Строка 4: |
Строка 4: |
| | | |
| {{Подпись-Синнетт-РПТвЕ|2}} | | {{Подпись-Синнетт-РПТвЕ|2}} |
| + | |
| + | Некоторые письма от Учителя помогли нам гораздо лучше, но тем временем трения между Хьюмом и Блаватской становились всё серьёзнее. Когда я возвращаюсь к личным разговорам с Хьюмом, которые в то время были у меня, мне представляется, что он был глубоко искренен в своем желании посвятить себя великому делу просвещения внешнего мира в плане великолепного видения наших возможностей, какими бы несовершенными они ни были, которые мог дать нам оккультный мир и его озабоченность прогрессом человечества. Но не было двух более не подходящих друг другу натур, как его и Е.П. Блаватской. Не теряя с ней терпения до такой степени, как он, я чувствовал, что для него она была человеком, с которым нельзя работать в западном мире в одной упряжке. К тому времени мы услышали о высшем Учителе Учителя К.Х., о котором мы знали как о Старом Чохане. |
| + | |
| + | Мы решили предпринять эксперимент, обратившись к нему и заявить, что чтобы сделать что-то хорошее в плане распространения теософии, нам нужно позволить работать совершенно независимо от Блаватской. С моей нынешней точки зрения оглядываясь назад я знаю, что мы предлагали принять абсурдный курс, но это привело дела к кризису. Каким бы смехотворным ни было это положение, но единственным способом отправить письмо было вручить его человеку, на которого в нём жаловались – Е.П. Блаватской. Я помню, как пошёл её искать, обнаружив её за пианино в танцевальном зале дома Хьюма, и вручил ей письмо, которое она положила себе в карман даже на него не посмотрев. Я ушёл в комнату, где занимался своей работой, и через несколько минут ворвалась Блаватская. Она была побелевший, как мел от возбуждения. «Что я всё это время делала?» – почти взвизгнула она. Я ответил что, это дело нельзя обсуждать только нам вдвоём. Я должен разыскать Хьюма. Он пришёл, и последовала ужасная сцена. Он говорил с тщательной вежливостью, но с ледяной холодностью. Блаватская была в одном из самых яростных своих настроений. |
| + | |
| + | Этот инцидент был одним из многих кризисов или поворотных точек в ранней истории – я не скажу, что Теософического Общества, – ибо на то время ещё не появилось ничего, достойного так называться – но ранней работы, предпринятой для построения Теософического Общества на непрочно заложенном за несколько лет до того фундаменте. Что бы случилось, если бы разрыва с Хьюмом удалось избежать? Он определённо был важной силой в любом предприятии, в котором участвовал. Блаватская нередко заявляла, что он был слишком властной натурой, чтобы работать даже под руководством Учителя. Думаю, что она ошибалась, и так или иначе, просто тот факт, что это привело его к отходу от теософического движения, ещё не является доказательством, что он был устранён по намерению Учителей. Их планы постоянно идут не так, иногда из-за склонности к ошибкам тех людей, с которыми им приходится работать как с агентами, и возможно, никто из связанных с их работой не расстроил больше их планов, чем сама Блаватская. |
| + | |
| + | Перед только что описанным окончательном кризисом от учителя К.Х. было получено множество писем, некоторые из которых были адресованы мне, а некоторые Хьюму, и я начал собирать информацию, которая, накопившись, в конечном счёте позволила мне написать «Эзотерический буддизм». Часть этого учения была опубликована в «Теософисте» под заголовком «Фрагменты оккультной истины». Большую часть вклада внёс я на основе информации, полученной в период, который опишу чуть позже. Когда Хьюм отошёл от Блаватской, мы с ним постепенно стали уже не так близки |
| + | |
| + | {{Подпись-Синнетт-РПТвЕ|3}} |
| | | |
| [[Категория: Личности]] | | [[Категория: Личности]] |