Синнетт А.П. - Эзотерический буддизм, гл.6 Кама-Лока

<div style="color: #555555; font-size: 80%; font-style: italic; font-family: serif; text-align: center;">Материал из '''Библиотеки Теопедии''', http://ru.teopedia.org/lib</div>
Перейти к: навигация, поиск
Глава VI
КАМА-ЛОКА


Всё уже сказанное касательно посмертной участи высших принципов человека поможет нам проложить путь к пониманию тех обстоятельств, в которых оказываются остатки низших принципов человека после того, как истинное "Я" переходит либо в состояние дэвачана, либо в промежуточное бессознательное состояние подготовки к нему, соответствующее периоду физического внутриутробного созревания. Та сфера, в которой временно остаются эти остатки, известна оккультной науке под названием кама-лока, или сфера желания. Это не означает, что желания в ней достигают какой-то аномальной интенсивности в сравнении с желаниями, испытываемыми человеком в земной жизни; просто в этой сфере ощущение желания, являющееся частью нашей земной жизни, способно сохраняться.

Из сказаного нами о дэвачане очевидно, что значительная часть воспоминаний, накопленных вокруг человеческого "Я" в течение жизни, по самой природе своей несовместима с чистым субъектным существованием, к которому стремится истинное, неподвластное смерти духовное "Я"; однако они не обязательно исчерпываются и перестают существовать. Они сохраняются в некоторых молекулах более тонких (но не самых тонких) человеческих принципов, покидающих тело в момент смерти; и в точности как то, что обобщённо называют "душой", отделяется от тела, так происходит и дальнейшее разделение составляющих элементов этой "души". Та часть пятого принципа (или человеческой души), которая по своей природе соединима с шестым принципом, духовной душою, и тянется в верх к нему, переходит, вместе с зачатком этой божественной души, в более высокую сферу (состояние дэвачана), где почти полностью освобождается ото всех земных привязанностей, — освобождается практически полностью в том, что касается её собственного духовного продвижения, хотя и сохраняет некоторое сродство с духовными устремлениями, исходящими с земли и может иногда притягивать их к себе. Но животная душа, или четвертый принцип (элемент воли и желаний, связанных с вещественным существованием), не тяготеет вверх и потому отдаляется от земли не более чем частицы тела, преданного земле. Однако местом пребывания этого четвертого принципа становится вовсе не могила. По своей природе (или сродствам) он не является духовным принципом, он и не физический. Лишь привязанности его физические; отсюда и результат. Он остается в сфере физического притяжения земли, в земной атмосфере, в той или иной местности; но поскольку он не принадлежит к разряду атмосферных газов (которые нужно рассмотреть особой в связи с обсуждаемой проблемой), то скажем, что четвертый принцип остается в кама-локе.

Вместе с четвертым принципом остается значительная часть человеческого существа (так, к сожалению, у большинства людей, хотя относительная её величина сильно разнится). Есть множество свойств, демонстрируемых каждым сложным человеческим существом — страстные чувства, желания, поступки и моря воспоминаний, — которые в сущности принадлежат физической жизни, хотя в них почти столько же живости, сколько и в высших устремлениях, и потому требуется время, чтобы они угасли. Их человек оставляет вместе с четвертым принципом, имеющим исключительно земную, смертную природу, и связанные с ним, они угасают, поглощаясь соответствующими вселенскими принципами, которым они принадлежат, подобно тому, как тело со временем поглощается землей; это происходит быстрее или медленнее соответственно степени сцепления субстанции, из которой они состоят.

Но где же тем временем оказывается сознание умершего человека? Конечно же, в дэвачане. Однако читателя, мало сведущего в оккультной науке, может ввести в затруднение тот факт, что в астральной составляющей человека, оставшейся в кама-локе, четвертом принципе с частью пятого, тоже присутствует некое подобие сознания. Говорят, что индивидуальное сознание не может пребывать в двух местах одновременно. Но на это мы можем сказать, что до некоторой степени это возможно. Как вскорости будет показано, было бы ошибкой говорить о сознании (как мы понимаем ощущение жизни), применительно к астральной оболочке, или астральным останкам. Речь может идти только о некоторых проявлениях псевдосознания, которое пробуждается иногда в оболочке, никоим образом не связанных с подлинным сознанием, в это время накапливающим силу и жизненную энергию в духовной сфере. Оболочка неспособна усваивать и воспринимать новые идеи и тем более разрабатывать на основании этих идей какую бы то ни было программу конкретных действий. Но в астральной оболочке иногда сохраняются импульсы воли, переданные ей при жизни. Четвертый принцип служит инструментом воли, хотя это не сама воля; и импульсы, полученные им при жизни от высших принципов, могут продолжать действовать и производить результаты, для поверхностного наблюдателя почти неотличимые от тех, которые достигаются человеком при жизни, когда высшие принципы соединены с низшими.

При жизни четвертый принцип служит проводником смертного, по своей сути, сознания, не отвечающего условиям постоянного существования; но сознание даже низших принципов, проявляющееся в течение жизни, заметно отличается от смутного, нестабильного и неконкретного сознания, сохраняющегося в этих принципах, когда то, что в действительности является жизнью, осенявшее их или оживлявшее их своим вливанием духа, прекратило действовать через них. Человеческий язык не в силах раскрыть сразу все аспекты этой многогранной идеи, чтобы единовременно сделать их понятными, точно так же как невозможно отразить в плоском рисунке сразу все стороны объемного тела. И на первый взгляд несколько зарисовок, изображающих один объект с разных сторон, могут показаться такими разными, что в них трудно будет узнать одну и ту же вещь; хотя со временем, совместив их в уме, можно составить единую гармоничную картину. Так вот и с тонкими свойствами невидимых принципов человека — ни один трактат не может претендовать на большее, чем раздельное рассмотрение их разных аспектов. И взгляды с разных точек зрения должны совместиться в уме читателя, прежде чем его представления станут соответствовать реалиям природы.

При жизни четвертый принцип является вместилищем воли и желания, но это не сама воля. Он должен оживляться осеняющим его духом, или "единой жизнью", находиться в единстве с ним, дабы служить проводником этой возвышенной жизненной функции — воли в одном из самых высоких её проявлений. Как уже говорилось, санскритские названия высших принципов внушают мысль о том, что эти принципы являются проводниками единой жизни. Не то чтобы сама эта жизнь была каким-то отделимым молекулярным принципом, она — единение всего и влияние духа. Впрочем, эта идея слишком тонка для нашего языка, а возможно, и для самого интеллекта. Но в данном случае её присутствие достаточно очевидно. Какие бы желания ни проявлял четвертый принцип при жизни, после физической смерти он уже не способен к активной волевой деятельности. И все же при некоторых ненормальных обстоятельствах он может, частично на время возвращаться к жизни, и этот факт способен объяснить многие, но ни в коем случае не все, явления спиритического медиумизма. Следует помнить, что "элементарий" (как обычно называли в прежних оккультных сочинениях астральную оболочку), в медиумическом токе может быть временно гальванизирован до состояния сознания и жизни, напоминающее первое пробуждение человека, которого внесли в незнакомую комнату, больного и бесчувственного. Он очень слаб, его мысли путаются, он обводит все вокруг непонимающим взглядом, силясь осознать, что с ним происходит, вслушивается в слова, которые ему говорят, и даже пытается что-то отвечать. Такое состояние сознания не принимает в расчет ни настоящее, ни будущее. Это автоматическое сознание, заимствованное у медиума. Необходимо также помнить, что медиум является человеком, чьи принципы недостаточно крепко связаны между собою и потому могут быть на время заимствованы другими существами или блуждающими в пространстве принципами, притягивающими некоторые из них, полностью или частично. Что же происходит, когда астральная оболочка оказывается вблизи человека, имеющего такую конституцию? Представьте себе человека, который только что освободился от своей земной оболочки, не успев осуществить перед смертью какое-либо желание, очень важное для него — не обязательно низменное, но всецело связанное с земною жизнью. Допустим, это желание сообщить что-либо кому-то из оставшихся на земле людей. Разумеется, не следует считать, что оболочка способна перемещаться в кама-локе, движимая разумным, осознанным и устойчивым стремлением осуществить задуманное; просто это последнее желание передается, наряду с другими волевыми импульсами, четвертому принципу, и пока молекулы, составляющие этот принцип, остаются связанными воедино (что может продолжаться многие годы), достаточно даже частичного возвращения её к жизни (путём гальванизации), чтобы она снова стала действовать в направлении ранее приданного импульса. И если такая оболочка вступает в контакт с медиумом (не настолько отличным по своей природе от покойного обладателя этой оболочки, чтобы раппорт между ними оказался невозможен), то некоторая часть пятого принципа медиума может присоединиться к этому блуждающему четвертому принципу и тем самым запустить некогда приданный импульс в действие. Тот минимум сознания и разума, без которого четвертый принцип не смог бы воспользоваться такими средствами сообщения, как грифельная доска и карандаш или крышка стола, по которой можно стучать, заимствуется у самого медиума; и тогда передаваемое подобным образом послание может в действительности оказаться тем посланием, которое усопший поручил перед смертью своему четвертому принципу, который до сих пор был лишен возможности его передать. Кто-то, возможно, скажет, что феноменальное появление надписей на закрытой грифельной доске, равно как и постукивание по столу, к которому явно никто не прикасается ни пальцами, ни какими бы то ни было предметами, уже сами по себе могут быть отнесены к явлениям самого чудесного свойства и потому служат очевидным доказательством того, что производящий их разум обладает знанием сил природы, о которых мы не имеем ни малейшего представления. Но дело в том, что астральная оболочка сама пребывает в астральном мире, то есть в царстве этих самых сил. И феноменальные проявления для нее — просто естественный образ действий. Она сознаёт процесс получения удивительных результатов с помощью сил этой более высокой, чем наша, сферы существования, не более, чем мы сознаём силы, посредством которых при жизни наши волевые импульсы передаются физическим нервам и мускулам.

На это нам, опять-таки, могут возразить, что во время спиритических сеансов "сообщающийся разум" нередко производит свои феномены исключительно ради самих феноменов, то есть с целью продемонстрировать свою власть над силами природы. Однако мы должны напомнить читателю, что оккультная наука весьма далека от того, чтобы утверждать, будто все без исключения феномены спиритизма связаны с источниками одной и той же категории. В этой книге мы до сих пор еще почти ничего не сказали об "элементалах" — этих полуразумных существах астрального света, принадлежащих к совершенно иному царству природы, нежели мы. Сейчас мы не можем подробно останавливаться на их свойствах, и тому есть простая и очевидная причина: что адепты оккультизма настроены решительно против распространения подробных знаний об элементалах и о том, как они действуют. Владеть такими знаниями — значит обладать сверхфизической силой, в чём и причина величайшей секретности, которою оккультная наука окружает эту область знаний. Передавать эти силы людям, которые не прошли всех испытаний посвящения и не подтвердили свою нравственную надежность, может быть крайне опасным. Именно благодаря управлению элементалами адепты совершают некоторые свои наиболее впечатляющие физические чудеса. А наиболее выдающиеся физические феномены, наблюдаемые в ходе спиритических сеансов, представляют собой результаты спонтанной игры элементалов. То же самое можно сказать практически обо всех индийских факирах и йогах низшего разряда, способных совершать феноменальные явления. Тем или иным образом, вероятнее всего, благодаря переданным им по наследству разрозненным обрывкам оккультных учений, они овладевают некоторой, как правило, небольшой, толикой оккультной науки. При этом им даже не обязательно понимать природу тех сил, которые они используют, так же как индийскому слуге, которого взяли работать на телеграф и научили, в каких пропорциях смешивать ингредиенты электролита для гальванической батареи, совсем не обязательно знать теорию электричества. Вполне может статься, что это вообще единственный трюк, которому он обучен; и то же самое можно сказать о низшем разряде йогов. Они может подчинять своему влиянию определенных элементалов и с их помощью производить чудеса какого-либо определенного типа.

Возвращаясь к рассмотрению оболочек, оставляемых людьми в кама-локе, можно заметить, что их поведение во время спиритических сеансов не может быть в полной мере объяснено теорией, согласно которой они стремятся передать на землю то или иное послание, оставленное их прежними хозяевами, и пользуются для этого услугами первого попавшегося медиума, подходящего для данной цели. Даже если оставить в стороне все феномены, которые можно отнести на счет проделок элементалов, то мы будем вынуждены признать, что сталкиваемся иногда с проявлениями со стороны элементариев, или оболочек, настолько целостного и последовательного интеллекта, что объяснить их одним лишь сохранением импульсов, оставшихся от прошлой жизни, не представляется возможным. Так оно и есть; но в сочетании с заимствованной у медиума частью пятого принципа, четвертый принцип снова становится послушным орудием в руках хозяина. Когда медиум погружен в транс, довольно значительная часть энергии его пятого принципа способна присоединиться к блуждающей оболочке, и в результате достигается временный эффект весьма заметного проявления сознания через эту оболочку. Но какова же в конце концов природа возникающего таким образом сознания? Ее можно сравнить с отраженным светом, и не более того[1]. Память — это одно, а способность к восприятию — совсем другое. Умалишенный тоже может отчетливо помнить многие эпизоды своей жизни, но он не способен воспринимать что-либо в истинном свете, потому что вычшая часть его манаса (пятого принципа) и его буддхи (шестой принцип) не действуют в нём и покинули его. Если бы животное (например, собака) могло описать свои переживания, мы убедились бы в том, что его память (в том, что непосредственно касается его животной личности) столь же хороша, как и память его хозяина; тем не менее, память и инстинкты нельзя назвать способностями восприятия.

Как только оболочка попадает в ауру медиума, она тут же перенимает, причем довольно точно, всё, что только может почерпнуть из заимствованных у медиума принципов и воспринять через его органы, пребывающие в магнетической связи с нею. Но это не идёт за пределы диапазона восприятия того же медиума или кого-то из присутствующих на сеансе. Отсюда те зачастую разумные, а иногда и весьма глубокомысленные ответы, которые можно от нее услышать, а также неизменная неосведомленность относительно всего того, чего не знают медиум или участники спиритического круга и чего не содержит в себе низшая, земная память умершей личности, частично реанимированной теми влияниями, под которыми она оказалась[2]. Оболочка интеллектуального, учёного, но полностью бездуховного человека, умершего естественной смертью, может просуществовать дольше, нежели элементарии людей с более слабым темпераментом, и даже произносить устами погруженных в транс ораторов (но не без помощи остатков своей собственной памяти) совсем недурные речи. Но они никогда не выйдут за рамки вопросов, над которыми ему приходилось напряженно и углубленно размышлять в течение жизни, а также не продемонстрируют ничего, что указывало бы на его дальнейшее продвижение в познании.

Несложно понять, что когда астральная оболочка, притянутая в медиумический поток, вступает в раппорт с пятым принципом медиума, её вовсе не обязательно будет оживлять сознание (если это можно назвать сознанием), идентичное сознанию умершего, с высшими принципами которого она некогда была связана. Зато более чем вероятно, что ей придется отражать какую-то совершенно иную личность, характеристики которой, по крайней мере, некоторые из них, предлагаются ей умом медиума. В этой личности она и будет являться некоторое время и отвечать на вопросы; но затем в нестабильном и автоматическом восприятии элементария эхом отражается поток мыслей, рожденный разумом еще кого-то из присутствующих, и его ощущуние личности начинает колебаться. Некоторое время оно мечется между двумя или тремя предложенными вариантами, а затем и вовсе пропадает на некоторое время. Оболочка снова засыпает в волнах астрального света, но уже через несколько мгновений может быть опять неосознанно привлечена к решению каких-то иных земных проблем.

Помимо уже описанных обычных элементариев, или оболочек, в кама-локе обитают еще и астральные существа иного рода, которых надо учитывать, если мы хотим понять себе всё многообразие состояний, в которых человек может оказаться в промежутке между двумя физическими жизнями. До сих пор мы рассматривали нормальный ход событий, когда человек умирает своей естественной смертью. Однако аномальная смерть влечет за собою и аномальные последствия. Так, в случае с самоубийцами и с людьми, преждевременно умершими в результате несчастных случаев, развитие событий заметно отличается от последствий естественной кончины. Вдумчивое рассмотрение таких случаев должно показать, что в мире, управляемом правилами и законами, где сродства приводят к определённым последствиям, установленным природой, случай человека, погибшего внезапной смертью, когда его принципы были ещё прочно соединены и готовы держаться вместе ещё 20, 40 или 60 лет (смотря, сколько лет естественной жизни ему ещё оставалось), должен обязательно в чём-то отличаться от случая человека, дожившего до естественной стадии разрушения, когда сцепление между принципами начинает ослабевать, и ко времени остановки жизненного механизма каждый из них уже готов направиться далее своим собственным путем. Природа, всегда щедрая на аналогии, хорошо иллюстрирует эту идею на примере зрелого и незрелого плода. Если из первого косточка извлекается так же легко, как рука вынимается из перчатки, то из второго, незрелого, косточку можно выцарапать лишь с трудом, и так же непросто очистить ее затем от остатков мякоти плода. Так и в случае преждевременной смерти или самоубийства: косточку приходится извлекать из недозревшего плода. Мы не будем пока рассуждать о моральной ответственности, которую человек несет за акт самоубийства. Вполне возможно, что в большинстве случаев эта моральная ответственность действительно имеет место, однако это уже сфера деятельности кармы, которая, как и всякая другая карма, последует за человеком в его следующее воплощение, но это не имеет отношения к затруднениям, с которыми может встретиться такому человеку, прежде чем чтобы стать полностью и по-настоящему мертвым. Эти трудности, очевидно, одинаковы как для самоубийцы, так и для человека, погибшего во время героического исполнения своего долга, или для жертвы несчастного случая, над которым она была не властна.

Как правило, когда человек умирает, карма естественным образом прекращает составление своих счетов, или, иными словами, сложный набор наклонностей и привязанностей, уствновившийся в течение жизни в самом первом из непреходящих человеческих принципов (то есть в пятом), не может более пополняться. А подведение баланса откладывается до будущих времен, когда наступает следующее предметное рождение. Иными словами, сродства, долгое время дремавшие в дэвачане из-за отсутствия там подходящего для них поля деятельности, вновь утверждают себя, как только приходят в контакт с физическим существованием. Но в случае преждевременной смерти пятый принцип, играющий роль вместилища этих наклонностей, не может отделиться от земного принципа — четвертого. И потому элементарий, насильственно выброшенный из тела и оказавшийся в кама-локе, является уже не просто оболочкой, а самою личностью, которая недавно была живой и если и лишилась чегото, то только физического тела. Её даже нельзя назвать мертвой в полном смысле этого слова.

Разумеется, элементарии подобного рода могут вполне осмысленно общаться с участниками спиритических сеансов, хотя и не без ущерба для себя самих, поскольку они, к сожалению, сохраняют способность создавать новую карму благодаря целостности своей астральной структуры и утоляют свою жажду жизни из нездорового медиумического источника. И если при жизни эти элементарим были личностями очень чувственными и приземленными, то и после физической смерти они будут стремиться к удовольствиям подобного сорта, потворство которым может иметь в их нынешнем развоплощенном состоянии даже более прискорбные последствия для их кармы, нежели когда они искали тех же самых удовольствий при жизни. В таких случаях facilis est descensus (легко скатываться вниз). Будучи вырванными из жизни на самом пике развития своих земных страстей, они стремятся вернуться в привычную обстановку и прельщаются возможностью удовлетворить свои желания с чужой помощью, предоставляемой им медиумами. Они становятся инкубами и суккубами средневековых сочинений — жаждущими и ненасытными демонами, подталкивающими свои жертвы к преступлениям. Написанный мною в прошлом году краткий очерк на данную тему, несколько фраз из которого я только что воспроизвел, был опубликован в журнале "Теософист", с примечанием, аутентичность которого не вызывают у меня никаких сомнений. Смысл примечания сводится к следующему:


"Разнообразие посмертных состояний человека превосходит (если это вообще возможно) даже разнообразие человеческих жизней на земле. Жертвам несчастных случаев далеко не всегда приходится блуждать по земле — в поток её притяжения попвдвют только те, кто умер, отягощенный земными страстями, — эгоистичных людей, даже не помышлявших на протяжении своей жизни о благе других. Застигнутые смертью в самом расцвете (реальном или кажущемся) той или иной доминирующей страсти своей жизни, но так и не успевшие удовлетворить свои желания (или даже успевшие, но желающие ещё), такие личности не в силах преодолеть земное притяжение, чтобы ждать часа своего избавления в счастливом неведении и полном забытьи. Из самоубийц те, которые подталкивают свои жертвы к преступлениям, принадлежат к категории покончивших с собою из страха перед человеческим судом за совершённые ими злодеяния или из-за угрызений собственной совести. Нельзя безнаказанно нарушать закон природы, и неумолимая причинная связь между действием и результатом в полной мере проявляется именно в мире следствий, в кама-локе, где за каждое преступление человек несет адекватное наказание; и оно может проявляться в тысяче различных форм, для самого поверхностного описания которых потребовалось бы много томов."


Те же, кто в счастливом неведении и забытьи ожидает часа своего избавления, это конечно же те жертвы несчастных случаев, которые ещё на земле зародили в себе чистые и возвышенные сродства, так что после смерти они настолько же вне власти искушения, приходящего в форме медиумических потоков, насколько они были не подвержены преступным соблазнам во время земной жизни.

Следует ещё рассмотреть встречающихся в кама-локе существ иного типа. Мы уже проследили судьбу высших принципов человека после физической смерти, упомянув об отделении астральных отходов от непреходящей духовной составляющей и уточнив, что духовность может быть по своей природе либо святой, либо сатанинской, что и определяет её дальнейший переход соответственно либо в дэвачан, либо в авичи. Мы разобрали природу отделяющейся элементарной оболочки, способной сохранять некоторое время обманчивое сходство с подлинной личностью. Мы также обратили внимание читателя на исключительные случаи существования в кама-локе настоящих человеческих существ, включающих в себя все четыре принципа, и пояснили, что это, как правило, жертвы несчастных случаев и самоубийцы. Но что происходит с личностью, не обладающей ни единым атомом духовности и не имеющий в своем пятом принципе никаких следов духовного сродства — ни к хорошему, ни к плохому? Очевидно, что в этом случае шестой принцип ничего не сможет притянуть к себе из пятого. Или, иными словами, такая личность уже потеряла свой шестой принцип еще до наступления физической смерти. Для подобного рода личности кама-лока оказывается сферой не менее закрытой, чем субъектный мир. Кама-лока может быть местом постоянного обитания астральных существ, элементалов; но для человека она может являться только преддверием к переходу в какое-то иное состояние. В воображаемом нами случае человеческая личность подхватывается сразу же после смерти потоком своей будущей судьбы, не имеющим ничего общего ни с атмосферой Земли, ни с дэвачаном, но связанного только с "восьмой сферой", упоминаемой иногда в старых оккультных трудах. Вероятно, большинству читателей до сих пор не было понятно, почему мы называем эту сферу "восьмой"; однако теперь, после того как впервые были публично даны объяснения семеричного устройства нашей планетной системы, значение термина становится достаточно ясным. Циклический процесс эволюции проходит через семь сфер, но с нашей Землёй связана еще одна, восьмая сфера, так как не следует забывать, что наша Земля является поворотной точкой в этой циклической цепи. Таким образом, восьмая сфера — это выпадающий из общего круга тупик, из которой, по правде сказать, не вернулся еще ни один путник.

Легко можно предположить, что единственная сфера, связанная с нашей планетной цепью и расположенная ниже нашей сферы на шкале, имеющей дух в вершине, а материю в основании, должна быть не менее доступной нашему физическому зрению и оптическим инструментам, нежели сама Земля. А поскольку предназначение, которое данной сфере приходится выполнять в нашей планетной системе, самым непосредственным образом связано с Землею, загадка восьмой сферы уже практически не таит в себе ничего загадочного, равно как и известно место, где её следует искать на небе. Однако что касается условий существования там, то адепты в сообщениях своим непосвященным ученикам крайне осторожны в своих высказываниях на данную тему, а потому у меня сейчас не имеется дальнейших сведений на этот счёт.

Впрочем, одно заявление об этом уже определенно было сделано, а именно, столь полная деградация личности, которая после смерти притягивает её в восьмую сферу, явление очень редкое. В огромном большинстве жизней всегда находится что-нибудь, что может притянуться к высшим принципам, — нечто такое, что способно оправдать очередную перевернутую страницу существования и спасти её от полного уничтожения. И здесь необходимо вспомнить, что дэвачанические воспоминания о жизни, какими бы достоверными и яркими они ни были сами по себе, касаются только тех жизненных эпизодов, которые вызывали в человеке ощущение возвышенного типа счастья, ибо только такое подлежит дэвачану, хотя вся остальная жизнь, с которой человек, как бы снял сливки, тоже может быть восстановлена в памяти, причем во всех подробностях. Но такое полное воспоминание достигается индивидуальностью лишь на пороге намного более высокого духовного состояния существования, чем то, которым мы заняты сейчас, — состояния, достигаемого намного позже в процессе продвижения через огромные циклы эволюции. Каждая из продолжительной череды жизней, пройденных к тому времени человеком, покажется ему тогда отдельной страницей довольно объемистой книги, к которой её владелец, может обратиться в любое время по своему усмотрению, хотя многие её страницы, вероятно, покажутся ему чересчур скучным чтивом, и он нечасто будет к ним обращаться. Именно это оживление в памяти всех своих собственных, давно забытых личностей в действительности подразумевалось в доктрине о воскресении. Однако сейчас у нас нет времени на то, чтобы, прервав начатое изложение, переключаться на изучение символизма, связанного с учениями, которые мы пытаемся донести до читателя. Возможно, что стоит впоследствии посвятить этой теме отдельное исследование. А пока, возвращаясь к изложению фактов, мы можем пояснить, что во всей многостраничной книге воспоминаний её достигший "воскресения" владелец не найдет ни одной целиком и полностью бесславной страницы. Ибо если даже его духовная индивидуальность была связана со столь безнадёжно даградировававшими личностями, что они были полностью затяннуты низшим водоворотом, то она в таких случаях не сохранит в своих сродствах ни следа от них — такие страницы окажутся как бы вырванными из книги. А когда по окончании борьбы духовная индивидуальность, пройдя кама-локу, переходит в бессознательное состояние созревания, из которого, минуя дэвачан, перемещается прямо (хотя не сразу по времени) в следующую жизнь вещественной деятельности, всё самосознание, связанное с деградировавшей личностью, должно будет перейти в более низкий мир, где оно, в конечном счете, обречено на "вечную погибель" — это одно из выражений, бездумным хранителем которых стало современное богословие, сделав из психически-научных фактов полную чепуху.


Замечания

Ни одна часть данной книги не требует, по моему мнению, такого подробного рассмотрения и обстоятельных комментариев, как две предыдущие главы. Наши учителя на первых порах не очень много рассказывали о существовании в кама-локе и более высокой сфере, или состоянии дэвачана, для которого кама-лока является лишь преддверием; и я полагаю, что они делали это намеренно, чтобы передать для начала общие представления обо всем процессе эволюции. Духовное состояние, следующее непосредственно за нашей нынешней физической жизнью, есть отдел природы, изучение которого вызывает почти нездоровый интерес у каждого, кто однажды осознает, что между этим царством и нашим миром возможны контакты и даже некоторые эксперименты с участием его обитателей. Нам уже известно кое-что о феноменах того состояния существования, в которое человеческое существо переходит после смерти тела. Опыты спиритов в изобилии предоставляют нам связанные с ним факты. Однако большинство выводов и теоретических умозаключений, извлекаемых из накопленной информации о кама-локе, балансирует на пределе человеческого воображения; и ничто, кроме логичного и последовательного эзотерического учения, рассматриваемого во всей его полноте, не в состоянии упорядочить мысли занимающихся изучением фактов спиритизма и уберечь их от умозаключений, ошибочность которыех это учение неизбежно демонстрирует. Поэтому интересующимся теософией не стоит сожалеть о том, что их постепенное приобщение к духовной науке осуществляется так, что их внимание не привлекают к вопросам, касающимся состояния существования, непосредственно следующего за физическим. Интеллектуальные преимущества, получаемые от изучения общего плана Природы по всем её великим царствам, в которые способно проникнуть только совершенное ясновидение адептов, трудно переоценить, если это изучение предшествует подробному и обстоятельному ознакомлению с той духовной авансценой, которую частично может разглядеть даже менее могущественное зрение, и которою при первом знакомстве люди склонны принимать за исчерпывающую картину своего будущего.

Однако теперь мы можем несколько полнее рассмотреть процессы, происходящие с человеком сразу же после смерти, чем это было сделано в предшествующей главе, а природа борьбы, происходящей в кама-локе между высшей и низшей дуадами человека теперь может быть понята яснее. Эта борьба представляется довольно продолжительной и разнообразной и, вопреки нашему первому впечатлению, является не автоматическим или бессознательным проявлением сродств и сил, в момент смерти сразу готовых определить будущее духовной монады, а составляет фазу существования, которая в огромном большинстве случаев может длиться многие годы. В течение этой фазы развоплощенное человеческое существо вполне может являться живущим на земле людям через посредство спиритического медиумизма, что в значительной мере объясняет, если не полностью оправдывает, впечатления, которые выносят из таких контактов спириты.

Но мы не должны делать слишком поспешного заключения, что душа человека, проходя через кама-локу, проходит именно такую борьбу и эволюцию, как могло нам представиться с первого взгляда. Прежде всего мы должны остерегаться чересчур приземленных и материалистичных представлений об этой борьбе, заставляющих нас думать о ней как о механическом разделении принципов. Подобное разделение бывает, когда от низших принципов избавляется сознание "Я", уже сделавшее уверенный выбор в пользу высших. Таким образом, в момент смерти тело механически отбрасывается душой, которую (возможно, в сочетании с промежуточными принципами) ясновидящие высокого уровня могут наблюдать покидающей более не нужное ей жилище. Весьма похожий процесс может в конечном счёте произойти и в кама-локе — уже с материей астральных принципов. Однако, прежде чем более детально рассматривать этот процесс, следует предостеречь читателя от возможного отождествления борьбы в кама-локе с этим конечным разделением принципов, или второй смертью, происходящей на астральном плане.

На самом деле борьба в кама-локе составляет содержание жизни существа на этой стадии существования. Как было справедливо отмечено в тексте предыдущей главы, эволюция, имеющая место на этой стадии, не связана с ответственным выбором между добром и злом, свойственным физической жизни. Кама-лока — часть великого мира следствий, а не сфера, в которой создаются новые причины (за исключением особых обстоятельств). Таким образом, существо кама-локи не является в полной мере хозяином своих действий; его скорее можно назвать игрушкой своих ранее приобретенных привычек и пристрастий. Однако эти сродства, проявляясь, истощаются постепенно, а потому на протяжении всего своего пребывания в кама-локе существо обладает вполне живым сознанием того или иного рода. Даже кратного размышления достаточно для того, чтобы понять, что те сродства, которые проявляются всё сильнее и всё больше утверждают себя, имеют отношение к духовным устремлениям, которые человек испытывал при жизни; а те из них, которые со временем истощаются, связаны с материальными вкусами, эмоциями и наклонностями. Следует помнить, что существо кама-локи находится на пути в дэвачан, или, иными словами, постепенно врастает в это состояние; и этот рост совершается путём действия и противодействия, приливами и отливами, как и практически любой другой природный процесс — неким родом колебаний между двумя противоборствующими центрами притяжения — материей и духом. Так, во время своего пребывания в кама-локе, "Я", так сказать, либо восходит к небесам, либо отступает к земле. Именно эта тенденция ритмического перемещения между двумя полюсами, или противоположными состояниями мышления иногда возвращает человека в ту сферу жизни, которую он недавно покинул.

Ведь страстное сопереживание земной жизни рассеивается далеко не сразу. А симпатии человека к высшим аспектам этой жизни, нужно помнить, даже ещё не на пути к ослаблению. Например, в то, что мы назвали здесь земными сродствами, едва ли следует включать чувство любви, относящееся по своим характеристикам преимущественно к состоянию дэвачана. Однако многие человеческие привязанности могут иметь как духовные, так и земные аспекты; так что воспоминания о них и созерцание их в связи с земными условиями и земной обстановкой, зачастую приводят существо кама-локи к приближению к земной жизни.

Само собою разумеется, что общение между человеческими существами в кама-локе и их друзьями, оставшимися за Земле, путём практики спиритизма, должно иметь место именно в те периоды существования души, когда её внимание всё еще сосредоточено на земных воспоминаниях. А из этой мысли следуют два очень важных умозаключения.

1. Пока внимание души направлено вниз, она отвращается от духовного прогресса, которым была занята в период продвижения в противоположном направлении. Она может хорошо помнить о духовных устремлениях своей физической жизни и даже упоминать о них в разговоре, но её новый духовный опыт таков, по-видимому, его невозможно перевести на язык обычного физического интеллекта; а кроме того, он недоступен тем способностям, которые действуют, когда душа занята старыми земными воспоминаниями. Это состояние можно грубо уподобить положению бедного эмигранта, достигшего процветания в чужой стране, где он получил образование и благополучно занимается общественной деятельностью, изобретательством, филантропией и так далее. Он может поддерживать связь с оставшимися дома родственниками через письма, но в процессе их написания часто будет обнаруживать, что ему трудно держать их в курсе того, что теперь занимает его мысли. Данная иллюстрация подойдет к описываемой нами ситуации только в том случае, если мы представим себе нашего эмигранта подчинённым психологическому закону, который набрасывает на его восприятие некое подобие завесы всякий раз, когда он садится за написание писем своим бывшим друзьям, поскольку при этом ему приходится временно возвращаться в свое прежнее умственное состояние. Однако со временем ему будет всё труднее писать на прежние темы, и не только потому, что его умственная деятельность превзойдет уровень, доступный его друзьям и ему самому до эмиграции, но и потому еще, что он в значительной мере позабудет свои прежние интересы. Его письма будут всё сильнее удивлять получателей, которые будут говорить себе, что хотя их автор, безусловно, тот самый человек, которого они когда-то знали, он стал заметно более нудным и здорово поглупел в сравнении с тем, каким он был раньше, до отъезда за границу.

2. Нужно иметь в виду, что хорошо известный закон психологии, согласно которому способности совершенствуются частым их применением и атрофируются при длительном бездействии, так же приложим на астральном плане, как и на физическом. Если в кама-локе душа приобретает привычку оглядываться на прожитую земную жизнь и постоянно вспоминать о ней, она тем самым поощряет и усиливает тенденции, ведущие войну с её высшими побуждениями. И чем чаще к ней взывают, пусть даже из чувства привязанности, оставшиеся на земле друзья, прося её проявиться при помощи медиумизма на физическом уровне, тем более мощными становятся импульсы, которые тянут душу назад, к физическому миру, и тем заметнее отставание её духовного развития. Эти соображения представляют собою важнейший мотив, побуждающий последователей теософического учения не одобрять всякие попытки установления контактов с душами отошедших посредством спиритических сеансов. Чем более подлинным является такое общение, тем вреднее оно для участвующих в нем обитателей кама-локи. Правда, при наших нынешних знаний трудно с уверенностью определить степень наносимого им таким образом ущерба. Нам может соблазнить вера в то, что в некоторых случаях глубокое моральное удовлетворение, получаемое земными участниками диалога, может перевешивать тот вред, который, вероятно, будет причинен душе умершего. Однако это удовлетворение бывает прямо пропорционально непониманию живущими тех условий, при которых происходит такое общение. Поначалу, то есть вскоре после смерти, всё еще живые и яркие воспоминания о земной жизни действительно могут позволить попавшему в кама-локу человеческому существу проявляться в форме, очень похожей на его недавно умершую земную личность; но с момента смерти эволюция человека приобретает иное направление. Проявляясь на физическом плане, он уже не сможет добавить ни одной свежей мысли к тем, что зародились в его уме ещё при жизни. В этом проявлении он уже не сможет стать ни мудрее, ни выше по уровню, чем был перед смертью — напротив, с течением времени он будет казаться своим земным друзьям всё менее разумным и всё хуже осведомленным. Общаясь с теми, кого он оставил на земле, он так и не сможет правильно объясниться с ними, и его неудача в этом будет становиться всё более тягостной.

Однако есть и еще одно соображение, выставляющее в весьма сомнительном свете предполагаемую разумность и уместность удовлетворения своего эгоистичного желания общаться с умершими друзьями. Нам могут сказать: это неважно, что давно умерший друг постепенно теряет интерес к земле, которую он покинул; пока от его (или её) прежней личности остается хоть что-нибудь, способное проявляться нам, с этим всегда будет приятно пообщаться. И еще: если тот, кого мы любили, отложит ненадолго свое продвижение к Небесам ради разговора с нами, мы уверены, что он будет даже готов пойти ради нас на такую жертву. Однако при этом совершенно упускается из виду, что приобретение дурных привычек на астральном плане происходит так же легко, как и на уровне физическом. Однажды утолив в кама-локе свою жажду земного общения из колодца медиумизма, душа приобретает сильнейшее побуждение опять и опять возвращаться к этому способу удовлетворения. Но мы не только временно не даём душе идти своим путём, отвлекая её спиритическими контактами — мы можем нанести ей серьёзный и почти непоправимый вред. Я не утверждаю, что так происходит всегда и что это типичный случай, однако непредвзятое рассмотрение этической стороны проблемы заставляет нас признать, что такая практика чревата опасными последствиями. Но, с другой стороны, очевидно, что в некоторых случаях желание сообщаться может исходить из не из физического мира, а из астрального — когда развоплощенная душа, отягощенная каким-либо неудовлетворенным желанием (обычно какой-нибудь важной обязанностью, которую она не успела или не потрудилась выполнить на земле), начинает изыскивать пути для его осуществления. И когда ещё живые друзья идут навстречу этому желанию усопшего, результат может быть полностью противоположным по сравнению с тем случаем, когда существо кама-локи просто пытаются возвратить к земным интересам. В таких случаях оставшиеся на земле друзья могут, согласившись на спиритическое общение с душою усопшего, косвенно облегчить путь её духовного прогресса. Однако и здесь приходится быть осторожными и помнить о возможной обманчивости астральных явлений. Желание, изъявляемое обитателем кама-локи, не всегда отражает именно те идеи, которые действуют сейчас в его уме. Вполне может быть так, что это — просто эхо прежнего, возможно, очень старого желания, которое только сейчас смогло найти канал для внешнего проявления. Таким образом, хотя вразумительно изложенные пожелания человеческого существа, лишь недавно переместившегося в кама-локу, вполне могут заслуживать серьезного к себе отношения, к пожеланиям, исходящим от тени уже давно умершего человека, поведение которого в этой астральной форме заставляет, к тому же, усомниться в том, что он всё еще сохраняет более или менее целостное сознание своей прежней личности, следует подходить с величайшей осторожностью.

Я думаю, что перечисление всех этих фактов и возможностей кама-локи позволит теософам дать удовлетворительное объяснение многим спиритическим опытам и явлениям, которые первое наше изложение этой части эзотерического оставляло в значительной мере неясными.

Вполне понятно, что по мере происходящего в кама-локе постепенного очищения души от привязанностей, замедляющих ее продвижение к дэвачану, аспекты, притягивающие её к земле, ослабевают; поэтому в кама-локе обязательно всегда должно быть множество человеческих существ, почти готовых к полному и окончательному погружению в дэвачан, и эти существа неизбежно должны являть земному наблюдателю картину крайней материальной дряхлости. С течением времени они или, вернее, их низшие астральные принципы, погружаются в состояние, превращающее их в смутные и невнятные сущности, которые, следуя примеру прежних оккультных авторов, я называю в тексте этой главы "оболочками". Однако это, пожалуй, не самое удачное название. Возможно, было бы правильнее обратиться к другому примеру и называть их "тенями"; но по-любому речь идет об одном и том же состоянии. Всё яркое и живое сознание, унаследованное (после смерти) низшими принципами, естественным образом связанными с физической жизнью, уже переместилось в высшие принципы, которые на сеансах не проявляются. Потому воспоминания о земной жизни почти исчезают. Низшие принципы в таких случаях могут пробудиться только под влиянием медиумического потока, если будут им привлечены; но и тогда они вряд ли будут чем-то большим, нежели просто астральным зеркалом, в котором отражаются мысли медиума или участников сеанса. Попробуйте представить себе, что краски нарисованной на холсте картины постепенно впитываются внутрь холста, чтобы затем проступить с обратной его стороны во всей своей изначальной яркости. Данный процесс ни в коей мере не уничтожит саму картину, но зато превратит всю картинную галерею, в которой это происходит, в унылую череду бессмысленных, однотонных коричневых полотен. Примерно то же происходит в кама-локе с человеческими существами, которые уже почти готовы полностью сбросить с себя весь тот материал, в котором ранее действовало их астральное сознание, чтобы перейти в полностью чистое состояние дэвачана.

Однако это еще не вся информация, которая учит нас относиться к исходящим из кама-локи явлениям с недоверием. Даже нынешний уровень понимания предмета позволяет нам осознать, что после наступления второй смерти на астральном плане, полностью высвобождающей из астрального мира очищенное "Я", и посылающей его в состояние дэвачана, в кама-локе от него должно остаться нечто, примерно соответствующее мертвому телу, завещанному им ранее земле в тот момент, когда душа ускользнула из физического существования. Фактически в кама-локе остается мертвое астральное тело, и не будет ничего нелогичного в том, если мы присвоим этим астральным останкам эпитет "скорлупа" или "оболочка". Если это действительно пустая оболочка, то она распадается в кама-локе так же быстро, как и труп истлевает в земле, подчиняясь закономерным природным процессам, а её элементы снова растворяются в общей массе материи, возвращаясь к тем класам материи, к которым принадлежат. Но даже такая астральная оболочка, полностью покинутая человеческим "Я", но еще не растворившаяся, может быть ошибочно принята во время спиритического сеанса за живое существо. На протяжении некоторого времени она остается астральным зеркалом, в котором медиум может увидеть отражение своих собственных мыслей, и восприняв их, поверить, что они они исходят из какого-то внешнего источника.

Такого рода явления — в истинном смысле слова гальванизация астральных трупов. Хотя до тех пор, пока оболочка не распадется окончательно, между нею и настоящим духом, который в дэвачане, всё равно существует тончайшая связь, подобно тому, как в первое время после физической смерти сохраняется связь между существом, перешедшим в кама-локу, и оставшимся на земле мертвым телом. Эта последняя связь поддерживается благодаря рассеянной и истонченной, но всё-таки существующей материи бывшего третьего принципа, или линга-шариры, и я считаю, что изучение этого раздела предмета приведёт нас к лучшему пониманию тех условий, при которых на спиритических сеансах иногда удаются материализации. Но не углубляясь в отступление об этом, достаточно заметить, что приведённая аналогия может помочь понять, как между существом в дэвачане и отброшенной оболочкой в кама-локе может некоторое время сохраняться подобная связь, представляющая обузу для высшего духа и, пожалуй, напоминающая последние отблески вечерней зари — для оболочки. Но оставшегося на Земле человека полученное через ясновидение или каким-то иным способом зрелище такой оболочки некогда близкого ему друга несомненно повергло бы в глубокую печаль, если бы он по ошибке принял эту оболочку за подлинное человеческую существо.

Благодаря приобретенному более или менее ясному взгляду на кама-локу, мы можем теперь использовать термины, поясняющие её явления, с гораздо большей точностью, чем это было до сих пор. Полагаю, что если мы примем новый термин — "астральная душа" — для существ кама-локи, только что покинувших земную жизнь или же в силу каких-то иных причин сохраняющим (даже в том своем аспекте, в котором обращаются снова к земле) значительную долю тех интеллектуальных признаков, которые были свойственны им в земной жизни, то найдём прочие термины, которые уже в употреблении, достаточными для передачи явлений, которые нам осталось разобрать. Тогда мы сможем полностью избавиться от слова "элементарий", которое часто путают с "элементалом" и которое, к тому же, абсолютно не подходит для обозначаемых им существ. Я мог бы также предложить называть астральную душу, погружающуюся в состояние интеллектуальной дряхлости (если смотреть на нее с нашей стороны), словом "тень", а термин "оболочка" оставить для подлинных оболочек, или мертвых астральных тел, окончательно покинутых дэвачаническим духом.

Изучение духовного роста в кама-локе естественным образом подводит нас к вопросу о том, как много может пройти времени, прежде чем переход сознания из низших принципов астральной души в высшие можно будет считать завершенным. Но, как всегда, доходя в своих рассуждениях о высших процессах природы до конкретных цифр, нам едва ли следует рассчитывать на однозначный ответ. Мне известно только, что, по утверждению эзотерических учителей Востока, пребывающие в кама-локе астральные души обычных людей, — коих мы могли бы назвать, в духовном смысле, многочисленным средним классом человечества, — редко способны проявляться дольше 25—30 лет. Однако эти приблизительные рамки могут быть существенно раздвинуты как в одну, так и в другую сторону. То есть какой-нибудь низменный и спившийся человек может задержаться в кама-локе намного дольше, по причине недостатка развития высших принципов, которые были бы в состоянии воспринять его сознание; или, с другой стороны, душа в высшей степени интеллектуального и умственно активного человека может задержаться в кама-локе опять-таки очень надолго (при отсутствии в его ментальной силе духовных наклонностей), вследствие необыкновенной живучести сил и причин, созданных им на вышестоящем уровне следствий. Но умственая деятельность трудно отрывается от духовности; подобное возможно только в случаях, когда ум был занят исключительно мирскими амбициями. Опять же, если период пребывания в кама-локе может быть, по той или иной причине, увеличен по сравнению с обычной продолжительностью, то он может быть и сжат до самого кратчайшего срока, если духовность человека, который дожил до старости и умер в преклонные лета, добросовестно исполнив предназначение своей жизни, уже достигла к моменту смерти достаточно высокого уровня развития.

Есть и ещё одна важная возможность, связанная с проявлениями, достигающими нас через обычные каналы сообщения с кама-локой, которую здесь было бы желательно отметить, хотя в силу самой её природы она не может осуществляться часто. Едва ли кто-нибудь тех, кто сравнительно недавно приступил к изучению теософии, может знать многое об условиях существования адептов, отказавшихся от использования своих физических тел на земле. Открывающиеся перед ними при этом высшие способности превосходят, как мне кажется, рядовое человеческое понимание. Нет человека, настолько проницательного, чтобы ему было по силам, опираясь исключительно на возможности своего земного мозга, постичь суть нирваны. Но по всей видимости в некоторых случаях адепты выбирают некий средний путь, лежащий между земным перевоплощением и переходом в нирвану или в высшие сферы дэвачана (то есть в арупа-состоянии можно ожидать медленного продвижения эволюции человека к тому возвышенному состоянию, которого они достигли). В отличие от обычного дэвачанического духа, проходящего через это состояние на пути к следующему земному воплощению, адепт, став дэвачаническим духом самого возвышенного свойства, не будет лишен возможности, даже оставаясь в дэвачане, проявлять свое влияние на земле. Конечно, это будет не то влияние, которое может иметь своим следствием зримое проявление на физическом уровне, доступное восприятию всех и каждого. Однако медиумы самого высокого порядка, коих правильнее было бы назвать видящими, способны испытывать их влияние. В мировой истории зафиксировано немало случаев, когда некоторые великие люди оказывались осеняемыми и вдохновляемыми духом какого-либо адепта — осознанно или бессознательно.

Процесс распада оболочек в кама-локе логически указывает каждому, кто постарается вникнуть в его суть, на то, что в природе должны иметь место какие-то общие резервуары материи, соответствующие каждой её сфере, подобно земле и окружающим её элементам, куда после смерти возвращаются наши физические тела. Но великие тайны, в область которых вторгается данное предположение, требуют куда более углубленных исследований, нежели все те, которые мы до сих пор имели возможность предпринять. И всё-таки одно общее понятие, связанное с этим аспектом учения, мы можем с пользой предложить прямо сейчас. У состояния кама-локи есть соответствующие ему разряды материи. Мы не станем слишком глубоко вдаваться в метафизику данного вопроса, что могло бы даже заставить нас отказаться от представления о том, что астральная материя должна быть менее реальной и осязаемой, чем та, что способна влиять на наши физические чувства. Пока же достаточно будет сказать, что сходство кама-локи с землею, уже ставшее очевидным благодаря опыту спиритов, объясняется восточным учением о том, что кама-лока принадлежит земле и является земной так же, как пребывает в живом человеке и принадлежит ему астральная душа. Таким образом, кама-лока или, точнее, именуемое кама-локой великое царство материи, пребывающей в соответствующем состоянии, доступном для восприятия астральных существ и многих ясновидящих, представляет собою четвертый принцип Земли точно так же, как кама-рупа является четвертым принципом человека. Ибо у Земли есть семь принципов, как у и человеческих существ, её населяющих. Так, состояние дэвачана соответствует пятому принципу Земли, а нирвана — шестому.


Сноски


  1. В своих лекциях "Философия Бхагавад-гиты" Т. Субба Роу показывает, что и при жизни проявление сознания в телах человека имеет такую же отражённую природу. — Прим. ред.
  2. Эта теория, однако, не объясняет тех случаев, когда на сеансах давались сведения, новые для медиумов, и учения, не характерные для их страны и времени, как например учение о реинкарнации, полученное французскими спиритами в середине XIX века. — Прим. ред.


<< Содержание >>