Блаватская Е.П. - Магические ложи

<div style="color: #555555; font-size: 80%; font-style: italic; font-family: serif; text-align: center;">Материал из '''Библиотеки Теопедии''', http://ru.teopedia.org/lib</div>
Перейти к: навигация, поиск

МАГИЧЕСКИЕ ЛОЖИ

Приходит ложь, ласкающая взор,

Ей сразу верят, люди любят вздор;

Но если Истина терпение теряет,

Без доказательств ей никто не доверяет.

Черчилль


Один из наиболее почитаемых наших друзей-оккультистов задал нам вопрос о возможности создания «рабочих лож» Теософского Общества, которые готовили бы будущих адептов. В ходе развития теософского движения уже указывалось на практическую невозможность искусственного подстегивания этого процесса — причем не один раз, но уже, по крайней мере, раз двадцать. Справиться с естественным стремлением человека как можно скорее разорвать завесу Храма вряд ли возможно. Приобрести божественное знание, как золотую медаль после сданного на отлично — благодаря особому, ускоренному курсу обучения и тренировок — экзамена, мечтает каждый рядовой новичок, недавно приступивший к оккультным исследованиям. Отказ организаторов Теософского Общества от поощрения этих несбыточных надежд уже привел к возникновению дутых Братств Луксора (и Армлейской тюрьмы?), спекулирующих на человеческой доверчивости. Вот образчик проспекта, на который клюнули пару лет назад несколько наших самых преданных друзей и теософов. Его слова действительно похожи на наживку для легковерного пескаря.

«Учеников, постигающих оккультную науку, искателей истины и теософов, разочаровавшихся в своих надеждах на приобщение к Возвышенной Мудрости, свободно распространяемой индусскими Махатмами, сердечно приглашают сообщить свои имена... и тогда, если они будут признаны подходящими кандидатами, после краткого испытательного срока их могут принять в оккультное Братство, которое не похваляется своими знаниями или достижениями, но свободно [по цене от 1 до 5 фунтов за письмо?] и ничего не утаивая учит [самым отвратительным фрагментам из «Eulis» П.Б.Рэндолфа] всему, что сочтет достойным внимания учеников» (читай: обучение на коммерческой основе, наличность поступает учителям, а ученики получают взамен фрагменты учений Рэндолфа и других торговцев «любовным эликсиром»!)[1]

Если верить слухам, то некоторые сельские округа Англии, и в особенности Йоркшир, заполонили фальшивые астрологи и предсказатели судьбы, выдающие себя за теософов, дабы им удобнее было надувать доверчивых состоятельных патронов из высшего общества, поскольку законная добыча подобного рода жуликов — домашняя прислуга и не­оперившаяся молодежь — их, похоже, уже не уст­раивает. И если мы создадим, как было предложено в публикуемом ниже письме редакторам журнала, «магические ложи», не соблюдая при этом жесточайших ограничений при отборе кандидатов в ученики, то вскоре станем свидетелями во сто крат более нечестивой и масштабной дискредитации свя­щенных имен и вещей. В связи с этим главный ре­дактор «Lucifer», перед тем как перейти к письму, хотела бы сообщить своим друзьям о том, что она никогда не имела ни малейшего отношения к так называемому «Г(ерметическому) Б(ратству) Л(уксора)» и что все заявления о противном суть ложь и клевета. Существует тайная организация ***, чей сертификат, или членский билет, из всех имеющих общественный вес современников был выдан лишь полковнику Олькотту; причем название *** было дано этой организации автором «Разоблаченной Изиды» лишь для удобства обозначения[2], поскольку среди Посвященных она именуется по-другому; так же как и персонаж, известный публике под псевдонимом «Кут Хуми», на самом деле известен в кругу своих знакомых под совершенно иным именем. Если бы «Эулианские» фаллицисты из «Г[ерметического] Б[ратства] Л[уксора]» вдруг узнали, как на самом деле называется это общество, они бы безмерно удивились. Но настоящие имена Учителей-Адептов и оккультных школ ни при каких обстоятельствах нельзя раскрывать посторонним, а подлинные имена персонажей, когда-либо упоминавшихся в связи с современной теософией, известны только двум главным основателям Теософского Общества. А теперь, после такого пространного предисловия, перейдем наконец к письму нашего корреспондента. Вот что он пишет:


Один мой друг, мистик от природы, вознамерился создать с группой единомышленников Отделение Теософского Общества в своем городке. Удивленный его медлительностью, я написал ему письмо с вопросом о причинах задержки. Он ответил мне, что слышал, будто Теософское Общество собирается только для разговоров, но не делает ничего на практике. Я же всегда полагал, что Теософское Общество должно иметь ложи, в которых велась бы какая-то практическая работа. Калиостро хорошо понимал тягу людей к чему-то зримому и осязаемому и потому установил Египетский Ритуал и ввел его в обиход в нескольких франкмасонских ложах. В *** графстве у «Lucifer» много читателей. Возможно, с его страниц следовало бы предложить ученикам создавать ложи собственными силами, дабы попытаться объединенными усилиями развить определенные способности сначала в одном из членов ложи, а затем, поочередно, и во всех остальных. Я уверен, что многие захотят примкнуть к таким ложам, что многократно повысит интерес к теософии.
А.


В вышеприведенном письме наш уважаемый и ученый друг вторит голосам девяноста девяти процентов членов Теософского Общества: ибо только один процент из них имеет правильное представление о функциях и предназначении наших Отде­лений. Корень заблуждения кроется в нечетком представлении о том, кто такой адепт и какие пути ведут к этому состоянию. На самом же деле из всех мыслимых для человека предприятий попытка стать адептом представляет наибольшую сложность. Для этого требуются не несколько лет жизни, но неослабные усилия на протяжении многих жизней, за исключением случаев настолько редких, что о них даже незачем говорить, коль скоро они явно идут вразрез с общим правилом. Разумеется, хроники свидетельствуют, что многие наиболее ува­жаемые индийские адепты стали таковыми несмотря на то, что родились в низших и с виду совершенно бесперспективных кастах. Но при этом все понимают, что они поднимались по восходящей линии на протяжении многих предыдущих воплощений, так что в последнем рождении им оставалось сделать только маленький завершающий шаг по пути духовной эволюции, чтобы стать великими живыми адептами. Разумеется, никто не может знать наверняка, что в предложенной нашим другом «А.» идеальной калиостровской ложе не окажется ни одного претендента, достойного принять звание адепта, однако подобная возможность настолько призрачна, что ее вряд ли стоит обсуждать: западная цивилизация воспитывает скорее бойцов, нежели философов, самоуверенных костоломов вместо Будд. Так что план «А.» приведет скорее к появлению медиумов, нежели адептов. Два к одному, что в его ложе не найдется ни одного члена, который сохранял бы целомудрие с самого детства и никогда не отравлял бы свой организм употреблением одурманивающих веществ. А ведь мы ничего пока не говорим о загрязняющих последст­виях дурных влияний повседневного социального окружения. К необходимым условиям для психиче­ского развития, упоминаемым в мистических наставлениях всех восточных религиозных систем, относятся, помимо прочего, чистое место, чистая пища, чистое общение и чистый разум. Сможет ли «А.» гарантировать все это? Разумеется, создание нескольких школ, в которых члены нашего Общества могли бы получать наставления, было бы весьма желательным; и если бы Основатели не были настолько заняты чисто экзотерической работой и мирскими обязанностями, то, возможно, одна такая школа уже давно была бы создана. Но целью этих школ, опять же, не должно быть практическое обучение, как это планировал Калиостро, который, кстати, этим навлек на себя ужасные страдания и не достиг никаких заметных успехов, которые стимулировали бы повторение его печального опыта в наши дни. «Когда ученик будет готов, учитель не заставит себя ждать», — гласит восточный афоризм. Учителям нет нужды выискивать рекрутов в специальных ложах *** графства или натаскивать их под началом каких-то мистических сержантов: ни время, ни пространство не в силах заслонить от них учеников, дорога для них открыта повсюду, куда только может добраться мысль. Как мог такой старый и ученый каббалист, как «А.», позабыть этот факт? И пусть он также не забывает, что потенциальный адепт может находиться где угодно — в городских трущобах Европы или Америки или же в каком-нибудь более чистом и более «культурном» месте, и что какой-нибудь одетый в лохмотья бед­няга, выпрашивающий корку хлеба, может быть «чище душой» и более привлекателен для адептов, чем иной епископ в своей рясе или культурный горожанин в дорогом костюме. Для распространения теософского движения необходим действующий ка­нал, который оросил бы сухие поля современного мышления водою жизни, для этого и нужно повсюду создавать Отделения, в которые входили бы не просто пассивные сочувствующие, подобные дремлющей армии церковных прихожан, глаза которых закрыты, в то время как «дьявол» носится вокруг; нет, такие новобранцы нам не нужны. Нам нужны активные, масштабно мыслящие, искренне и бескорыстно действующие Отделения, чьи участники не разоблачали бы ежечасно собственный эгоизм вопросом: «Что даст мне вступление в Теософское Общество и чем это может мне повредить?», но спрашивали бы себя: «Чем мы сможем помочь человечеству, если присоединимся к этому доброму начинанию и посвятим ему все свое сердце, разум и силу?» Если «А.» убедит своих друзей из графства ***, обнаруживших в себе склонность к оккультизму, рассматривать проблему именно в таком свете, он тем самым действительно сделает доброе дело. Об­щество может обойтись и без них, но их самих не должна устраивать перспектива продолжения деятельности вне Общества.

Более того, можно ли считать целесообразным рассмотрение проекта создания ложи, которая получала бы теоретические наставления от Учителей, до тех пор, пока мы не убедимся в том, что абсолютно все члены будущей ложи признают подлинность источника, из которого к ним будет поступать информация? Разум, заполненный предрас­судками, предубеждениями или подозрениями, не может воспринимать оккультные истины. Их следует постигать скорее интуицией, нежели рассудком, поскольку по природе своей они духовны, а не материальны. Но некоторые люди так устроены, что вообще не могут приобретать знания через свое духовное восприятие, например большинство фи­зиков. Эти приближаются к конечным истинам, стоящим за феноменами существования, крайне медленно или же вовсе топчутся на месте. В Обществе таких немало, и именно они пополняют собою ряды недовольных. Такие люди всегда с готовностью убеждают себя в том, что последующие учения, полученные из того же самого источника, что и предыдущие, неправильны либо испорчены малограмотными чела или даже вмешательством какой-то третьей силы. А в результате возникают подозрения, нарушающие гармонию, и в психиче­ской атмосфере возникают возмущения, пагубно воздействующие даже на самых стойких учеников. Временами тщеславие ослепляет некогда сильную и проницательную интуицию, и тогда разум оказывается наглухо закрытым для всех новых истин и стремящийся к знанию ученик скатывается назад — к тому же, с чего начинал. Сделав какие-то поспешные самостоятельные выводы, до того как учение будет полностью изложено и рассматриваемая тема изучена до конца, человек, даже после того как ему будет указано на его неправоту, чаще всего прислушивается только к голосу самолюбования и остается верен собственным взглядам — все равно, истинны они или ложны. Господь Будда особо предостерегал своих слушателей, чтобы они не строили собственные убеждения на основе традиции или авторитетов, не изучив предварительно самым скрупулезным образом суть проблемы.

Например, один из наших корреспондентов спра­шивал нас, почему он не может сохранить за собою «право сомневаться в подлинности некоторых из так называемых “осажденных” писем, подозревая в них подделки», и объясняет свои сомнения тем, что если некоторые из этих писем несут на себе отпечаток безусловной (для него самого) подлинности, то прочие — по содержанию и стилю своему — выглядят как имитации. Это равносильно тому, что он стал бы утверждать, будто обладает безошибочным духовным зрением и всегда может отличить ложь от истины, хотя сам никогда не встречался ни с одним Учителем и ничего не знает о тайных ключах, позволяющих судить об истинности подобных посланий. Неотвратимым следст­вием его действий с опорою на собственное поверхностное мнение становится равная опасность как объявить истинное ложным, так и объявить ложное истинным. Ибо, какой же критерий может он применять, чтобы распознать, которое из «осажденных» писем является подлинным, а какое — поддельным? И кто, кроме их собственных авторов или тех, кого эти авторы используют в качестве своих секретарей (т.е. чела и учеников), может доподлинно это знать? Ибо из сотни «оккультных» писем едва ли найдется одно, написанное собственной рукою Учителя, от имени которого оно было составлено и отправлено, так как Учителя не имеют ни времени, ни насущной потребности в том, чтобы делать это самостоятельно. И если Учитель говорит: «Я написал это письмо», — это означает только то, что каждое слово в нем продиктовано и запечатлено на бумаге под его непосредственным наблюдением. Обычно письма записывают (или «осаждают») чела, находящиеся либо в непосредственной близи от них, либо на сколь угодно большом расстоянии. При этом Учитель переносит в разум чела те идеи, которые Он хотел бы изложить, а в случае необходимости участвует также и в процессе осаждения картинки. Таким образом, то, насколько точно будут изложены идеи и воспроизведен почерк Учителя, целиком зависит от уровня подготовки чела. А в результате у получателя писем, если он сам не адепт, возникают сомнения в подлинности некоторых из них, и отсюда — соблазн усомниться во всех письмах без исключения: ведь все они, согласно нашим собственным утверждениям, исходят из одного и того же источника и доставлены одним и тем же мистическим путем. Однако из этого вывода следует и другое, еще более печальное умозаключение. Исходя из всего, что ему известно, и из обычных соображений человеческой порядочности и здравого смысла, получатель «оккультных» писем может подумать, что если невидимый корреспондент согласен примириться хотя бы с одной строчкой фальши, написанной от его имени, то даже целая сотня подобных подделок не вызовет у него ни единого слова протеста. А это значит, в свою очередь, что все так называемые оккультные письма, отмеченные одними и теми же признаками, должны иметь одинаковую ценность. И если одно из них вызывает сомнения, то и всем прочим письмам тоже нельзя доверять, включая те, что легли в основу «Оккультного мира», «Эзотерического буддизма» и т.д., и т.п. И почему бы им всем тогда не быть фальшивками, состряпанными ***, «остроумным надувательством» и «подделками», как назвал их изобретательный, хотя и глуповатый посланник «О[бщества] П[сихических] И[сследований]», дабы закрепить в общественном сознании благоговейное отношение к «научной» проницательности и познаниям своих «работодателей»?

А закончится все тем, что вся группа учеников, впавшая в подобное невосприимчивое состояние ума, не сможет сделать ни шагу дальше, так как полностью лишится поддержки с оккультной стороны, и некому будет раскрыть им глаза на многочисленные «волчьи ямы» эзотеризма. И кто в нашем Обществе сможет тогда стать их проводником и наставником? «Все они — слепые поводыри слепых», то и дело попадающие в капканы тщеславия и самонадеянности. А начинается все с распространенной тенденции делать обобщающие выводы на основании фрагментарной информации и провозглашать себя затем оракулами, не освободившись предварительно от действия наиболее отупляющего из всех психических анестетиков — невежества.

Сноски


  1. Документы, выставленные в офисе «Lucifer», а именно — секретные манускрипты, написанные почерком *** (имя вычеркнуто в силу каких-то прошлых соображений), «Провинциального Гроссмейстера Северной Секции». Один из этих документов озаглавлен «Краткий ключ к эулиан­­ским мистериям», т.е. к тантрической черной магии на фал­лической основе. Нет, члены этого оккультного братства «не похваляются своими знаниями», что весьма разумно с их стороны: чем меньше будет сказано, тем меньше придется извиняться.
  2. В «Разоблаченной Изиде», том II, с. 300-301*. Можно добавить, что упомянутое Кеннетом Маккензи* «Братство Луксора» (см. его «Королевскую масонскую энциклопедию»), расположенное, по его словам, в Америке, также не имеет ничего общего с упоминаемым в статье и известным нам Братством, что было подтверждено уже после публикации «[Разоблаченной] Изиды» текстом письма, которое этот ныне покойный масонский автор отправил в Нью-Йорк своему другу. Братство, о котором писал Маккензи, было обычным масонским обществом, правда, существовавшим в атмосфере глубокой секретности. Как он сам писал в своем письме, он только слышал, но ничего толком не знал о нашем Братстве, которое было намеренно названо нами так потому, что имело одно из своих отделений в Луксоре (Египет). Это совпадение побудило некоторых интриганов распустить слух о существовании широкомасштабной Ложи Адептов с таким названием и позволило им убедить нескольких наших доверчивых друзей и теософов в том, что «Г[ерметическое] Б[ратство] Л[уксора]» является отделением этой ложи, базирующейся якобы где-то в районе Лахора!! — что является самой бессовестной ложью.


Издания