Религия

<div style="color: #555555; font-size: 80%; font-style: italic; font-family: serif; text-align: center;">Теопедия, раздел '''Елена Петровна Блаватская''', http://ru.teopedia.org/hpb/</div>
Перейти к навигации Перейти к поиску

Древнейшими религиями мира – экзотерически, ибо эзотерический корень или основа одна – являются религии индусов, маздейцев и египтян. Далее следует религия халдеев, как отпрыск предыдущих и теперь совершенно утерянная для мира, исключая следов ее в искаженном Сабеизме, как это ныне толкуется археологами. Затем, минуя некоторые религии, которые будут упомянуты позднее, идет еврейская, эзотерически следуя по линии вавилонской магии, как, например, Каббала; и экзотерически являясь сборником аллегорических легенд, как книга Бытия и Пятикнижие. Прочитанные в свете Зохара четыре начальные главы Бытия являются фрагментом высоко-философской страницы в мировой космогонии; оставленные в их символическом одеянии, они детская сказка, уродливый терний в глазах науки и логики, очевидный результат Кармы. Предоставить им служить прологом к христианству было жестоким мщением со стороны раввинов, знавших смысл своего Пятикнижия. Это был молчаливый протест против их ограбления, и евреи сейчас, конечно, имеют преимущество перед их традиционными преследователями.

Источник: Блаватская Е.П., «Тайная доктрина», т.1, гл.Пролог


Это одна из «семи тайн Луны» [передача своих принципов Земле] и сейчас она выдается. «Семь Тайн», называются японскими Ямбуши, мистиками секты Лао-Цзы и монахами – аскетами в Киото, Дзеноду – «Семью Драгоценностями»; но японские и китайские буддийские аскеты и посвященные, еще более сдержанны, если это возможно, в выдаче своего «Знания», нежели наши индусы.

Источник: Блаватская Е.П., «Тайная доктрина», т.1, ст.6, шл.4, гл.Семеричное подразделение...


Никто не может серьезно изучать древние философии, не отметив, что поражающее тождество понятий во всех них, очень часто в экзотерической их форме и неизменно в их сокровенном духе, есть результат не простого совпадения, но согласованного плана; и что во времена юности человечества существовал лишь один язык, одно знание, одна всемирная религия; когда не было ни церквей, ни верований или сект, но когда каждый человек был священнослужителем для самого себя.

Источник: Блаватская Е.П., «Тайная доктрина», т.1, ч.2, отд.3,


Чтобы вполне усвоить мысль, лежащую в основании каждой древней Космологии, необходимы изучение и сравнительный анализ всех великих религий древности; ибо лишь этим методом основная идея может стать ясной. Если бы точная наука могла подняться настолько высоко, чтобы проследить проявления Природы до их предельных и первоначальных источников, она назвала бы эту идею Иерархией Сил. Первоначальное, трансцендентальное и философское миропонимание было едино. Но так как эти системы с каждым веком стали все более и более отражать особенности народов и, по мере того, как последние, разделившись на отдельные группы, начали каждая развиваться в своем собственном национальном или племенном русле, главная мысль постепенно стала затемняться в силу преизбытка человеческого воображения. В то время как в некоторых странах, Силы или, вернее, разумные Силы Природы были предметом божеского почитания, вряд ли заслуживаемого ими, в других – как например, теперь, в Европе и других цивилизованных странах – сама мысль, что подобные Силы могут быть одарены разумом, кажется нелепой и объявляется ненаучной.

Источник: Блаватская Е.П., «Тайная доктрина», т.1, ч.2, отд.12,


Именно, из экзотерических религий должны мы извлекать основную идею, прежде чем обратиться к эзотерическим истинам из опасения, чтобы последние не были отвергнуты. Кроме того, каждый символ в религии каждого народа может быть прочтен эзотерически; и доказательство того, что он правильно прочтен, когда переложен в соответственные числа и геометрические формы, заключается в чрезвычайной согласованности всех начертаний и символов, несмотря на их большое внешнее различие между собою. Ибо в начале все эти символы были тождественны. Возьмите, например, начальные строки в различных Космогониях: в каждом случае, это Круг, Яйцо или Голова. Тьма всегда соединена с первым символом и она окружает его, как показано в индусской, египетской, халдео-еврейской и даже в скандинавской системе. Отсюда черные вороны, черные голуби, черные воды и даже черные огни; седьмой язык Агни, Бога Огня, называется Кали, «Черный», ибо он был черным, мерцающим пламенем. Два «черных» голубя вылетели из Египта и, опустившись на дубы Додоны, дали свои имена греческим Богам. Ной выслал «черного» ворона после потопа, который есть символ Космической Пралайи, после чего началось истинное создание или эволюция нашей Земли и человечества. «Черные вороны» Одина летали вокруг Богини Сага и «нашептывали ей о Прошлом и Будущем». Каков же внутренний смысл всех этих черных птиц? Тот, что все они связаны с Первичною Мудростью, вытекающей из До-космического Источника Всего Сущего, символизированного Головою, Кругом или Яйцом; и все они имеют тождественный смысл и относятся к Первоначальному Прообразу Человека, Адаму Кадмону, Творческому Началу всего Сущего, состоящему из Воинства Космических Сил – Созидателей Дхиан-Коганов, за пределами которых все есть Тьма.

Источник: Блаватская Е.П., «Тайная доктрина», т.1, ч.2, отд.12,


Прежде чем приступить к показу посредством диаграмм тесного сходства между эзотерическими философиями всех древних народов, как бы они ни были географически далеки друг от другая – будет полезно вкратце объяснить действительные идеи, которые скрыты за всеми этими символами и аллегорическими представлениями и до сих пор так смущали непосвященных комментаторов. Лучше чем что-либо другое это может показать, что религия и наука в старину были теснее соединены, чем близнецы; что они были одно в двух и двое в одном с самого момента их зарождения. Со взаимно обратными атрибутами, наука была духовна, и религия была научна. Подобно андрогинному человеку первой главы «Бытия» – «мужскому и женскому», пассивному и активному, созданному по образу элохима. Всезнание породило всемогущество; последнее требовало применения первого, и таким образом великану была дана власть над всеми четырьмя царствами мира. Но, подобно второму Адаму, эти андрогины были обречены «пасть и утерять свои силы», как только две половины этой дуальности разъединились. Плоды Древа Познания без плодов Древа Жизни – смертельны. Человек должен познать самого себя прежде, чем он сможет надеяться узнать первичное происхождение даже существ и сил, менее развитых по своей внутренней природе, чем он сам. Так и с религией и наукой; объединенные двое в одном, они были непогрешимы, ибо присутствовала духовная интуиция, чтобы заполнить то, чего не хватало ограниченным физическим чувствам. Будучи разъединенными, точная наука отвергает помощь внутреннего голоса, тогда как религия превращается в простое догматическое богословие, – каждая в отдельности – только труп без души.

Источник: Блаватская Е.П. - Разоблачённая Изида т.2 гл.6


Что же до уникальности этического учения Христа, то как мы можем в нее поверить, находя те же самые слова в «praeceptes morales»* Кришны, Гаутамы Будды и других Учителей, живших за тысячи лет до начала христианской эры? Всю суть буддизма мож­но найти в Ведах древних ариев. Священнослужители исказили смысл Вед, и Гаутама Будда стал разъяснять людям подлинную сущность этих книг, сокровенное значение мертвых текстов. Потом и буддийское духовенство стало превратно толковать его учение, в своем искреннем и глупом рвении все дальше отходя от истины.

< ... >

«Не делай другому того, чего не хотел бы испытать по отношению к самому себе», — так говорили Конфуций, Будда и Кришна.

«Я люблю ближнего своего, как самого себя, а Бога — превыше всего на свете», — и это тоже их слова.

«Если слепой ведет слепого, оба упадут в яму», — написано в «Пракхье», «Айтарея-брахмане»* и Ригведе. Если верить Максу Мюллеру и д-ру Хаугу, который был одним из самых образованных санс­критологов наших дней, эти книги уже существовали если не двадцать тысяч лет тому назад, как утверждают брахманы, то, по меньшей мере, за две тысячи лет до Христа.

Не существует ни одного высказывания Христа, которого нельзя было бы найти в Ведах или у Кришны в «Махабхарате».

Вы веруете в Троицу, а мы — в Тримурти (на сан­скрите это буквально означает три лика). Но вы веруете в Троицу, учрежденную церковью: в Бога-Отца, Бога-Сына и Бога Святого Духа в антропоморфном смысле, что подразумевает три индивидуальности в Одной. В том же смысле брахманы верят в Тримурти, куда входят Брахма, Вишну и Шива — Создатель, Охранитель и Разрушитель.

Мы же, последователи чистой, монотеистической* религии и философии древних ариев, веруем в Трои­цу в ее научном, философском и Божественном смысле. Мы веруем и понимаем ее следующим образом: Бог-Отец — это Вселенская Душа, творче­ская сила, создавшая и продолжающая создавать все сущее во всех мирах; Бог-Сын — это мир, пронизывающий все творение, то есть Дух во плоти, чистая и видимая манифестация незримой созидательной силы...

Источник: Блаватская Е.П. - Письмо Фадеевой №2


Если религия, как учат нас священники, является матерью добродетели и счастья, то они давно уже воцарились бы всюду, где есть религия, особенно христианская. Но так ли это? Оглянитесь вокруг, обратите взор к дунайским странам и к Азии, где крест воюет с полумесяцем, а так называемая Истина — с идолопоклонством и невежеством. Возможно ли, чтобы Бог Истины был более внимателен или больше помогал христианам, нежели мусульманам? Сравните статистику преступлений и половых извращений, грехов и всяческих мерзостей в христианских странах и в языческих. На сто преступлений в христианских городах вы найдете у языческих народов от силы одно.

Какой-нибудь буддист, брахманист, ламаист или магометанин не пьет, не крадет, не лжет до тех пор, пока живет в строгом соответствии с принципами своей собственной языческой религии. Но как только появляются христианские миссионеры, как только они просвещают язычника, обращая его в христианскую веру, он становится пьяницей, вором, лгуном, лицемером. Пока эти люди остаются язычниками, они знают, что за каждый грех им воздастся по закону справедливости. Христианин же перестает полагаться на самого себя, он теряет уважение к себе. «Схожу к батюшке, и он меня простит», — как ответил отцу Кириаку один «новообращенный». Неч­то подобное существует и в брахманизме, правда, в меньших масштабах и только в народной вульгарной его форме.

Нет, в мире уже столько религий, а страданий и несправедливости при этом больше, чем когда бы то ни было. И больше всего там, где воцарилось современное христианство, усовершенствованное и прекрасно приспособленное к законам XIX века.

Источник: Блаватская Е.П. - Письмо Фадеевой №4


И весь секрет моего «аватарства» (в которое верят глупцы) в том, что я защищаю право каждого честного человека, будь то буддист, брахманист, джайн, иудей или поклонник дьявола, веровать и поклоняться как ему угодно, если только он делает это искренне. Вот почему я говорю христианину: если ты веруешь в своего Христа, то жи­ви, как жил Христос, и старайся походить на Христа, а не на папу римского или на Лютера. То же самое я говорю и буддисту, приводя в пример Гаутаму Будду, величайшего философа на свете, и доказываю собеседнику, что никто еще не возвестил учения более нравственного, более этичного, более практичного — единственного учения, которое ведет человечество к счастью и покою здесь, в этой юдоли слез и скорби, а не на гипотетических блаженных небесах.

И так с религией любого народа. Я говорю только о древних вероучениях брахманов, зороастрийцев, тех же буддистов — в них одна и та же Истина, один и тот же фундамент; все они основаны на единой, по-прежнему неразрешимой для нас проблеме: как просветлить земную судьбу несчастного, слепого, слабого и глупого человека. Поэтому то здесь, то там одна за другой возникали новые веры, а умные люди изобретали догмы, подобно наркотикам одурмани­вающие сознание стенающего младенческого человечества, вопреки присущему ему здравому смыслу. Так появились различные религии, волшебные сказки о Бове-королевиче*, о небесных царях, восседающих на белых престолах в окружении бесчисленных серафимов и херувимов, которым и восседать-то не на чем и у которых нет рук, чтобы почесать нос, но которые, несмотря на это, умудряются бренчать на арфах и петь целую вечность напролет. «Чем я прогневал Тебя?» — и так далее.

К чему все это ведет? Разве человечество стало хоть чуть-чуть совершеннее, нравственнее или счаст­ливее благодаря всем этим верованиям? Обратитесь к статистике преступлений и сравните их количество в протестантских и католических государствах с данными по языческим странам. Сравните — и вы убедитесь, что (так называемая) христианская религия (!) вместо того чтобы улучшать нравственность, плодит фанатиков, как например, среди евреев, что всегда служило прикрытием и поводом для преследования политических преступников и иже с ними. На Цейлоне 10 преступлений приходится на пять миллионов его жителей, тогда как в любом европейском городе вы насчитаете 500 преступлений на всех горожан. В этом отношении полезно взглянуть хотя бы на Лондон. Такова статистика, а цифры врать не могут. И ведь буддисты не верят ни в Бога, ни в Христа и следуют лишь примеру Будды Шакьямуни и Его пяти заповедям.

Если бы человечество обратилось к своему разуму и вместо того чтобы глазеть вверх, на облака, где нет ничего кроме тумана, смотрело себе под ноги, то насколько же счастливее оно бы стало! Для него бы­ло бы во сто крат лучше, если бы не существовало иной религии кроме чистой, бескорыстной филан­тропии — коллективной и индивидуальной любви к человечеству. «Возлюби брата твоего и ближнего твоего, как самого себя» и «Не делай другим, чего не желаешь чтобы делали тебе». Эти слова были произнесены отнюдь не в первом веке христианства, а за 640 лет до Христа; их изрек Конфуций, как теперь доказано; именно это золотое правило — залог счастья всего человечества.

Источник: Блаватская Е.П. - Письмо Дондукову-Корсакову №4


Внешняя форма идолопоклонства есть лишь завеса, скрывающая истину, как покрывало Исиды. Но эта истина даётся не всем. Для одних завеса скрывает не лик Исиды, а только уходящее в непроницаемую для них тьму, пустое пространство; для других оттуда проливается свет. Неодарённым от природы, тем врождённым у многих, внутренним чувством, которое так метко зовётся у индусов "третьим глазом" или "оком Шивы", гораздо полезнее довольствоваться фантастическими разводами на завесе: таким не проникнуть вглубь непроницаемого мрака, не наполнить пустого пространства. Но тот, кто обладает "третьим глазом" или, говоря яснее, способен перенесть своё зрение с грубо объективной на почву чисто внутреннюю, тот узрит в этом мраке свет, а в кажущейся пустоте различит вселенную... Внутреннее самосознание укажет ему безошибочно, что присутствие Бога тут чувствуется, но не может быть передано, и что хотя выражение его в конкретной форме находит своё извинение в самой горячности желания передать это чувство массам. И вот, хотя ещё порицая в душе форму поклонения, он не станет более открыто смеяться над идолами и верой в них того, кто, неспособный проникнуть за завесу, довольствуется внешностью только потому, что ему трудно, если не совсем невозможно, получить какое-либо подходящее представление о "неведомом Боге".

Источник: Блаватская Е.П., "Из пещер и дебрей Индостана", гл. 32