Блаватская Е.П. - Являются ли чела «медиумами»? (перевод изд. Новый Акрополь)

<div style="color: #555555; font-size: 80%; font-style: italic; font-family: serif; text-align: center;">Материал из '''Библиотеки Теопедии''', http://ru.teopedia.org/lib</div>
Перейти к: навигация, поиск
ЯВЛЯЮТСЯ ЛИ ЧЕЛА «МЕДИУМАМИ»?


Согласно определению, данному в последнем издании «Имперского словаря» доктора права Джона Огилви, медиум — это «человек, через которого, как считается, проявляется и передается посредст­вом животного магнетизма воздействие другого существа; или же это человек, через которого, как утверждается, осуществляются духовные проявления; в частности, считается, что медиумы способны поддерживать связь с духами умерших».

Оккультисты не верят в связь с «духами умерших» в обычном понимании этого выражения по той простой причине, что им известно, что духи «умерших» не могут спускаться к нам и общаться с нами и не делают этого. Кроме того, если бы издатель «Имперского словаря» был оккультистом, он, вероятно, изменил бы выражение «посредством животного магнетизма». Поэтому мы рассмотрим более детально лишь первую часть даваемого словарем определения слова «медиум», где сказано: «медиум — это человек, через которого, как считается, проявляется и передается воздействие другого существа». И, если бы нам позволили, мы бы добавили: «при участии, сознательном или бессознательном, воли этого существа».

Было бы крайне сложно обнаружить на земле человека, который не испытывал бы в той или иной степени воздействие «животного магнетизма» или же активной воли (которая передает этот «магнетизм») другого человека. Когда бравый и любимый солдатами генерал гарцует перед строем, то все взирающие на него воины превращаются в «медиумов». Они переполняются энтузиазмом и без страха последуют за ним на штурм сеющей огонь и смерть вражеской батареи. При этом все они подчиняются общему импульсу и каждый становится «медиумом» других. Самая трусливая душа в такой момент оказывается исполненной героизма, и лишь тот, кто абсолютно лишен способности стать «медиумом» и, стало быть, не поддается эпидемическим или эндемическим моральным воздействиям, составит редкое исключение. И свою «независимость» от остальных такой человек подтвердит бегством с поля боя.

«Оживший пророк» взойдет на амвон, и какие бы нелепицы он ни изрекал, если его жесты, печальный звук его голоса произведут впечатление, он сумеет «тронуть сердца» по крайней мере женской части своей паствы, а если он окажется достаточно силен, то даже скептики, пришедшие освистать его, преклонят колени. Люди приходят в театр, где проливают слезы или умирают со смеха в зависимости от характера представления — пантомимы, трагедии или фарса. Нет человека, за исключением законченных тупиц, на чьи эмоции, а следовательно, и действия, невозможно было бы повлиять тем или иным способом. И значит, через него можно выразить или передать действие другого человека. Поэтому все люди — мужчины, женщины и дети — являются медиумами, а те, кто не являются медиумами, — по сути монстры и выродки, оказавшиеся за рамками человечества.

Таким образом, упомянутое выше определение вряд ли можно счесть достаточным, чтобы объяснить значение слова «медиум» в общеприня­том его понимании, пока мы не добавим к нему несколько слов. Правильнее будет сказать так: «Медиум — это человек, через которого, как считается, проявляется и передается посредством животного магне­тизма воздействие другого существа в анормальной степени при участии активной сознательной или бессознательной воли этого существа». Такое добавление сокращает число «медиумов» в мире и делает его пропорциональным пространству, вокруг которого мы проводим грани­цу между нормальным и анормальным. А определить, кто в действитель­ности является медиумом, а кто нет, не менее трудно, чем сказать, где кончается здравый смысл и начинается безумие. Подобно тому как у каждого человека есть свои маленькие «слабости», каждый имеет и нечто «медиумическое», то есть то уязвимое место, благодаря которому его можно застать врасплох. И первый не может называться безумцем, точно так же как второго нельзя считать медиумом. Мнения по поводу того, в своем ли уме тот или иной человек, нередко расходятся. То же самое может происходить и в случае с медиумами. В повседневной жизни человек может быть крайне эксцентричным, но никто не сочтет его умалишенным, пока его безумства не дойдут до определенного предела, когда он сам уже не отдает себе отчета в своих поступках и тем самым оказывается не в состоянии позаботиться о себе и о своих делах.

Те же самые рассуждения применимы и в вопросе о медиумах. Можно сказать, что к медиумам относятся лишь те, кто позволяют другим существам влиять на себя описанным выше способом в такой степени, что они утрачивают контроль над собой и не имеют сил или воли регулировать свои собственные действия. А такая утрата самокон­троля может быть активной или пассивной, сознательной или бессознательной, вольной или невольной. Она зависит от природы тех существ, которые проявляют указанное воздействие на медиума.

Один человек способен сознательно, по собственной воле подчинить­ся другому существу и стать его рабом. Это другое существо может оказаться человеком, и тогда медиум станет его послушным слугой и будет использоваться им для добрых или дурных целей. Другим «существом» может быть и идея, например, любовь, жадность, нена­висть, ревность, алчность или любая иная страсть, а ее воздействие на медиума будет пропорционально ее силе и степени самоконтроля, сохраняющегося у медиума. Этим «другим существом» может оказаться элементарий или элементал, и тогда несчастный медиум станет эпилеп­тиком, маньяком или просто преступником. Также в роли «другого существа» может выступать собственное высшее начало человека, одно или в сочетании с другим лучом коллективного универсального духов­ного принципа. Тогда медиум будет гением, выдающимся писателем, поэтом, художником, музыкантом, изобретателем и т.д. Если же «другое существо» — одно из тех возвышенных существ, которых называют Махатмами, то его сознательный и добровольный медиум будет называться «чела».

С другой стороны, человек может быть сильным медиумом и при этом за всю свою жизнь ни разу не услышать этого слова, то есть быть медиумом абсолютно бессознательно. Его поступки могут находиться под большим или меньшим бессознательным влиянием его видимого и невидимого окружения. Он может оказаться жертвой элементариев или элементалов, даже не зная значения этих слов и не ведая, что они собой представляют. А в результате он может стать вором, убийцей, насиль­ником, алкоголиком или головорезом... Часто волны преступности распространяются подобно эпидемии, а незримое влияние подчас заставляет человека совершать поступки, совершенно ему не свойствен­ные, никак не соотносящиеся со складом его характера. Человек может быть отъявленным лжецом, которого что-то однажды заставляет сказать правду. Трус способен под воздействием сиюминутных обстоятельств совершить героический поступок, жулик — вдруг проявить небывалую щедрость и т.д.

Медиум может знать источники оказываемого на него влияния (то есть природу существа, чье воздействие проявляется через него), но он может также и не ведать о них. Он может находиться под влиянием своего собственного седьмого начала и вообразить, что между ним и Христом или одним из святых существует связь; он может находиться во взаимодействии с «интеллектуальным» лучом Шекспира и создавать достойные великого поэта творения, воображая в это время, что дух Шекспира избрал его своим орудием. И верит он во все это или нет — от этого его стихи не станут ни лучше, ни хуже. Под влиянием одного из адептов он может создать выдающийся научный труд, не зная, в чем источник его вдохновения, а может вообразить, скажем, что его рукой водит «дух» Фарадея или лорда Бэкона, тогда как все это время он сам действовал как чела, даже не ведая о том.

Из всего сказанного следует, что явление медиумизма заключается в большей или меньшей утрате человеком контроля над собой и что положительная или отрицательная направленность этого действия зависит от того, каково его назначение или результат. А это в свою очередь зависит от уровня знаний медиума о природе того существа, которому он вверяет на время — сознательно или бессознательно — руководство своими физическими или интеллектуальными возможнос­тями. Человек, который, не делая различий, доверяет свои способности влиянию неизвестной силы, без сомнения просто «чудак», который не лучше того, кто оставляет все свои деньги и имущество на попечение первого встречного бродяги. Такие люди встречаются порой, хотя тип этот сравнительно редок. Их можно узнать по идиотическому отсутству­ющему взгляду, по тому фанатизму, с которым они цепляются за свое незнание. Подобных людей следовало бы жалеть, а не обвинять, а если бы это было возможным — просвещать их относительно той опасности, которой они сами себя подвергают. На вопрос же о том, является ли «медиумом» в общепринятом значении этого слова чела, то есть тот, кто сознательно и по доброй воле подчиняет свои ментальные способности высшему существу, которое он знает и в чистоте целей, честности, разуме и мудрости которого он не сомневается, — на этот вопрос читатель должен ответить сам, предварительно поразмыслив обо всем, что здесь было изложено.

Издания

Смотрите также