Теософ – это не тот, кто придерживается теории циклов, принимает законы кармы и перевоплощения, следует закону соответствий и рассматривает все явления в троичном или семеричном ключе, но тот, кто понимает необходимость многообразия мира в том числе на плане идей. Другими словами теософ понимает, что в мире должно быть множество мнений. Также он понимает, что сознание может развиваться только через форму и для молодого сознания нужные малые формы. Узкое мышление в рамках одной религиозной системы или научной школы необходимо для любого развивающегося сознания пока оно не наберёт сил для синтеза и расширения своего кругозора.

Теософ – это не просто член Т.О. или последователь Е. П. Блаватской. Членство в какой-либо организации или следование какому бы то ни было авторитету не даёт этого качества. Теософом становится только человек, способный вмещать в своё сознание несколько мировоззрений, т. е. понимать почему люди придерживаются тех или иных взглядов, понимать какие объективные законы эти взгляды отражают. Для теософа любые термины и схемы – это внешний покров некой идеи, который помогает на начальном этапе угадать её очертания, но который рано или поздно необходимо будет отбросить. Поэтому школы и религиозные конфессии для него являются вторичными по отношению к истине, единственно к которой он стремится. Одно из практических упражнений при постижении закона соответствий заключается в том, чтобы найти в другом мировоззрении синонимы для всех своих понятий, т. е. понять в каком контексте будет прав собеседник. Обычно же происходит обратное – нашей первой реакцией бывает отклик на то, что мы считаем неверным в заявлении собеседника. Переключение с отрицательной реакции на положительную в каждом конкретном случае будет возвращать нас на путь единения и приближать к созданию всемирного братства.

В своём широком смысле теософом себя может считать любой непредубеждённый искатель истины, поскольку именно такое значение закладывалось основателями теософского движения. Соответственно это понятие никак не определяет и не ограничивает предпочтения и веру человека. Теософ может верить в махатм, может и не верить; может доверять убеждениям основателей, и может ставить их под сомнение; он также может менять своё доверительное отношение на критическое и обратно в зависимости от рассматриваемого случая. Главное, что он должен быть честен перед собой, беспристрастен и постоянно стремиться выяснить истину не боясь изменить своё мнение, если оно противоречит фактам и здравому смыслу.


Сноски


  1. См. письмо брахманов по делу Куломбов.
  2. Письмо Кут Хуми к А. П. Синнетту, 1882 год (ML №92, MLB №54).