Блаватская Е.П. - Тайная Доктрина т.3 ч.3 отд.XLVI

<div style="color: #555555; font-size: 80%; font-style: italic; font-family: serif; text-align: center;">Материал из '''Библиотеки Теопедии''', http://ru.teopedia.org/lib</div>
Перейти к: навигация, поиск
ОТДЕЛ XLVI



Нирвана – мокша


Эти несколько сентенций, приведенные в нашем тексте одного из сокровенных учений Готамы Будды, показывают, насколько неуместен эпитет «Материалиста», когда он прилагается к Тому, Которого две трети из признаваемых великими Адептами и Оккультистами в Азии считают своим Учителем, независимо от того, под именем Будды или Шанкарачарьи. Читатель вспомнит только что процитированные слова, которые, по утверждению тибетских оккультистов, были сказаны Буддой Сангияс (или Фо): во Вселенной имеются три вечные вещи – Закон, Нирвана и Пространство. Буддисты Южной Церкви, с другой стороны, заявляют, что Будда считал только две вещи вечными – Акашу и Нирвану. Но так как Акаша есть то же самое, что и Адити,[1] и обе переводятся словом «Пространство», то и нет никакого расхождения, поскольку Нирвана, так же как и Мокша, есть состояние. Затем, в обоих случаях Великий Мудрец из Капилавасту объединяет эти два, также как и три, в один вечный Элемент и заканчивает, говоря, что даже «Тот Один есть Майа» для того, кто не есть Данг-ма, совершенно очищенная Душа.

Весь этот вопрос опирается на материалистические неправильные представления и незнание Оккультной Метафизики. Для человека Науки, который рассматривает Пространство, как просто ментальное представление, как концепцию чего-то существующего рго formâ и не имеющего реального бытия вне нашего ума, – Пространство per se есть поистине иллюзия. Он может заполнять беспредельное межзвездное пространство «воображаемым» эфиром, и тем не менее Пространство для него есть абстракция. Большинство метафизиков Европы так же далеки, смотря с чисто оккультной точки зрения, от правильного понимания «Пространства», как и материалисты, хотя неправильные концепции обоих, конечно, весьма разнятся.

Если, держа в уме философские воззрения древних по этому вопросу, мы будем сравнивать их с тем, что теперь называют точной физической Наукой, то обнаружим, что эти две не сходятся только в выводах и названиях и что их постулаты те же самые, если сведены к их наиболее простому выражению. С начала человеческих Эонов, с самой зари Оккультной Мудрости те регионы, которые люди науки заполняют эфиром, исследовались Провидцами всех веков. То, что мир рассматривает просто как космическое Пространство, как абстрактное представление, – индусские Риши, халдейские Маги, египетские Иерофанты считали, каждый и все, единым вечным Корнем всего, ареной всех Сил Природы. Это – источник всей земной жизни и обиталище для тех (нам) невидимых видов существования – реальных существ, как и только их теней, сознательных и бессознательных, разумных и бесчувственных – которые окружают нас со всех сторон, которые наполняют собою атомы нашего Космоса и не видят нас, как и мы не видим и не ощущаем их нашими физическими организмами. Для оккультиста «Пространство» и «Вселенная» синонимы. В Пространстве имеется не Материя, Сила или Дух, но все это и гораздо больше. Это Единый Элемент и Анима Мунди – Пространство, Акаша, Астральный Свет – Корень Жизни, которая в своем вечном, беспрестанном движении, как вдох и выдох беспредельного океана, эволюционирует, чтобы снова поглощать все, что живет, чувствует, думает и имеет бытие в нем. Как сказано о Вселенной в «Разоблаченной Изиде», это есть:

Комбинация тысяч элементов и все же выражение единого Духа – хаос для чувств. Космос для разума.

Таковы были воззрения на этот предмет всех великих философов древности, начиная от Ману до Пифагора, от Платона до Павла.

Когда растворение (Пралайа) подошло к своему концу, великое Существо (Пара-Атма, или Пара-Пуруша), Владыка самосущий, от которого и через которого все было, есть и будет, ... решил эманировать различных тварей из своей собственной субстанции.[2]
Мистическая Декада (Пифагора) (1+2+3+4 = 10) представляет собою способ выражения этой идеи. Единица – это Бог;[3] Двойка – материя; Тройка, объединяя Монаду и Дуаду и обладая естеством обеих, есть феноменальный мир; Тетрада или форма совершенства выражает пустоту всего; и Декада или сумма всего заключает в себе весь Космос.[4]

«Бог» Платона есть «Вселенная Мыслеоснова», и Павел, говоря, «Все из него и через него, и в нем», несомненно, имел в своем глубоком уме в виду Принцип, а не Иегову. Ключ к Пифагорейским догмам является ключом к каждой великой Философии. Это общая формула единства во множестве, Единого, выявляющего многое и насыщающего Все. Это архаическая доктрина Эманирования в нескольких словах.

Спейсипп и Ксенократ верили, подобно своему великому Учителю Платону, что

Анима Мунди (или «мировая душа») не есть Божество, но проявление. Эти философы никогда не представляли себе Единого как animate nature. Изначальный Единый не существовал, как мы понимаем этот термин. До тех пор, пока он (оно) не соединился со многими эманированными существованиями (Монада и Дуада), никакого существа не было произведено. Τίμιον («почитаемое»), нечто проявленное, пребывает как в центре, так и в окружности, но оно есть только отражение Божества – Мировая Душа. В этой доктрине мы обнаруживаем дух Эзотерического Буддизма.[5]

И это есть дух Эзотерического Браминизма и также ведантистов Адвайты. Два современных философа, Шопенгауэр и фон Хартманн преподают те же самые идеи. Оккультисты говорят, что:

Психические и эктенические силы, «идеомоторные» и «электробиологические силы», «латентная мысль» и даже «бессознательная мозговая деятельность» – все эти теории могут быть сгущены в два слова: каббалистический Астральный Свет.[6]

Шопенгауэр только синтезировал все это, назвав его Волей, и выступил против людей Науки с их материалистическими воззрениями, как впоследствии поступил и фон Хартманн. Автор «Философии Бессознательного» называет их воззрения «инстинктивным предрассудком».

Далее он наглядно доказывает, что ни один экспериментатор не имеет никакого отношения к материи строго как таковой, а только к энергии, на которые он ее делит. Видимые следствия материи есть только следствия энергии. Поэтому он приходит к заключению, что то, что теперь называется материей, есть ничто другое, как скопление атомических энергий, для выражения которых применяется слово «материя», вне этого для науки материя есть только слово, лишенное смысла.[7]

Боюсь, что это постольку же относится и к другим терминам, с которыми мы имеем дело, – «Пространство», «Нирвана», и т. д.

Смелые теории и мнения, выраженные в трудах Шопенгауэра, весьма отличаются от теорий и мнений большинства наших ортодоксальных ученых.[8]

«В действительности, - замечает этот отважный мыслитель, - нет ни Материи, ни Духи. Склонность к гравитации в камне столь же необъяснима, как мысль в человеческом мозгу. ... Если материя может – никто не знает почему – падать на землю, то она также может – никто не знает почему – думать. ... Даже в механике, как только мы вторгаемся за пределы чисто математического, как только мы доходим до непостижимого сцепления, гравитации, и т. д., мы сталкиваемся лицом к лицу с феноменами, которые для наших чувств столь же таинственны, как воля и мысль в человеке: мы оказываемся перед лицом непостижимого, ибо такова каждая сила в Природе. Где же тогда та материя, которую вы все притворяетесь так хорошо знающими, и из которой – будучи так знакомыми с ней – вы выводите все ваши заключения и объяснения, и приписываете ей все? ... То, что может быть полностью охвачено нашим рассудком и чувствами, есть только поверхностное; они никогда не могут дойти до истинной внутренней сущности вещей. Таково было мнение Канта. Если вы считаете, что в человеческой голове имеется своего рода дух, то вы обязаны признать то же самое и в камне. Если ваша мертвая и совсем пассивная материя может проявлять склонность к гравитации или, подобно электричеству, притягивать и отталкивать, и искриться, то она также как и мозг, может думать. Короче говоря, каждую частицу так называемого духа мы можем заменить эквивалентом материи, и каждую частицу материи заменить духом. ... Таким образом, вовсе не христианское деление всего сущего на материю и дух есть то, что можно назвать философски точным; но только тогда это будет философски точно, если мы поделим сущее на волю и проявление, каковая форма деления не имеет никакого отношения к первой, ибо она одухотворяет все: все то, что в первом случае реально и объективно – тело и материю – она преображает в представление, и каждое проявление – в волю».[9]

Материя науки для всех объективных целей может быть «мертвой и совершенно пассивной материей»; для оккультиста ни один атом в ней не может быть мертвым – «в нем всегда присутствует Жизнь». Читателя, который хотел бы узнать об этом больше, мы отсылаем к нашей статье «Трансмиграция Жизне-Атомов».[10] То, чем мы сейчас заняты, есть доктрина о Нирване.

«Система атеизма» – так ее справедливо можно назвать, так как она не признает ни Бога, ни Богов, и менее всего – Творца, так как она целиком отвергает творение. Fecit ex nihilo настолько же непонятно ученому оккультной метафизики, насколько оно непонятно ученому материалисту. Это именно тот пункт, на котором в дальнейшем всякое согласие между этими двумя прекращается. Но если в этом заключается грех буддийских и браминских оккультистов, то пантеисты и атеисты, и также теистические евреи – каббалисты – тоже должны признать себя «грешными» в этом; и все же никто никогда не подумает назвать евреев Каббалы «атеистами». За исключением талмудистской и христианской экзотерических систем, никогда не было религиозной Философии как в древнем, так и в современном мире, которая не отрицала бы а priori гипотезу ex nihilo, просто по той причине, что Материя всегда считалась совечной с Духом.

Нирвана, также как и Мокша ведантистов, рассматривается большинством востоковедов как синоним уничтожения; все же не может быть более вопиющей несправедливости, чем эта, и на эту основную ошибку следует указать и опровергнуть ее. На этом наиболее значительном догмате Брамо-Буддийской системы – Альфе и Омеге «Бытия» и «Небытия» – покоится все здание Оккультной Метафизики. Теперь, исправление этой большой ошибки, касающейся Нирваны, может быть очень легко осуществлено в отношении философски настроенных, – тех, кто

В зеркале преходящего видят образы духовного.

С другой стороны, читателю, который никогда не мог подняться выше подробностей осязаемой материальной формы, наше объяснение покажется бессмысленным. Он может понимать и даже принять логические выводы из приводимых рассуждений, но он так и не уловит истинного духа своей интуицией. Слово «nihil», которое с самого начала было неправильно истолковано, беспрерывно применяется в качестве молота при вопросе об Эзотерической Философии. Тем не менее, долг оккультиста попытаться объяснить это.

Нирвана и Мокша, как уже было сказано раньше, имеют свое бытие в небытии, если такой парадокс допустим для лучшей иллюстрации значения. Нирвана, как это пытались доказать некоторые блестящие востоковеды, означает «погашение»[11] всего чувственного существования. Это как пламя свечи, выгоревшей до последнего атома и затем вдруг погасшей. Совершенно верно. Тем не менее, как утверждал старый Архат Нагасена перед царем, который надсмехался над ним, – «Нирвана есть», и Нирвана вечна. Но востоковеды отрицают и это и говорят, что это не так. По их мнению, Нирвана не есть обратное поглощение во Вселенскую Силу, не есть вечное блаженство и отдых, но буквально означает «погашение, угасание, полное уничтожение, а не поглощение». «Ланкаватара», цитируемая некоторыми санскритологами для подкрепления своих аргументов, которая дает различные толкования Нирваны браминами Тиртхика – не является авторитетом для того, кто обращается за информацией к первоисточникам, а именно, к Будде, давшем эту доктрину. С таким же успехом можно цитировать материалистов Чарвака в их поддержку.

Если мы приведем в качестве аргумента священные книги джайнов, где к умирающему Готаме обращаются следующим образом: «Поднимись в Нирви (Нирвану) из этого дряхлого тела, в которое ты был послан. ... Вознесись в свою прежнюю обитель, о благословенный Аватар», – и если мы добавим, что это нам кажется как раз противопоставлением нигилизму, то нам могут сказать, что это может послужить только доказательством еще одного противоречия и расхождения в буддийской вере. Если же мы опять напомним читателю про веру в то, что Готама время от времени снова спускается из своей «прежней обители» ради блага человечества и Своих верных последователей, делая, таким образом, неоспоримым факт, что Буддизм не учит конечному уничтожению, то нас направят к авторитетам, которым такие учения приписываются. И скажем сразу: по вопросам, касающимся сознания, люди для нас не являются авторитетами; также они не должны быть ими для кого-либо другого. Если кто-то придерживается Философии Будды, пусть он поступает и говорит, как поступал и говорил Будда; если человек называет себя христианином, пусть он следует заповедям Христа, но не толкованиям Его многих расходящихся священнослужителей и сект.

В одном «Буддийском Катехизисе» задается вопрос:

Есть ли в Буддизме какие-либо догмы, которые требуется принять на веру?
Ответ: Нет. От нас серьезно требуют, чтобы мы ничего не принимали на веру, будь то написано в книгах, передано нам от наших предков или преподано мудрецами. Наш Владыка Будда сказал, что мы не должны верить сказанному только потому, что так сказано; ни традициям, потому что они дошли до нас из древности; ни слухам, как таковым; ни писаниям мудрецов, потому что их написали мудрецы; ни фантазиям, про которые мы можем думать, что они посланы нам Девой (т. е. предполагаемым духовным вдохновением); ни выводам, сделанным из поспешных заключений, которые мы могли сделать; ни тому, что может казаться аналогичной необходимостью; ни одному только голому авторитету наших наставников и учителей. Но мы должны верить, когда Писание, доктрина или сказанное подтверждается нашим собственным разумом и сознанием. «Поэтому», – говорит он в заключение, – «Я учил вас не верить только потому, что вы слышали, но когда верите, исходя из вашего сознания, затем поступать согласно с этим».[12]

Что Нирвана или, вернее, то состояние, в каковом мы находимся в Нирване, есть совершенно противоположное уничтожению, подсказывается нам нашим «разумом и сознанием», и для нас лично этого достаточно. В то же время, так как этот факт не соответствует и мало приспособлен для обычного читателя, то должно быть добавлено что-то более эффективное.

Без прибегания к источникам, антипатичным Оккультизму, «Каббала» снабжает нас наиболее блестящими и ясными доказательствами, что термин «nihil» имел в умах древних философов совсем другое значение, нежели то, которое он получил ныне в руках материалистов. Он определенно означает «Ничто» (hothing) или «не вещь» (no-thing). Ф. Кирхер в своем труде о «Каббале» и Египетских Мистериях[13] прекрасно объясняет этот термин. Он говорит своим читателям, что в «Зохаре» первый из Сефиротов[14] имеет имя, значение которого – «Бесконечное», но которое без различия переводилось каббалистами, как «Энс» и «Не-Энс» («Бытие» и «Небытие»); Бытие постольку, поскольку оно является корнем и источником всех других существ; Не-Бытие потому, что Эйн Соф – Беспредельный и Беспричинный, Бессознательный и Пассивный Принцип – ни на что другое во Вселенной не походит.

Автор добавляет:

Вот причина, по которой Св. Дионисий не поколебался назвать его Nihil.

Поэтому даже у некоторых христианских богословов и мыслителей, особенно у более ранних, которые жили всего несколько поколений от времен глубокой Философии посвященных язычников, – Nihil служило синонимом безличного, божественного Принципа, Бесконечного Всего, которое не есть Существо или вещь, – Эн или Эйн Софа, Парабрахмана Веданты. Теперь, Св. Дионисий был учеником Павла – Посвященного – и этот факт все проясняет.

«Nihil» есть in esse само Абсолютное Божество, сокровенная Сила или Вездесущность, униженная Монотеизмом в антропоморфическое Существо со всеми страстями смертного человека в большом масштабе. Соединение с Тем не есть уничтожение в том смысле, как это понимают в Европе.[15] На Востоке уничтожение в Нирване относится только к материи – к материи как видимого, так и невидимого тела, ибо астральное тело, личный двойник, все еще есть материя, как бы она не была утонченной. Будда учил, что первоначальная Субстанция вечна и неизменна. Носителем ее является чистый, светоносный эфир, беспредельное, бесконечное Пространство.

Не пустота, получившаяся в результате отсутствия форм, но, наоборот, основание всех форм ... (Это) означает, что это создание Майи, все труды которой ничто перед несозданной Формой (Духом), в чьих непостижимых и священных глубинах всякое движение должно прекратиться навсегда.[16]

«Движение» здесь относится только к иллюзорным предметам, к их изменению в противоположность вечности, покою – тогда как бесконечное движение есть Вечный Закон, беспрестанное Дыхание Абсолюта.

Овладение буддийскими догмами может быть достигнуто только применением Платоновского метода: от общего к частному. Ключ к нему лежит в утонченных и мистических учениях о духовном приливе и божественной жизни.

Будда говорит:

Тот, кто незнаком с моим Законом[17] и умирает в этом состоянии, должен возвращаться на Землю до тех пор, пока не станет совершенным Самано (аскетом). Чтобы достичь этой цели, он должен разрушить внутри себя троицу Майи.[18] Он должен погасить свои страсти, объединить и отождествить себя с Законом (учением Тайной Доктрины) и постичь философию уничтожения.[19]

Нет, не в мертвой букве буддийской литературы ученые могут надеяться когда-то найти правильное разрешение ее метафизических тонкостей. В древности одни только пифагорейцы вполне их понимали, и именно на непостижимых (для обычного востоковеда и материалиста) абстракциях Буддизма Пифагор обосновал главные учения своей Философии.

В Буддийской философии уничтожение означает только рассеивание материи, в какой бы форме или подобии она ни была, ибо все, что имеет форму, было сотворено и поэтому раньше или позже должно погибнуть, т. е. изменить эту форму; поэтому, как что-то временное, хотя и кажущееся постоянным, это есть только иллюзия, Майа; ибо так как у вечности нет ни начала, ни конца, то более или менее долгая длительность какой-либо формы проходит, так сказать, как мгновенная вспышка молнии. Прежде чем мы успели отдать себе отчет в том, что мы видели ее, она уже промелькнула и исчезла навсегда; следовательно, даже наши астральные тела, чистый эфир, представляют собой только иллюзии материи до тех пор, пока они удерживают свое земное очертание. Последнее, говорит буддист, изменяется в соответствии с заслугами или не заслугами данного человека в течение его жизни, и это есть метемпсихоз. Когда духовная Сущность освобождается навсегда от всех частиц материи, только тогда она вступает в вечную и неизменную Нирвану. Она существует в Духе, в ничто; как форма, как образ, как подобие она полностью уничтожена и поэтому больше не умрет, ибо только один Дух не есть Майа, но единственная Реальность в иллюзорной Вселенной вечнопреходящих форм.

Именно на этой буддийской доктрине пифагорейцы обосновали главные положения своей философии. «Может ли Дух, который дает жизнь и движение, и разделяет природу света, быть сведен к небытию?» – они спрашивают. «Может ли умереть и стать ничем тот чувствующий Дух в животных, который пользуется памятью, одним из разумных свойств?» И Уайтлок Балстрод в своей талантливой защите Пифагора поясняет эту доктрину добавляя:
«Если вы скажете, что они (животные) выдыхают свои Духи в воздух, и там пропадают, то это все, что я хотел. Воздух, действительно, является надлежащим местом, чтобы их принять, будучи, по словам Лаэртия, полон душ и, согласно Эпикуру, полон атомов, начал всех вещей; ибо даже то место, где мы ходим, и летают птицы, настолько обладает духовным естеством, что оно невидимо и поэтому вполне может быть приемником форм, так как формы всех тел таковы; мы можем только видеть и слышать их проявления; воздух сам по себе слишком тонок и превышает способности нашего века. Каков же тогда эфир в верхнем регионе и каковы влияния форм, которые оттуда снисходят?» Пифагорейцы считали, что Духи тварей, которые являются эманациями наиболее возвышенных частей эфира, – суть эманации, дыхания, но не формы. Эфир тленен – все философы с этим соглашаются; – а то, что нетленно, настолько далеко от уничтожения, когда оно избавляется от формы, что вполне может претендовать на бессмертие.
«Но что это такое, что не имеет ни тела, ни формы; что неосязаемо, незримо и неделимо, – то, что существует, и чего все же нет?» – спрашивают буддисты. Ответ: «Это – Нирвана». Это есть ничто – не сфера, а скорее, состояние.[20]


Сноски


  1. Адити, согласно «Риг-Веде» есть «Отец и Матерь всех Богов»; и южные буддисты считают Акашу Корнем всего, откуда все во Вселенной возникло, повинуясь присущему в ней закону движения; и это есть тибетское «Пространство» (Тхо-ог).
  2. «Манава-Дхарма-Шастра», I, 6, 7.
  3. «Бог» Пифагора, ученика арийских Мудрецов, не есть личный Бог. Следует запомнить, что в качестве основного учения он учил, что существует вечный Принцип Единства, покоящийся под всеми формами, изменениями и другими явлениями Вселенной.
  4. «Isis Unveiled», I, XVI.
  5. «Isis Unveiled», 1, XVIII.
  6. «Isis Unveiled», I, 53.
  7. «Isis Unveiled», 1, 59.
  8. Тогда как они в значительной степени тождественны с теориями Эзотерического Буддизма, Тайной Доктрины Востока.
  9. «Parerga». II, III, 112; цитировано в «Isis Unveiled», I, 58.
  10. «Five Years of Theosophy», стр. 338, etc.
  11. Проф. Макс Мюллер в письме в газете «Таймс» (апрель 1857 г.) весьма яро утверждал, что Нирвана означает уничтожение в полном смысле этого слова. («Chips from а German Workshop», I, 287.) Но в 1869 году, в лекции на Общем Собрании Общества германских филологов в Киле «он четко объявляет свое мнение, что Нигилизм, приписываемый учению Будды, не входит в его доктрину, и что совершенно неправильно считать, что Нирвана означает уничтожение». (Трабнер, «Amer. and Oriental Lit. Rec.»), окт. 16-oe, 1869.)
  12. См. «Калама Сутту» из «Ангуттараникаи», процитированную в «Буддийском Катехизисе» Г. С. Олькотта, президента Теософического Общества, стр. 55, 56.
  13. «Edipus Egypt.», Кирхер, II, 291.
  14. Сефира или Адити (мистическое Пространство). Следует понимать, что Сефироты идентичны с индусскими Праджапати, Дхиан-Коганами Эзотерического Буддизма, Амшаспендами зороастриан и, наконец, с Элохимами – «Семью Ангелами Присутствия» римско-католической Церкви.
  15. Согласно идее Востока, Все исходит из Единого и опять к нему возвращается. Абсолютное уничтожение просто немыслимо. Вечная Материя не может быть уничтожена. Может быть уничтожена форма; могут измениться корреляции. Это все. Во Вселенной не может быть такой вещи, как уничтожение – в европейском смысле этого слова.
  16. «Isis Unveiled», I, 289.
  17. Сокровенный Закон, «Учение Сердца», названное так в противоположение «Учению Ока» или экзотерическому Буддизму.
  18. «Иллюзорная материя в ее трояком проявлении в земной и в астральной, или первоначальной, Душе (теле), и Платоновской двойной Душе – разумной и неразумной».
  19. «Isis Unveiled». I, 289.
  20. «Isis Unveiled», I, 290.


<< Содержание >>