Открыть главное меню

Библиотека Теопедии β

Болдырев О.Г. - Интервью Е.П.Блаватской нью-йоркской газете Daily Graphic

Болдырев Олег Геннадьевич
Интервью Е.П.Блаватской нью-йоркской газете «Daily Graphic»
Опубликовано в журнале "Современная теософская мысль", 2020-2 (10)


Читатели СТМ имеют здесь возможность познакомиться с первым интервью Е. П. Блаватской в американской прессе, опубликованным 13 ноября 1874 года в нью-йоркской газете «Daily Graphic» (Ежедневная графика)[1]. Газета выпускалась с 1873 года по 1889 год и считается первой газетой в США с ежедневными иллюстрациями-гравюрами.

Интересен тот факт, что Е.П.Б. именно это интервью не включила в состав своего архива (по крайней мере в трёх первых её альбомах его нет), хотя статья «О спиритуализме», которая в газете следует непосредственно за интервью, в альбомах имеется. Об этом интервью не упоминает также и Б.М. Цырков, а известно, что он собирал всё, связанное с её наследием.

Некоторые сведения о визите Е.П.Б. 12 ноября 1874 года в офис «Daily Graphic» мы находим в письме Е.П.Б. к Г. С. Олкотту. В тот же день она писала:

«А знаете ли Вы, что господа из “Grafic” до смерти утомили меня просьбами подарить им мой портрет? Г-н Ф. был послан вовлечь меня в беседу после того, как я выступила в поддержку [братьев Эдди] и пожелала, чтобы они разместили мою [вторую] статью против Биэрда. Полагаю, они хотели создать сенсацию, и потому так ухватились за мои прекрасные ноздри и роскошный рот. Я заявила им, что природа снабдила и наградила меня носом как картошка, но я не намерена позволить им выставлять его на посмешище, пусть он и овощ. Они принялись со всей серьёзностью отрицать этот факт и тем меня рассмешили, а Вы же знаете, что “celui qui rit est desarme”[2]».

В своих воспоминаниях[3] Г.С.О. цитирует это письмо со следующим вступлением:

«В ноябре 1874 года, подписав своё письмо “Jack the Pappoose”[4], она просила меня добыть ей ангажемент в одном журнале на написание историй о потустороннем, поскольку вскоре она “будет стеснена в средствах”, сопроводив просьбу развесёлым отчётом о своей родословной и родственниках с обеих сторон; выражаясь как демократка, однако очень ясно показывая, что у неё, как ни у кого другого, есть причины гордиться своей родословной. Она пишет о том, как сотрудники “Daily Graphic” расспрашивали её о путешествиях и просили разрешения сделать её портрет. Учитывая, сколько тысяч её изображений были с тех пор выпущены по всему миру, будет забавно процитировать пару предложений об этом первом опыте такого рода».

Мы, в свою очередь, не без сожаления сообщаем, что не знаем, о каком фото или гравюре Е.П.Б. идёт речь и сохранилось ли изображение вообще, поскольку в «Daily Graphic» оно так и не было опубликовано.

Первые месяцы своей американской миссии 1873-1878 гг. Елена Петровна сотрудничала с газетой «Daily Graphic», что было связано с деятельностью Г.С.О., выполнявшего для газеты роль корреспондента, как тогда говорили, комиссионера. Г.С.О. был очень заинтересован в исследовании спиритических феноменов.

Явления спиритизма в США массово начались с 1848 года в Гайдсвилле, штат Нью-Йорк, когда в доме фермера Джона Фокса произошло загадочное событие. При невыясненных до конца обстоятельствах бесследно пропал остановившийся там на несколько дней торговец. Фоксы вселились в этот дом уже после исчезновения постояльца. При них – впоследствии события связывались главным образом с дочерьми Фокса – участились стуки, о которых сообщали предыдущие владельцы дома, появлялся призрак человека в чёрном плаще, а также были слышны шаги кого-то невидимого, как бы спускавшегося в подвал, где спустя много лет, уже в начале 1900-х годов в развалившейся стене подвала был обнаружен труп неизвестного мужчины. Дочери Фокса, от природы одарённые психическими способностями, а также их соседи, почувствовав в действиях путостороннего существа желание общаться с земными людьми, стали задавать невидимке вопросы и получать ответы, всё через те же стуки; ответы, показавшиеся задававшим их вполне разумными. Подобные явления, или феномены, но уже без столь явно выраженного криминального подтекста, стали распространяться по всей Америке. В обществе возникло широкое обсуждение этих непонятных манифестаций потусторонних сил, про них стали писать в прессе, и в итоге оформилось масштабное явление, которое в Штатах было названо спиритуализмом (от англ. spirit – дух, душа), а в Европе – спиритизмом. За неимением каких-то научно доказанных выводов о природе спиритических явлений получило широкое распространение мнение, что всё это непонятное есть общение воплощённых людей с развоплощёнными – умершими родственниками, друзьями, а также с известными в прошлом личностями.

Середину 1870-х годов можно считать наивысшим периодом спиритуализма в США и, соответственно, самого широкого интереса к нему. Видимо, совсем не случайно было выбрано время приезда Е.П.Б. в Штаты в 1873 году. Елена Петровна посвятила первые два года своей деятельности в этой стране именно спиритуализму. Оставленная ею запись о своей американской миссии гласит следующее:

«...Меня специально отправили из Парижа в Америку, чтобы доказать феномены и реальность их существования, а также показать ошибочность спиритуалистических теорий относительно “духов”. Но как лучше всего я могла это выполнить? Мне не хотелось, чтобы люди узнали о моей способности создавать те же явления по своей воле. Я получила обратные Указания; и в то же самое время я должна была поддержать реальность, истинность и возможность этих феноменов в сердцах тех, кто обратился от материализма к спиритуализму, а теперь, после разоблачения нескольких медиумов, отошёл от новых позиций, вернувшись к своему скептицизму».

Именно ради выполнения поставленной перед нею задачи поддержания в людях веры в существование другого мира, подобно земному населённому самыми различными существами, она на первых порах неизменно представлялась спиритуалисткой. Напраши­вается вполне законный вопрос, не является ли такое поведение неправильным, ведь, даже как она сама сообщает в том же интервью, она принадлежала к «тайному восточному масонскому ордену», суть учения которого ей и предстояло в будущем раскрыть, и учение это – всеохватывающая теософия – мало что имело общего с верой в астральные остатки (тени) умерших людей, а также низших природных духов, проявлявшихся на спиритических сеансах и принимаемых большинством за развоплощённые человеческие души. Она сама неизменно писала слово «духи» в кавычках, давая понять, что они не являются теми человеческими душами, за которыми их принимали спиритуалисты.

В том же «Важном замечании», фрагмент из которого мы привели выше, она сообщает, что

«мир пока ещё не готов понять философию оккультных наук; пусть прежде всего люди убедятся в том, что невидимый мир наполнен существами – и “духами” умерших, и элементалами – и что в человеке существуют скрытые силы, способные сделать его богом на земле. Когда я умру и меня не станет, люди, возможно, поймут мои бескорыстные мотивы. Я поклялась, пока жива, помогать людям на их пути к Истине – и слово сдержу. Пусть они поносят меня и бранят. Пусть одни называют меня медиумом и спиритуалисткой, а другие – мошенницей. Наступит день, когда потомки смогут понять меня лучше».

В своём первом альбоме Е.П.Б. сохранила вырезку со статьёй Ирвина Ферна «Непрактичные духи» из всё той же «Daily Graphic», в которой автор вполне резонно указал заинтересованной публике на отсутствие для человечества практической ценности наблюдаемых спиритических явлений:

«Духи должны прекратить своё баловство, перестать разговаривать на бауэрском жаргоне и научить нас чему-нибудь, что имело бы практическую ценность. Они должны рассказать нам о жизни после смерти и рассудить те великие вопросы, по которым расходятся современные нам религии. Они должны возродить забытые искуcства и открыть тайну происхождения рас. Они могли бы, наконец, пролить свет на шекспировскую загадку или найти недостающие звенья в дарвиновской цепи видов. Они должны материализовать достаточно одежд, чтобы одеть всех бедных и нуждающихся, и тогда они, возможно, смогли бы рассчитывать на наши уважение и благодарность...»

Под статьёй Ферна мы можем прочесть рукописный отклик Е.П.Б.:

«Браво! Ирвин Фрэнсис Ферн – великий оккультист. Он прав, но мы должны защищать, а также доказывать феномены, прежде чем начнём учить их философии».

Позднее Е.П.Б. будет говорить, что спиритуализм – явление, безусловно, вредное, по существу, некромантия; что вызвано оно, в том числе, хаотичным смешением на просторах Америки народов и рас; что души умерших не могут спускаться в плотную сферу, поскольку пребывают в дэвачане (если при жизни не были поражены тяжкими пороками) и имеют там образы оставленных на земле родных и близких, так сказать, пребывают в обществе любимых ими при жизни людей; что бывают всякие исключения из правил, но массового контакта не существует. Весьма ценные подробности большого и сложного явления спиритуализма она сообщает в письмах (1) своей сестре В.П. Желиховской[5] и (2) А.П. Синнетту[6]:

(1) «Чем более я вижу спиритических сеансов в этой колыбели и рассаднике спиритизма и медиумов, тем яснее вижу, как они опасны для человечества. Поэты говорят о тонкой перегородке между двумя мирами – перегородки нет никакой! Слепые люди вообразили какие-то преграды потому, что грубые органы слуха, зрения и ощущений наших не позволяют большинству проникнуть разность бытия. Впрочем, мать природа хорошо сделала, наделив нас грубыми чувствами; иначе индивидуальность и личность человека сделались бы невозможными, потому что тогда мёртвое постоянно бы смешивалось бы с живым, и живые люди ассимилировались бы с умершими… Ещё если бы вокруг нас существовали однородные духи, полу-духовные отброски смертных, умерших не примирившись с великою необходимостью смерти, можно было бы примириться с неизбежным. Мы не можем, так или иначе, совершенно непроизвольно, не отождествляться физически с мёртвыми, поглощая составные атомы того, что жило до нас; со всяким дыханием мы вдыхаем их, а выдыхаем то, что питает бесформенные создания, элементы, парящие в воздухе, в ожидании превращения в живых созданий. Это не только физический процесс, но и духовный отчасти. Впитывая постепенно их мозговые молекулы, меняясь нашими интеллектуальными орами[7], – значит мыслями, желаниями, стремлениями, – мы ассимилируем тех, кто нам предшествовал.

Это перерождение общее человечеству и всему живущему. Натуральный процесс, вытекающий из законов экономии природы... Он объясняет сходства внешние и нравственные…

Но есть другой, исключительный закон, проявляющий себя периодами и спорадически: это закон как бы искусственной, насильственной ассимиляции. Во время подобных эпидемий царство мёртвых вторгается в область живого; хотя, к счастью, эти отброски его связаны узами былых условий и не могут, по вызовам медиумов, нарушать границ и пределов, в которых действовали и жили... И чем шире открыты им двери, чем сильнее распространена некромантическая зараза, чем дружнее желания медиумов и спиритов распространяют магнетический ток своих призывов – тем больше сил и жизненности приобретает наваждение.[8]

...Ведь лишь такие земные останки, неотразимо стремящиеся к земле, и не могут следовать за освобожденными душой и духом, этими высшими принципами бытия человеческого!

Часто я с ужасом и отвращением наблюдала, как отделялась такая ожившая тень из внутренностей медиума; как, выделяясь из его астрального тела, в чужой оболочке называлась якобы своим близким, умиляя их до восторга, заставляя широко открывать сердца и объятия этим теням, которых они искренне считали своими дорогими отцами и братьями, воскресшими для убеждения их в вечной жизни и свидания с ними... А если бы они знали правду! Если бы верили ей!.. Если бы видели, чтó часто видела я, как уродливое, бесплотное создание иногда набрасывается на кого-нибудь из присутствующих на таких волхованиях спиритов! Оно окутывает человека будто чёрным саваном и медленно исчезает в нём, как бы втянутое в его тело каждым живым пором».

Далее приводится переведённый Е.П.Б. на английский фрагмент того же письма, отредактированного и дополненного ею в 1886 г. для издания в книге А.П. Синнетта «Incindents in the Life of Madame Blavatsky»[9]. К письму были добавлены авторские комментарии и примечания.

«Но есть и другой закон, исключительный и проявляющий себя в человеческом роде спорадически и периодически: закон принудительной посмертной ассимиляции; во время нашествия такой эпидемии мёртвые вторгаются из своих соответственных сфер в царство живых – к большому счастью, лишь в пределах тех местностей, в коих они жили и где были похоронены.[10] В таких случаях продолжительность и интенсивность эпидемии зависит от того, насколько радушный приём их ожидает, от того, широко ли открываются двери, чтобы принять их, и будет ли некромантическое поветрие усилено магнетическим притяжением, желанием медиумов, сенситивов и любопытных, или при сигнале опасности эта эпидемия будет мудро подавлена.

Такие периодические посещения происходят ныне в Америке. Началось с невинных детей – маленьких мисс Фокс – бессознательно игравших с этим ужасным оружием, и, приветствуемые и со всей душой приглашенные «войти», все мертвецы, казалось, устремились внутрь и в большей или меньшей степени овладели живыми. Я намеренно отправилась к семейству сильных медиумов – Эдди – и наблюдала за ними в течение двух недель, ставя опыты, которые, конечно, держала при себе.

Ты помнишь, Вера, как я делала для тебя опыты в Ругодево, как часто видала я призраков тех, кто прежде жили в доме, и описывала их тебе – ибо ты ни разу не смогла их увидеть. Так вот, то же самое денно и нощно было в Вермонте. Я видела и наблюдала их, этих бездушных созданий, тени своих земных тел, из которых, в большинстве случаев, дух и душа отлетели давным-давно, но которые процветали и сохранили свои полу-материальные тени за счёт сотен посетителей, приходивших и уходивших, равно как и за счёт медиумов. И по совету моего Учителя я заметила, что (1) те явления, которые были подлинными, производились «призраками» тех, кто жил и умер в определённой области этих гор; (2) те, кто умерли далеко от этих мест, были менее целостными – смесь настоящей тени и того, что задержалось в личной ауре посетителя, к которому тень должна была явиться; и (3) чисто поддельные [явления] или, как я их называю, отражения истинных призраков или теней усопшей личности. Постараюсь выразиться яснее: это не призраки ассимилировали медиума, но медиум – У. Эдди – бессознательно для себя ассимилировал образы покойных родственников и друзей из ауры присутствовавших.

Как отталкивающе и жутко было наблюдать этот процесс! Меня нередко мутило, голова кружилась, но я должна была смотреть, и самое большее, что я могла сделать, это удерживать отвратительные создания на расстоянии вытянутой руки. Но надо было видеть, какой тёплый прием обеспечивали этим теням спиритуалисты! Они рыдали и радовались вокруг медиума, заключённого в оболочку этих пустых материализованных теней; и радовались и рыдали вновь, порой обуреваемые эмоциями, искренней радостью и счастьем, заставляя моё сердце плакать по ним кровавыми слезами! "Если бы только они видели то, что вижу я", – часто желала я. Если бы только они знали, что эти симулякры мужчин [и] женщин целиком созданы из земных страстей, пороков и мирских мыслей остатков той личности, которая некогда была, ибо они лишь отброски, которые не могли последовать за освобождёнными душой и духом и оставлены на вторую смерть в земной атмосфере,[11] и их-то видят средние медиумы и публика. Временами я видела, как один из таких фантомов, покидая астральное тело медиума, набрасывался на кого-нибудь из присутствующих, растягиваясь, чтобы облечь его целиком, а затем медленно исчезнуть внутри живого тела, словно всосавшись в него через все поры».

(2) «Даже материализовавшаяся фигура моего дяди в доме Эдди была именно изображением; это я извлекла его из моей памяти, поскольку я решилась на проведение экспериментов, не сообщив никому об этом. То, что я сбросила на астральное тело медиума, было, по-видимому, чем-то вроде пустой наружной оболочки моего дяди. Я всё видела и управляла этим процессом. Я понимала, что Уил Эдди истинный медиум, и что этот феномен действительно имел место, и потому, когда для него настали тяжёлые времена, я защищала его в прессе. Подводя итог, скажу: за все годы, прожитые в Америке, я никогда не достигала цели, в каждом отдельном случае, в отождествлении тех, кого я хотела увидеть. Только лишь в моих мечтаниях и личных видениях мне казалось, что я имела прямые контакты с моими близкими родственниками и с друзьями, с теми людьми, с которыми у меня существовала глубокая, взаимная духовная любовь…

В силу известных психо-магнетических причин, разъяснять которые здесь слишком долго, оболочки тех духов, которые более всего любили нас, за очень редким исключением, не будут пытаться вступить с нами в контакт. Им это не нужно, поскольку, если только они не были безнадёжными грешниками при жизни, они будут иметь нас при себе в Дэвачане, в том состоянии блаженства, в котором монады пребывают в окружении всех тех или иных [близких им образов], которые они любили, [т. е. среди] объектов своих духовных притяжений, а также человеческих сущностей. Оболочки, отделившись от своих высших принципов, не имеют ничего общего с последними. Их не тянет к их родственникам и друзьям, но скорее к тем, с которыми их земные, чувственные привязанности наиболее сильны. Таким образом, оболочка пьяницы будет притягиваться к тому, кто или уже пьяница, или имеет в себе зачаток этой страсти, и в таком случае данная оболочка будет усиливать эту страсть, используя органы человека для удовлетворения своего пристрастия; тот, кто умер, исполненный сексуальной страсти к ещё живущему партнеру, будет тянуться своей оболочкой к нему или к ней, и т. д.

Мы, теософы и особенно оккультисты, никогда не должны упускать из виду мудрый постулат Эзотерической Доктрины, который учит нас, что именно мы, живущие, притягиваемся к духам – но последние никогда не смогут, даже если бы захотели, спуститься к нам, точнее, в нашу сферу».

Подтверждением описанного выше закона, или постулата, стали явления, в которых Е.П.Б. принимала по указанию Учителя самое деятельное участие и сохранила о них для истории достоверные свидетельства. Так появился перевод на русский язык окончания романа Чарльза Диккенса «Тайна Эдвина Друда», записанного американским медиумом Томасом Джеймсом; впервые он опубликован в 1-м томе собрания произведений Е.П.Б. Другое свидетельство касалось материализации «духов» братьями Эдди в своём доме в Читтендене, штат Вермонт, и перевод писем Г.С.О. для «Daily Graphic», рассказывающих об этих сеансах. Позднее Г.С.О. издал книгу на основе своих наблюдений за сеансами братьев Эдди «People From the Other World» (дословно – «Потусторонние люди»), но Е.П.Б. перевела именно письма Г.С.О. (все 20 писем), назвав перевод «С того света»; этот труд предстоит опубликовать во втором томе Собрания. Пользуясь случаем сообщаем, что кроме упомянутого перевода второй том будет включать материалы 1874–1875 годов из альбомов, или личного архива, Е.П.Б.: многочисленные статьи и заметки её самой, Г.С.О. и других авторов, писавших в те годы на темы спиритуализма и оккультизма.

Интервью, как говорилось, требует уточнения по части биографии Е.П.Б., поскольку в первых публикациях о жизни Е.П.Б. преобладала биографическая информация, как правило не соответствующая действительности. На первых порах газеты умудрялись неверно писать даже её фамилию и национальность, например так: m-m Blowtsky, Prussian. Разумеется, о том, чтобы проверять информацию и/или извиняться за ошибки, речи и быть не могло. И даже люди, ей близкие и знающие её больше газетчиков, стремились наделять её не принадлежащими ей звучными титулами вроде графини. Против последнего она всерьёз протестовала, понимая, что даже вдали от родины не стоит называться тем, кем она не являлась.

История жизни Е.П.Б. говорит нам, что родилась она в Екатеринославе (с 1926 г. Днепропетровск, ныне г. Днепр) в 1831 году в доме её деда Андрея Михайловича Фадеева (1790‒1867), коллежского советника и кавалера, управляющего в Новороссии (Одесса) конторой иностранных поселенцев южного края России с 1817 года по 1834 год, в Астрахани возглавлявшего контору кочующих народов, губернатора Саратова в 1841‒1846-х годах и, наконец, в Тифлисе (ныне – Тбилиси) при императорском наместнике Кавказа князе М.С. Воронцове – члена совета главного управления Закавказского края и управляющего местными государственными имуществами.

Отцом Е.П.Б. был Пётр Алексеевич Ган (1802‒1873) – артиллерийский офицер, род которого Ган фон Роттенштерн Ган происходил из Германии. В Тифлис Е.П.Б. переехала в 1847 году из Саратова, но не после смерти отца, а матери – Елены Андреевны Ган (Фадеевой, 1814‒1842), известной русской писательницы.

Замуж Е.П.Б. вышла в 18 лет за сорокалетнего коллежского асессора Никифора Васильевича Блаватского (1809/1810‒?), Эриваньского уездного начальника, впоследствии вице-губернатора Эриваньской губернии. Эриваньский означает Ереванский – теперь это Армения. Это замужество было для Е.П.Б. в тягость, говорить о нём она не любила, но когда говорила, то свой возраст при вступлении в брак убавляла, а возраст мужа сильно увеличивала. Расставание с Н.В. Блаватским, о котором сообщает Е.П.Б., произошло в конце 1849 года, после чего она, видимо, в конце зимы – начале весны 1850 года покинула Россию почти на девять долгих лет.

Что касается «русской невестки» королевы Виктории, то тут можно добавить, что помимо курения великая княжна Мария Александровна (1853–1920), единственная дочь российского императора Александра II и его любимица, вышедшая замуж за герцога Эдинбургского Альфреда, второго сына королевы Виктории, обладала ярко выраженным характером да и была фактически богаче Её императорского высочества, что всё вместе взятое делало их отношения крайне напряжёнными. Так что выражение «бедная королева Виктория» здесь очень уместно. Однако, несмотря на такие сложные отношения, Виктория в итоге прониклась уважением к строптивой невестке, а Её личную виндзорскую столовую украшал портрет Марии Александровны, единственной изо всей многочисленной родни королевы.

Весьма интересно сообщение Е.П.Б. о её переводах двух важных для науки книг, которые сделали их авторов знаменитыми: «О происхождении видов с помощью естественного отбора или о сохранении благоприятных рас в борьбе за жизнь» (On the Origin of Species by Means of Natural Selection, or the Preservation of Favoured Races in the Struggle for Life) Чарльза Дарвина (1809–1882) и «История цивилизации в Англии» (History of Civilization in England) Генри Томаса Бокля (1821–1862).

Первое издание «Происхождения видов» вышло на английском языке в 1859 году, а в следующем году сначала было переведено на немецкий язык, и именно это издание использовалось в России и для изучения, и для перевода на русский язык. Первое русское издание появилось в 1864 году, переводчиком выступил российский учёный, педагог и просветитель С.А. Рачинский. Второй перевод появился в 1896 году, а всего до революции этот труд выдержал в России порядка десяти изданий.

Данное интервью является пока единственным источником сведений о русских переводах Е.П.Б. упомянутых трудов. Местонахождение её рукописей неизвестно до настоящего момента. Также неизвестно, попадали ли когда-либо эти переводы в Россию и были ли использованы в осуществлённых изданиях. Не больше известно и о публикациях Е.П.Б. в «Revue des deux Mondee» и «Independence Belge».

Повторим, удивительно, что Е.П.Б. оставила публикацию своего первого интервью без какого-либо отклика. Позднее, в январе следующего года на появившуюся в газете «New York Mercury» публикацию под названием «Героические женщины», где она выступила главной героиней, она отреагировала большим письмом в редакцию, часть которого была опубликована.

Мы привели в данной статье лишь самые краткие и необходимые на наш взгляд комментарии. Большая часть заявлений Елены Петровны касается малоизученного периода её жизни и заслуживают в будущем самого пристального исследования.

О. Г. Болдырев
1 ноября 2020


Содержание

Интервью с Е. П. Блаватской


13 ноября 1874 года, «Daily Graphic» Визит м-м Блаватской в офис «Daily Graphic» – Её необычайная жизнь – Длительные путешествия, удивительные приключения и чудесный опыт спиритуалиста.

Вчера м-м Блаватская посетила офис «Daily Graphic» и вызвала огромный интерес к своей персоне. Она продемонстрировала серебряное украшение, часть ордена св. Анны, захороненного в могиле её отца в Ставрополе. Это украшение дух Джорджа Дикса передал ей на недавнем сеансе в имении семьи Эдди в Вермонте. Цель её визита к нам состояла в личной передаче главному редактору письма по поводу ведущейся сейчас дискуссии между Олькоттом и Биэрдом. Эта дама с большой живостью высказывается в пользу братьев Эдди и, похоже, весьма обеспокоена письмом Биэрда. М-м Блаватская путешествовала почти во всех частях света, имела множество романтических приключений; она удивительно добродушная и весёлая женщина. Она привлекательна, у неё полная чувственная фигура, правильной формы нос, большие глаза, красивый рот и подбородок. Одевается она с замечательной элегантностью, на ней эффектные перчатки и одежда её благоухает тонкими, восхитительными ароматами, собранными ею в восточных странствиях.

– Родилась я в 1834 году в Екатеринославе, в котором мой отец полковник Ган-ган был губернатором. Это примерно в 200 верстах от Одессы. Он являлся двоюродным братом графини Иды Ган-ган, писательницы. Моя мать также была писательница, использовала псевдоним Зинаида Р-ва. Ваши коллеги курят здесь?

– Я не курю.

– Я о Ваших коллегах.

– Другие курят, и Вы можете курить, если хотите.

– Правильно, все мы, русские дамы, любим курить. Как считаете, почему бедная королева Виктория чуть не впадает в истерику? Потому что её русская невестка курит.

М-м Блаватская достала пачку сигаретной бумаги и кисет с турецким табаком и ловко свернула изящную маленькую сигаретку. Автор любезно предложил ей огонь, и она стала курить, выпуская синий дым из своих прекрасных ноздрей с тем мечтательным наслаждением, которое так хорошо известно курильщику.

– Когда мой отец умер, – продолжала она, попыхивая сигаретой, – я приехала в Тифлис, что в Грузии, где мой дед был одним из трёх советников наместника Кавказа Воронцова. В возрасте 16 лет они выдали меня замуж за М. Блаватского, губернатора Эриваня. Вообразите, ему было семьдесят три, а мне шестнадцать. Но заметьте, я никого не виню, – и моих друзей тоже, – ни в малейшей степени (клубы дыма). Однако в конце того же года мы расстались. Его привычки были мне неприятны. Поскольку у меня было собственное состояние, я решила путешествовать. Первым делом я прибыла в Египет. Провела три ночи в пирамиде Хеопса. О, там у меня был удивительный опыт. Затем поехала в Англию, а в 1853 году приехала в эту страну. Отсюда меня вызвали в Россию в связи со смертью моей бабки, м-м Багратион. Она оставила мне состояние, и если бы я была с ней перед её кончиной, то получила бы значительно больше. Она завещала восемь миллионов рублей конвентам и монастырям в Молдавии – сама она была молдаванкой. Я вернулась в Египет и оттуда проникла в Судан. Мне удалось заработать много денег в той поездке.

– Каким образом?

– На страусовых перьях. Я была там не для этого, но когда поняла, что это возможно, я так и сделала. О! Страусовые перья можно продавать по 5 или 6 гиней, покупая их за 1 цент. Затем я поехала в Афины, Палестину, Сирию, Аравию, а затем обратно в Париж. Потом были Гамбург и Баден-Баден и потеря крупных сумм в азартных играх. Жаль про это говорить. В 1858 году я вернулась в Париж, где познакомилась с Даниелем Хьюмом, спиритуалистом. Он женился на графине Кроль, сестре графа Кушелева-Безбородко, с которой я была очень близка в детстве. Хьюм обратил меня в спиритуализм.

– Приходилось ли Вам видеть его «левитации», как их называют?

– Конечно, но мне нужен огонь (снова клубы дыма). Благодарю. Да, я видела, как Хьюм вылетел из окна четвёртого этажа, очень осторожно опустился на землю и сел в экипаж. После всего этого я вернулась в Россию и там обратила в спиритуализм моего отца, который до того был вольтерянцем. Обратила и многих других.

– Сами Вы медиум?

– Да, я получаю некоторые явления вроде постукиваний духов и тому подобного.

– Много ли спиритуалистов в Вашей стране?

– Да, Вы будете удивлены узнать, как много спиритуалистов в России. Например, спиритуалистом является император Александр. Вы можете в это поверить? Освобождение крестьян последовало за явлением императора Николая императору Александру.

– Это поразительное заявление.

– Это правда. Однажды цесаревич рассказал об этом князю Барятинскому. Тот сказал в ответ: «О Ваше Императорское Высочество, я не могу в это поверить». Император выступил вперёд и спросил, о чём они сейчас говорят. Князь Барятинский отвечал, что цесаревич говорил о явлении духа императора Николая. Император Александр сам стал бледный как призрак и произнёс: «Это правда».

– Это просто поразительно. А где ещё Вам приходилось странствовать?

– Была в Италии, затем в Греции. Когда я возвращалась из Пирея в Неаполь, корабль «Эвмония», на котором я плыла, взорвался, и выжили только семнадцать его пассажиров из четырёхсот. И я была в числе этих счастливцев. Лёжа на спина, я видела повсюду вокруг себя подающие конечности, головы, туловища. Это случилось 21 июня 1871 года. Я потеряла все мои деньги и всё, что имела. Сразу, как получила средства, я вновь добралась до Египта, а затем и Судана, где не видела ни одного белого лица на протяжении четырёх месяцев. В Африке я перевела на русский Дарвина. На русский также перевела и Бокля. Писала для журнала «Revue des deux Mondee» и других парижских изданий и работала также корреспондентом «Independence Belge». Я являюсь членом восточного масонского ордена, самого древнего в мире. Посвящение приняла на Мальте.

М-м Блаватская показала автору драгоценный знак одного из самых знаменитых существующих орденов, название которого она, тем не менее, была не вправе оглашать.

– Во всём мире не более шести или семи женщин, принятых в этот орден. Эта страна мне очень нравится.


Сноски


  1. См. интервью после текста статьи. – Прим. ред.
  2. Кто смеётся, тот разоружён (фр.).
  3. «Old Diary Leaves» (vol. 1, p. 31).
  4. Маленький индеец Джек (англ.).
  5. Журнал «Русское обозрение», М., СПб, № 2, ноябрь 1891, с. 253-255.
  6. A.P.Sinnett. Incidents in the Life of Madame Blavatsky. 1886. Р. 131-133.
  7. Ора (aura – limbe) – свет, осеняющий головы всех людей, по мнению теософов. Сияние нравственной атмосферы каждого. У иных оно темнее, у других чище, а у святых блистает ярко. – В. П. Желиховская.
  8. Е. П. Блаватская описывала многие сеансы, которым была свидетельница, приходя в ужас от своего ясновидения, дававшего ей полную возможность видеть скрытые от других подробности «вторжения» этих полчищ бездушных и бессмысленных останков человечества, «сотканных из переживших тела их плотских страстей, дурных помыслов и порочных чувств», – по убеждению её. – В. П. Желиховская.
  9. 1st ed. P. 175-179, 2nd ed. P. 137-139.
  10. Поэтому когда, например, медиум в Америке играет роль русского (к примеру, Софьи Перовской, цареубийцы), истинной причиной этого неизменно бывает мошенничество или мономаниакальная галлюцинация, ибо то, что мы именуем «оболочками», не может возникнуть из данной области Кама-локи; в то же время, если бы тот же призрак вселился в медиума в Санкт-Петербурге или его окрестностях, мы могли бы с лёгкостью признать подлинность этого феномена. К счастью, лишь немногие оболочки живут долее срока естественной жизни. Переводчик. – Е.П.Б.
  11. В оболочке Земли в её невидимой (нам) астральной форме есть область, в которой тени задерживаются после смерти – важная истина, данная в экзотерической доктрине Гадеса древних латинян. – Е.П.Б.

Блаватская Елена Петровна

Генри Стилл Олкотт, первый президент Т.О.

ПРОЕКТЫ


ПОДПИСКИ


"Вестник Теософии" (архив 1, 2)
"Новости теософии" (архив)
"Свiточ" (архив 1, 2)
"Теософское обозрение" (архив)
Яндекс.Метрика Agni-Yoga Top Sites