Блаватская Е.П. - Ключ к теософии, VI

<div style="color: #555555; font-size: 80%; font-style: italic; font-family: serif; text-align: center;">Материал из '''Библиотеки Теопедии''', http://ru.teopedia.org/lib</div>
Перейти к: навигация, поиск

VI

ТЕОСОФИЧЕСКИЕ УЧЕНИЯ О ПРИРОДЕ И ЧЕЛОВЕКЕ


ЕДИНСТВО ВСЕГО ВО ВСЁМ

Спрашивающий. Рассказав о том, чем Бог, душа и человек, по-вашему, не являются, можете ли вы теперь сообщить, что они собой представляют, согласно вашим учениям?

Теософ. В своем происхождении и в вечности эти три, как и сама вселенная и всё, что в ней существует, составляют одно целое с абсолютным Единством, непознаваемой божественной сущностью, о которой я уже говорила выше. Мы верим не в сотворение, а в последовательные и периодические явления вселенной с субъектного на объектный план бытия, происходящие регулярно и охватывающие периоды огромной продолжительности.

Спрашивающий. Не могли бы вы рассказать об этом поподробнее?

Теософ. В качестве первого примера, который поможет вам приблизиться к верному представлению, возьмите солнечный год, а в качестве второго — две половины этого года, которые на Северном полюсе составляют день и ночь продолжительностью по шесть месяцев. А теперь, если можете, вместо солнечного года длиной в 365 дней представьте себе вечность. Пусть солнце в этом примере представляет вселенную, а полярные дни и ночи длиной по 6 месяцев станут символом дней и ночей, длящихся по 182 триллиона или квадрильона лет, а не 182 дня. Как солнце каждое утро восходит на нашем предметном горизонте, возникая из непроявленного (для нас) и противоположного по отношению к нам пространства, так и Вселенная периодически проявляется на объектном плане, возникая из плана субъектного, противоположного первому. Это и есть "Цикл Жизни". Как солнце исчезает с нашего горизонта, так же регулярно исчезает и Вселенная, когда наступает "вселенская ночь". Индусы называют эти чередования "днями и ночами Брамы", или периодами манвантары и пралайи (растворения). Люди запада, если им больше нравится, могут называть их днями и ночами Вселенной. Добавлю, что во время этих ночей Всё пребывает во Всём; каждый атом растворён в единой Однородности.


ЭВОЛЮЦИЯ И ИЛЛЮЗИЯ

Спрашивающий. Но кто же всякий раз сотворяет Вселенную?

Теософ. Никто её не сотворяет. Наука назвала бы этот процесс эволюцией; дохристианские философы и востоковеды называли его эманацией; мы же, оккультисты и теософы, видим в нём лишь универсальную и вечную реальность, периодически отражающуюся в бесконечных глубинах пространства. Это отражение, которое вы рассматриваете как предметную материальную вселенную, мы считаем всего лишь временной иллюзией, и ни чем иным. Лишь то, что вечно, реально.

Спрашивающий. В таком случае, вы и я — тоже иллюзия?

Теософ. Как мимолётные личности, сегодня одни, а завтра другие, — да. Неужели вы назовете внезапные вспышки северного сияния "реальностью", хотя они реальны лишь постольку, поскольку существуют в тот момент, когда вы ими любуетесь? Конечно же, нет; лишь причина, вызывающая их к жизни, если она вечна и неизменна, является единственно реальной, тогда как прочее — лишь преходящая иллюзия.

Спрашивающий. Всё это, однако, не объясняет мне, как возникает эта иллюзия, называемая Вселенной; как то, чему ещё предстоит стать сознательным, проявляется из той бессознательности, которая есть?

Теософ. Это бессознательность лишь для нашего ограниченного сознания. Поистине, перефразируя стих из Евангелия от Иоанна, мы можем сказать: "И (абсолютный) свет (который есть темнота) во тьме (которая есть иллюзорный материальный свет) светит, и тьма не объяла[1] его". Абсолютный свет — это ещё и абсолютный и неизменный закон. Путём излучения или, если хотите, эманации — нам ни к чему пускаться в терминологические споры — вселенная из однородного субъектного состояния переходит на первый из планов проявления, которых всего семь, как нас учили. С каждым планом она становится все более плотной и материальной, пока наконец не достигает этого нашего плана, на котором науке приблизительно удалось изучить и понять физический состав лишь нашей планетной, или Солнечной, системы — как нам сказано, единственной в своем роде.

Спрашивающий. Что вы хотите сказать этим "в своем роде"?

Теософ. Я хочу сказать, что хотя фундаментальный закон, а также универсальное действие прочих законов Природы единообразны, всё же у нашей Солнечной системы (как и у любой другой среди миллионов таких систем в космосе), и даже у нашей Земли есть своя собственная программа проявления, отличная от программ всех прочих. Говоря об обитателях других планет, мы воображаем, что если они являются людьми (то есть разумными существами), то и выглядеть должны так же, как мы. Фантазия поэтов и художников даже из ангелов всегда делает не иначе, как прекрасное подобие людей, разве что прибавив им крылья. Мы утверждаем, что это ошибка и заблуждение, потому что, если даже на нашей маленькой планете мы сталкиваемся с таким поразительным разнообразием флоры, фауны, да и рода человеческого — от морских водорослей до ливанских кедров, от медузы до слона, наконец, от бушмена до Аполлона Бельведерского — то, стоит изменить планетные и космические условия, как перед нами возникнут совершенно иные флора, фауна и человечество. Одни и те же законы приводят к появлению самых разнообразных вещей и существ даже на нашей Земле, так же, как и на других планетах Солнечной системы. Насколько же должна в таком случае отличаться от нашей внешняя природа в других солнечных системах, и как же глупо судить по себе об иных звёздах, мирах и разумных существах, как делает наша физическая наука!

Спрашивающий. Но на основании каких данных вы это утверждаете?

Теософ. На основании того, что наука в целом никогда не примет в качестве доказательства — совокупности свидетельств, накопленных бесконечным рядом провидцев, подтверждавших этот факт. Их духовные видения, самые настоящие исследования, проводившиеся и при помощи физического и духовного восприятия, которому не препятствовала незрячая плоть, систематически проверялись и тщательно сопоставлялись, и путём отсеивания выявлялась их природа. Всё, что не находило подтверждения в едином коллективном опыте, было отвергнуто, и как установленная истина было записано лишь то, что в различные эпохи и в разных странах, после бесчисленных наблюдений, было признано верным и постоянно получало дальнейшие подтверждения. Методы, используемые нашими учёными и исследователями духовно-психических наук, как видите, не отличаются от методов тех, кто занимается науками естественными и физическими. Только области их исследования находятся на двух различных планах, да и инструменты наши не созданы руками человека — а по этой причине они может быть даже более надежды. Реторты, аккумуляторы и микроскопы химика и натуралиста могут выйти из строя; телескоп и хронометры астронома могут испортиться; наши же исследовательские инструменты неподвластны влиянию ни погоды, ни элементов.

Спрашивающий. И потому вы безоговорочно им верите?

Теософ. Вера — это слово, которого не найти в теософических словарях: мы говорим о знании, основанном на наблюдениях и опыте. Однако же здесь есть и отличие — тогда как наблюдение и опыт в физической науке приводят учёных к тому, что количество "рабочих" гипотез у них равняется количеству умов, способных их создавать, наше знание принимает в свою кладовую лишь те факты, которые стали неопровержимыми и получили полное и безоговорочное подтверждение. У нас нет двух различных верований или гипотез по одному и тому же вопросу.

Спрашивающий. Это на основании таких данных вы и пришли к приятию странных теорий, которые мы находим в "Эзотерическом Буддизме"?

Теософ. Именно так. Эти теории могут быть несколько неточными в своих второстепенных деталях, и даже неверными в изложении светских учеников; тем не менее, в природе это — факты, и они ближе к истине, чем любые научные гипотезы.


О СЕМЕРИЧНОМ СТРОЕНИИ НАШЕЙ ПЛАНЕТЫ

Спрашивающий. Как я понимаю, вы считаете нашу Землю лишь одним из звеньев планетной цепи?

Теософ. Да, это так. Другие же шесть "земель", или глобусов, не находятся на том же плане предметности, что и наша Земля; потому мы их видеть не можем.

Спрашивающий. Мы их не видим из-за огромного расстояния?

Теософ. Вовсе нет — ведь невооруженным глазом мы видим не только планеты, но и звёзды на неизмеримо б`ольших расстояниях; но глобусов этих мы не видим потому, что они находятся за пределами наших физических средств восприятия, или вне нашего плана бытия. Дело не только в том, что плотность составляющей их материи, их вес или структура совершенно не похожи на структуру нашей Земли и других известных нам планет — они находятся, так сказать, в абсолютно ином (для нас) слое пространства — слое, который не воспринимается нашими физическими чувствами. Когда я говорю о "слоях", не следует воображать себе нечто вроде пластов, лежащих один над другим — это приведет лишь к ещё одному нелепому представлению. Под слоем или планом я имею в виду уровень существования бесконечного пространства, который по своей природе таков, что не может быть в пределах нашего бодрствующего восприятия, будь то умственного или физического, но который существует в природе за пределами нашего обычного рассудка и сознания, вне нашего трёхмерного пространства и привычного для нас деления времени. У каждого из семи основных планов, или слоёв, в пространстве — конечно, взятом в целом, как "чистое пространство" в определении Локка[2], а не наше ограниченное пространство — есть своя объектная и субъектная сторона, своё пространство и время, своё сознание и набор чувств. Но всё это вряд ли будет понятно тому, кто воспитан в нынешней манере мышления.

Спрашивающий. Что вы имеете в виду под другим набором чувств? Есть ли на нашем собственном плане что-нибудь такое, что вы могли бы привести в качестве иллюстрации, просто чтобы дать более ясное представление о том, что вы имеете в виду под разнообразием чувств, пространств и соответствующих им восприятий?

Теософ. Ничего; разве что один пример, который наука, скорее, приспособит в качестве удобного крючка, чтобы тут же повесить на него свой контр-аргумент. Ведь во сне мы пользуемся совсем иными чувствами — разве не так? Мы чувствуем, говорим, слышим, ощущаем вкус и вообще действуем на ином плане; об изменении состояния нашего сознания свидетельствует и тот факт, что действия и события, длящиеся, как мы полагаем, целые годы, в нашем уме прекрасно проходят за одно мгновение. И эта крайняя быстрота нашей умственной деятельности во сне, а также полная естественность для нас всех прочих производимых в это время действий, показывают нам, что мы находимся на совершенно ином плане. Наша философия учит нас, что в природе есть семь основных сил и семь планов бытия, а значит, и семь состояний сознания, в которых человек может жить, думать, помнить, и вообще быть. Перечислить их здесь невозможно, для этого нужно обратиться к изучению восточной метафизики. Но бывая в этих двух состояниях — бодрствования и сна — любой человек, от ученого философа до неграмотного дикаря — может вполне убедиться в том, что они отличаются.

Спрашивающий. То есть вы не принимаете общеизвестных теорий, которыми объясняют состояние сна биология и физиология?

Теософ. Нет. Мы отвергаем даже гипотезы ваших психологов, предпочитая им учения Восточной Мудрости. Признавая существование семи планов космического бытия и состояний сознания применительно ко Вселенной или макрокосму, мы всё же останавливаемся на четвёртом плане, находя невозможным вести дальнейшие исследования с какой-либо степенью достоверности. Что же касается микрокосма, или человека, то мы рассуждаем о семи его состояниях и принципах свободно.

Спрашивающий. Как же вы их объясняете?

Теософ. Прежде всего мы обнаруживаем в человеке два различных существа — духовное и физическое: человека мыслящего и человека, регистрирующего столько мыслей первого, сколько он способен усвоить. Таким образом, мы различаем в нём две разные природы: высшее или духовное существо, состоящее из трёх "принципов" (начал), или аспектов, и низшее, или физическую четвёрку, состоящую из четырех — итого их семь.


СЕМЕРИЧНАЯ ПРИРОДА ЧЕЛОВЕКА

Спрашивающий. Это то же, что и деление человека на дух, душу и тело?

Теософ. Нет. Это древнее деление Платона. Платон был посвящённым, а потому не мог вдаваться в запрещенные подробности; но тот, кто знаком с древней доктриной, найдёт семерку в различных платоновских комбинациях души и духа. Платон считал, что человек состоит из двух частей, одна из которых вечна и образована из той же сущности, что и Абсолютность, а другая смертна и подвержена разрушению, получив свои составляющие от меньших, "сотворённых" богов. Как он показывает, человек состоит из 1) смертного тела; 2) бессмертного принципа; и 3) "отдельной смертной разновидности души". Это то, что мы называем, соответственно, физическим человеком, духовной душой или духом, и животной душой (νους и ψσυχε). Это деление было принято и апостолом Павлом, ещё одним посвящённым, который утверждал, что существует тело душевное, посеянное в бренности (астральное тело или животная душа), и тело духовное, восстающее в нетленной субстанции. Даже апостол Иаков утверждает то же самое, когда говорит, что "мудрость" (нашей низшей души) "не есть мудрость, нисходящая свыше, но земная, душевная, бесовская" (III, 15) (см. греческий текст), тогда как другая есть "мудрость, сходящая свыше". Теперь ясно, что Платон и даже Пифагор, говоря лишь о трёх принципах, наделяли их в разных комбинациях семью отдельными функциями, и если мы сравним это с нашими учениями, всё станет совершенно ясно. Давайте бросим беглый взгляд на эти семь аспектов, начертив таблицу.

ТЕОСОФИЧЕСКОЕ ДЕЛЕНИЕ


Санскритские термины Экзотерическое значение Пояснения
Низшая четвёрка:
a) Рупа или стхула шарира а) Физическое тело а) Проводник для всех прочих "принципов" в течение жизни.
б) Прана б) Жизнь, или жизненное начало б) Необходима только для а, в, г и функций низшего манаса, охватывающих всё то, что ограничено (физическим) мозгом
в) Линга шарира в) Астральное тело в) Двойник, фантомное тело
г) Кама-рупа г) Вместилище животных желаний и страстей г) Это центр животного человека, где пролегает граница, отделяющая смертного человека от бессмертного существа
Высшая нерушимая триада:
д) Манас, двойственный по своим функциям принцип д) Ум, разумность — высший ум человека, чей свет или излучение в течение жизни связывает МОНАДУ со смертным человеком д) Будущее состояние и кармический удел человека зависят от того, тяготеет ли манас больше вниз к кама-рупе, вместилищу животных страстей, или выше, к буддхи, Духовному Я. В последнем случае высшее сознание индивидуальных духовных устремлений ума (манаса), просветившегося буддхи, поглощается им и образует то Я, которое отправляется в блаженство дэвачана[3]
е) Буддхи е) Духовная душа е) Проводник чистого вселенского духа
ж) Атма ж) Дух ж) Единый с Абсолютом как его сияние

Чему же учит Платон? Он говорит о внутреннем человеке как о состоящем из двух частей — одна из них неизменна и всегда та же, состоя из той же субстанции, что и Божество, а другая смертна и подвержена разрушению. Соответствия этим двум частям можно найти в нашей высшей триаде и в низшей четвёрке (смотри таблицу). Он поясняет, что когда душа, психе, "находится в союзе с нусом (божественным духом или субстанцией[4]), она делает всё правильно и уместно"; но всё выходит иначе, если она привяжется к анойе, (безрассудной, или неразумной животной душой). Тогда мы видим манас (или душу вообще) в двух его аспектах: привязываясь к анойе (названной в "Эзотерическом буддизме" кама-рупой или "животной душой") он движется к полному уничтожению — насколько это касается личного эго; соединяясь же с нусом (атма-буддхи), он сливается с бессмертным, нерушимым Я, и тогда духовное сознание той личности, которая была, становится бессмертным.


РАЗЛИЧИЕ МЕЖДУ ДУШОЙ И ДУХОМ

Спрашивающий. Действительно ли вы учите об уничтожении всякой личности, в чём вас обвиняют некоторые спиритуалисты и французские спириты?

Теософ. Мы этому не учим, но поскольку этот вопрос о двойственности — индивидуальности Божественного Я и личности человеческого животного — связан также с вопросом о возможности явления истинного бессмертного Я на сеансах в виде "материализовавшегося духа", что мы отрицаем, как объясняли ранее, то наши оппоненты и выдвинули эти нелепые обвинения.

Спрашивающий. Вы только что говорили, что психе, если свяжется с аноей, устремится к полному уничтожению. Что под этим имел в виду Платон, и что подразумеваете вы?

Теософ. Думаю, что полное уничтожение личного сознания — исключительный и редкий случай. Слияние личного с индивидуальным или бессмертным сознанием Я, трансформация или божественное преображение, и полное разрушение лишь низшей четверки — это общее и почти непреложное правило. Разве станете вы ожидать, что плотский человек, или временная личность, тень человека, его "астрал", его животные инстинкты и даже физическая жизнь выживут с "духовным Я" и станут вечными? Естественно, всё это прекращает существование в момент смерти тела или вскоре после неё. Со временем всё это распадается и исчезает из виду, переставая существовать как целое.

Спрашивающий. Тогда вы также отрицаете и воскресение во плоти?

Теософ. Самым решительным образом! Почему должны мы, придерживающиеся в архаической эзотерической философии древних, принимать нефилософские спекуляции более позднего христианского богословия, заимствованные из египетских и греческих экзотерических систем гностиков?

Спрашивающий. Египтяне чтили духов природы и обожествляли даже луковицы, ваши индусы до сих пор остаются идолопоклонниками, зороастрийцы поклонялись и всё ещё поклоняются Солнцу, а лучшие греческие философы были либо мечтателями, либо материалистами — свидетельствами этому Платон и Демокрит. Как вы можете сравнивать!

Теософ. Так может значиться в вашем нынешнем христианском и даже научном катехизисе; но для беспристрастных умов это не так. Египтяне чтили "Единое — Только — Единое", как Ноут, и именно от этого слова Анаксагор взял своё обозначение нус, или как он называет его, νους αυτοκρατης, "ум или дух самодержавный", αρχητης κινηδεως, ведущий и изначальный "двигатель" всего. У него нус был Богом, а логос был человеком, его эманацией. Нус — это дух (будь то в космосе или в человеке), а логос, будь то Вселенная или астральное тело — эманация первого, при этом физическое тело — просто животное. Наши внешние чувства воспринимают лишь феномены; один лишь нус может постичь их нумены. Один лишь логос, или нумен, живёт вечно, поскольку он бессмертен по самой природе и сути своей, и логос в человеке как раз и есть то Вечное Я, которое проходит перевоплощения и сохраняется навсегда. Но как может мимолётная и внешняя тень — временное одеяние божественной эманации, которая возвращается к тому источнику, из которого она вышла — быть тем, что "воскресает в нетленности"?

Спрашивающий. Всё же вам вряд ли удастся избежать обвинений в том, что вы изобрели новое деление человека на духовные и психические составляющие, ведь ни один философ о нём не говорит, хотя вы и считаете, что так говорит Платон.

Теософ. И я подкреплю этот взгляд. Кроме Платона, той же идеи придерживался ещё и Пифагор[5]. Он описывает душу, как самодвижущуюся единицу (монаду), состоящую из трёх элементов — нус (дух), френ (ум) и тумос (жизнь, дыхание или нэфеш каббалистов), соответствующих нашим атма-буддхи (высшая духовная душа), манасу (Я) и кама-рупе в соединении с низшим отражением манаса. То, что древнегреческие философы обычно называли душой, мы называем духом или духовной душой; это буддхи, проводник атмы (которая есть верховное божество Платона, Агафон). Тот факт, что Пифагор и другие утверждают, что френ и тумос мы разделяем с животными, доказывает, что под ними подразумевались низшее манасическое отражение (инстинкт) и кама-рупа (страсти животной жизни). Сократ и Платон приняли этот ключевой принцип и следовали ему, и если, взяв эти пять начал, а именно, Агафон (который есть божество или атма), психе (душа в собирательном смысле), нус (дух или разум), френ (физический ум), и тумос (кама-рупа или страсти), мы добавим к ним эйдолон мистерий, тень или человеческого двойника, и физическое тело, будет легко показать, что идеи Пифагора и Платона были тождественны нашим. Даже египтяне придерживались семеричного деления. Они учили, что душа (Я), уходя, должна пройти через семь палат, или принципов, как оставленных ею, так и взятых с собой. Единственная разница была в том, что всегда памятуя о наказании за раскрытие учений мистерий, а это была смерть, они выдавали учение лишь в общих чертах, тогда как как мы развиваем и разъясняем его в подробностях. Но хотя мы выдаем миру столько, сколько можно, даже в нашей доктрине не выдаётся более чем одна существенная деталь, и лишь тем, кто изучает эзотерическую философию и дал обет молчания, позволяется знать эти подробности.


ГРЕЧЕСКИЕ УЧЕНИЯ

Спрашивающий. У нас есть замечательные учёные, знатоки греческого и латыни, санскрита и иврита. Как же это так получается, что в их переводах мы не находим ничего, что намекало бы на то, что вы говорите?

Теософ. Дело в том, что ваши переводчики, несмотря на всю свою учёность, сделали из философов, особенно греческих, авторов туманных, а не мистических.[6] Возьмем, к примеру, Плутарха и прочтем, что он говорит о началах, или "принципах" человека. То, что он описывает, было принято буквально и отнесено на счёт невежества и метафизических предрассудков. Позвольте мне привести иллюстрацию. Плутарх говорит: "Человек сложен, и ошибаются те, кто думает, что он состоит лишь из двух частей. Воображая, что способность понимания (то есть рассудок мозга) есть часть души (высшей триады), они заблуждаются здесь не меньше, чем те, кто считает душу частью тела (то есть делают триаду частью разрушимой и смертной четвёрки). Ведь разум (нус) настолько превосходит душу, насколько душа лучше и божественнее тела. Это сочетание души (ψυχη) с разумом (νους) и создает рассудок, а с телом (или θυμος, животной душой) — страсть; из них одно является началом или принципом удовольствия и боли, а другое — добродетели и порока. Из этих трех частей, объединенных и вместе взятых, земля дала роду человеческому тело, луна — душу, а солнце — разум".

Это последнее предложение — чисто аллегорическое и будет понятно лишь сведущим в эзотерической науке соответствий и знающим, какая планета с каким принципом соотносится. Плутарх делит последние на три группы, считая тело состоящим из физической оболочки, астральной тени и дыхания, или троичной нижней части, "которая из земли взята и в землю вернется"; вторую часть, полученную от Луны,[7] через неё, и всегда подверженную её влиянию — из среднего принципа и инстинктивной души; прямой же эманацией Солнца, обозначающего здесь Агафон (высшее божество), он считает самую высшую часть, или духовную душу с её атмическим и манасическим элементами. Это подтверждается тем, что он говорит далее:

"Из смертей, которыми мы умираем, одна делает двух из трех, а другая — одного из двух. Первая находится в области и ведении Деметры, откуда и происходит имя, данное мистериям, τελειν, напоминающее имя, данное смерти, τελευταν. Прежде афиняне также называли умерших посвященными Деметре. Что же касается второй смерти, она происходит на луне или в области Персефоны".

Здесь вы видите нашу доктрину, показывающую человека при жизни семеричным, сразу после смерти, в кама-локе, пятеричным, и тройственным Я — духом-душой и сознанием — в дэвачане. Это разделение, происходящее сначала на "лугах аида", как называет Плутарх кама-локу, а затем в дэвачане, было частью представлений во время священных мистерий, когда кандидаты на посвящение разыгрывали всю драму смерти и воскресения в виде прославленного духа, под которым мы подразумеваем сознание. Вот что имеет в виду Плутарх, когда говорит:

"И как одну, земную, так и другую, небесную, Гермес переживает, пребывая. Первая внезапно и с силой вырывает душу из тела; Персефона же мягко и медленно отделяет познающую способность от души[8]. По этой причине она называется monogenes, единородная, или точнее, рождающая одно, ибо будучи отделенной ею, лучшая часть человека остается одна. Так и первая, и вторая происходят, согласно природе. Так назначено Судьбой (фатумом или кармой), что каждая душа, с разумом или без него, покинув тело, должна некоторое время, хотя и неодинаковое для всех, проблуждать в области, лежащей между землёй и луной (в кама-локе).[9] Ибо те, кто был несправедливым и распущенным, страдают, неся наказание, причитающееся за их проступки, а благие и добродетельные удерживаются там, пока не очистятся, путём искупления, от всех скверн, которое они могли захватить от болезней тела и нездорового образа жизни, и пребывают в самой мягкой части атмосферы, называемой лугами аида, где они должны оставаться в течение заранее установленного и назначенного времени. А затем, будто возвращаясь из дальнего паломничества или длительного изгнания на родину, они испытывают ощущение радости, такой, какую обычно испытывают те, кто посвящен в Священные Мистерии, смешанной с волнением, восхищением и присущей каждому собственней надеждой".

Это нирваническое блаженство, и никакой теософ не смог бы описать более ясным и, тем не менее, эзотерическим языком ментальные радости дэвачана, где у каждого человека свой собственный рай, окружающий его и воздвигнутый его собственным сознанием. Но нужно остерегаться общей ошибки, в которую впадают слишком многие, даже наши теософы. Не воображайте, что раз человек назван семеричным, а затем пятеричным и триадой, он состоит из семи, пяти или трех существ, или, как хорошо выразился один теософический писатель, из семи шкур, которые можно снимать, подобно шкуркам луковицы. Как уже говорилось, принципы, кроме тела, жизни и астрального эйдолона, все из которых разрушаются после смерти, являются лишь аспектами или состояниями сознания. Есть лишь один истинный человек, проходящий цикл жизни и бессмертный по сути, если не по форме, и это манас — "разум-человек", или воплощённое сознание. Возражения материалистов, отрицающих возможность действия ума и сознания вне материи, в нашем случае ничего не значат. Мы не отрицаем здравости их аргументов, а просто спрашиваем наших оппонентов: "А все ли состояния материи вам известны — вам, которые до настоящего времени знали только три? И откуда вы знаете, не является ли то, что мы считаем АБСОЛЮТНЫМ СОЗНАНИЕМ или Божеством, вечно невидимым и непознаваемым, как раз тем, что, хотя и всегда ускользает от нашего ограниченного понимания, все жё есть универсальная духо-материя или материя-дух в своей абсолютной бесконечности?". И тогда один из самых низших, в своём манвантарическом проявлении, дробных аспектов этой духо-материи, являющийся сознательным Я, как раз и создаёт свой собственный рай — рай дурака, возможно — но, тем не менее, состояние блаженства.

Спрашивающий. Но что же такое дэвачан?

Теософ. Буквально, "земля богов", состояние ментального блаженства. Философски это ментальное состояние аналогично самому яркому сну, но куда более живо и реально. Это посмертное состояние большинства смертных.


Сноски


  1. В английском тексте — "не познала" (Иоанн, I,5) — прим. пер.
  2. Локк, Джон (1632-1704) — английский философ — прим. ред.
  3. В "Эзотерическом буддизме" Синнетта пункты г, д и е названы, соответственно, животной, человеческой и духовной душами, что также подходит. Хотя в принципы там пронумерованы, это, строго говоря, бесполезно. Двойственной монаде (атма-буддхи) допустимо присвоить два высших числа (6 и 7). Что касается остальных, то поскольку лишь тот принцип, который в человеке преобладает, можно считать первым и главнейшим, то в общем случае нумерация невозможна. У одних людей над всеми принципами доминирует высший ум (манас или 5 принцип), у других господствует животная душа (кама-рупа), проявляя самые звериные инстинкты и т. д.
  4. Павел называет нус Платона "Духом", но поскольку этот дух является "субстанцией", то конечно, имеется в виду буддхи, а не атма, поскольку её философски нельзя назвать "субстанцией" ни при каких обстоятельствах. Мы включаем атму в число принципов человека лишь воизбежание дополнительной путаницы. На самом же деле атма — не "человеческий", а мировой абсолютный принцип, носителем которого является буддхи, душа-дух.
  5. "Платон и Пифагор — говорит Плутарх, — подразделяют душу на две части — рациональную (нусическую) и иррациональную (агнойа); рациональная часть души человека вечна, ведь хотя это и не Бог, всё же она — творение вечного божества; та же часть души, которая лишена разума, умирает". Современный термин "агностик" происходит от родственного этому слова agnosis. Хотели бы мы знать, зачем мистеру Гексли, автору этого слова, понадобилось связывать свой огромный интеллект с "душой, лишённой разума", которая умирает? Или это преувеличенная скромность современного материалиста?
  6. В оригинале игра слов: misty — туманный и mystic — мистический — прим. пер.
  7. Каббалисты, знающие связь Иеговы, дающего жизнь и детей, с Луной и её влияние на потомство, поймут, о чём идёт речь, как и некоторые астрологи.
  8. Персефона олицетворяет здесь посмертную карму, о которой говорится, что она регулирует отделение низших принципов от высших: души-нэфэш, дыхания животной жизни, на некоторое время остающейся в кама-локе, от высшего, сложного Я, которое переходит в состояние дэвачана или блаженства.
  9. До тех пор, пока продолжается отделение высшего, духовного принципа от низших, которые остаются в кама-локе, пока не разрушатся.


<< Содержание >>