Хрестос - История изменений

Владимир Проскуряков в 21:49, 20 июня 2020

2020-06-20T21:49:19Z

← Предыдущая версия		Версия от 21:49, 20 июня 2020
Строка 4:		Строка 4:
	\|происхождение=греч. Χρήστος		\|происхождение=греч. Χρήστος
	\|связанные понятия=Иисус Христос		\|связанные понятия=Иисус Христос
	\|описание=Ранняя гностическая форма слова Христос. Она употреблялась в пятом веке до Р.Х. Эсхилом, Геродотом и другими. Первый упоминает («Choeph.», 901) Manteumata pythochresta, или «пророчества, сообщённые богом пифий» через пифию. Хрестерион — это не только «место оракула», но и пожертвование оракулу или для него. Хрестес — тот, кто разъясняет прорицания, «пророк и предсказатель», а Хрестериос — тот, кто служит оракулу или богу. Самый ранний христианский писатель Иустин Мученик в своей первой «Апологии» называет своих товарищей по религии хрестианами. «Лишь по невежеству люди называют себя христианами вместо хрестиан», — говорит Лактантий (кн. IV, гл. VII). Термины Христос и христиане, первоначально писавшиеся Хрестос и хрестиане, были заимствованы из храмового словаря язычников. В этом словаре Хрестос означал ученика на испытании, кандидата на иерофантство. Когда он достигал этого, проходя через посвящение, длительные испытания и страдания, и был «помазан» (т.е. «натёрт маслом», как посвящённые и даже идолы богов, что было последним штрихом ритуального обряда), его имя изменялось на Христос, «очищенный» — на эзотерическом или языке мистерий. В мистическом символизме Христес, или Христос, означало, что «Путь» уже пройден и цель достигнута; когда плоды ревностного труда, соединяющего личность из бренного праха с неразрушимой Индивидуальностью, преобразили её этим в бессмертное Эго. «В конце Пути стоит Хрестес», Очиститель, и как только это соединение состоялось, Хрестос, «человек скорби», становится самим Христом. Павел, посвящённый, знал это, и имел в виду именно это, когда, в плохом переводе, в его уста влагаются слова: «Я снова в муках рождения, доколе не изобразится в вас Христос» (Гал., IV, 19), правильный перевод его слов будет... «до тех пор, пока вы не проявите Христа в себе самих». Но профаны, знавшие лишь то, что Хрестес каким-то образом был связан со священнослужителем и пророком, и ничего не ведавшие о сокровенном значении Христа, настояли — как например Лактантий и Иустин Мученик — на том, чтобы называться хрестианами вместо христиан. Потому каждая добрая личность может найти Христа в своём «внутреннем человеке», как это выражает Павел («Ефесянам», III, 16,17), будь то еврей, мусульманин, индус или христианин. Кеннет Маккензи, похоже, считал, что слово Хрестос было синонимом слова Сотер, «имени, относимого к божествам, великим царям и героям», означающего «Спаситель», — и он был прав. Ибо, как он добавляет: «Оно было излишне отнесено к Иисусу Христу, имя которого, Иисус или Иошуа, уже имеет такое же значение. Имя Иисус, фактически, скорее почётный титул, чем имя, — настоящее имя Сотер в христианстве – это Еммануил, или «с нами Бог» (Мф., I, 23)... Великие божественные личности у всех народов, представленные как искупающие или жертвующие собой, наделены тем же титулом». («R.M.C.»). Асклепий (или Эскулап) греков имел титул Сотер.{{бтс-источник\|ТС}}.		\|описание=Ранняя гностическая форма слова Христос. Она употреблялась в пятом веке до Р.Х. Эсхилом, Геродотом и другими. Первый упоминает («Choeph.», 901) Manteumata pythochresta, или «пророчества, сообщённые богом пифий» через пифию. Хрестерион — это не только «место оракула», но и пожертвование оракулу или для него. Хрестес — тот, кто разъясняет прорицания, «пророк и предсказатель», а Хрестериос — тот, кто служит оракулу или богу. Самый ранний христианский писатель Иустин Мученик в своей первой «Апологии» называет своих товарищей по религии хрестианами. «Лишь по невежеству люди называют себя христианами вместо хрестиан», — говорит Лактантий (кн. IV, гл. VII). Термины Христос и христиане, первоначально писавшиеся Хрестос и хрестиане, были заимствованы из храмового словаря [[Язычник\|язычников]]. В этом словаре Хрестос означал ученика на испытании, кандидата на [[Иерофант\|иерофантство]]. Когда он достигал этого, проходя через посвящение, длительные испытания и страдания, и был «помазан» (т.е. «натёрт маслом», как посвящённые и даже идолы богов, что было последним штрихом ритуального обряда), его имя изменялось на Христос, «очищенный» — на [[Эзотерический\|эзотерическом]] или [[Язык мистерий\|языке мистерий]]. В мистическом символизме Христес, или Христос, означало, что «Путь» уже пройден и цель достигнута; когда плоды ревностного труда, соединяющего личность из бренного праха с неразрушимой [[Индивидуальность\|Индивидуальностью]], преобразили её этим в бессмертное [[Эго]]. «В конце Пути стоит Хрестес», Очиститель, и как только это соединение состоялось, Хрестос, «человек скорби», становится самим Христом. [[Павел Апостол\|Павел]], посвящённый, знал это, и имел в виду именно это, когда, в плохом переводе, в его уста влагаются слова: «Я снова в муках рождения, доколе не изобразится в вас Христос» (Гал., IV, 19), правильный перевод его слов будет... «до тех пор, пока вы не проявите Христа в себе самих». Но профаны, знавшие лишь то, что Хрестес каким-то образом был связан со священнослужителем и пророком, и ничего не ведавшие о сокровенном значении Христа, настояли — как например Лактантий и Иустин Мученик — на том, чтобы называться хрестианами вместо христиан. Потому каждая добрая личность может найти Христа в своём «внутреннем человеке», как это выражает Павел («Ефесянам», III, 16,17), будь то еврей, мусульманин, индус или христианин. Кеннет Маккензи, похоже, считал, что слово Хрестос было синонимом слова Сотер, «имени, относимого к божествам, великим царям и героям», означающего «Спаситель», — и он был прав. Ибо, как он добавляет: «Оно было излишне отнесено к Иисусу Христу, имя которого, Иисус или Иошуа, уже имеет такое же значение. Имя Иисус, фактически, скорее почётный титул, чем имя, — настоящее имя Сотер в христианстве – это Еммануил, или «с нами Бог» (Мф., I, 23)... Великие божественные личности у всех народов, представленные как искупающие или жертвующие собой, наделены тем же титулом». («R.M.C.»). Асклепий (или Эскулап) греков имел титул Сотер.{{бтс-источник\|ТС}}.
	}}		}}

Владимир Проскуряков в 21:39, 20 июня 2020

2020-06-20T21:39:55Z

← Предыдущая версия		Версия от 21:39, 20 июня 2020
Строка 3:		Строка 3:
	\|личность=Нет		\|личность=Нет
	\|происхождение=греч. Χρήστος		\|происхождение=греч. Χρήστος
	~~\|варианты=Христос~~
	\|связанные понятия=Иисус Христос		\|связанные понятия=Иисус Христос
	\|описание=Ранняя гностическая форма слова Христос. Она употреблялась в пятом веке до Р.Х. Эсхилом, Геродотом и другими. Первый упоминает («Choeph.», 901) Manteumata pythochresta, или «пророчества, сообщённые богом пифий» через пифию. Хрестерион — это не только «место оракула», но и пожертвование оракулу или для него. Хрестес — тот, кто разъясняет прорицания, «пророк и предсказатель», а Хрестериос — тот, кто служит оракулу или богу. Самый ранний христианский писатель Иустин Мученик в своей первой «Апологии» называет своих товарищей по религии хрестианами. «Лишь по невежеству люди называют себя христианами вместо хрестиан», — говорит Лактантий (кн. IV, гл. VII). Термины Христос и христиане, первоначально писавшиеся Хрестос и хрестиане, были заимствованы из храмового словаря язычников. В этом словаре Хрестос означал ученика на испытании, кандидата на иерофантство. Когда он достигал этого, проходя через посвящение, длительные испытания и страдания, и был «помазан» (т.е. «натёрт маслом», как посвящённые и даже идолы богов, что было последним штрихом ритуального обряда), его имя изменялось на Христос, «очищенный» — на эзотерическом или языке мистерий. В мистическом символизме Христес, или Христос, означало, что «Путь» уже пройден и цель достигнута; когда плоды ревностного труда, соединяющего личность из бренного праха с неразрушимой Индивидуальностью, преобразили её этим в бессмертное Эго. «В конце Пути стоит Хрестес», Очиститель, и как только это соединение состоялось, Хрестос, «человек скорби», становится самим Христом. Павел, посвящённый, знал это, и имел в виду именно это, когда, в плохом переводе, в его уста влагаются слова: «Я снова в муках рождения, доколе не изобразится в вас Христос» (Гал., IV, 19), правильный перевод его слов будет... «до тех пор, пока вы не проявите Христа в себе самих». Но профаны, знавшие лишь то, что Хрестес каким-то образом был связан со священнослужителем и пророком, и ничего не ведавшие о сокровенном значении Христа, настояли — как например Лактантий и Иустин Мученик — на том, чтобы называться хрестианами вместо христиан. Потому каждая добрая личность может найти Христа в своём «внутреннем человеке», как это выражает Павел («Ефесянам», III, 16,17), будь то еврей, мусульманин, индус или христианин. Кеннет Маккензи, похоже, считал, что слово Хрестос было синонимом слова Сотер, «имени, относимого к божествам, великим царям и героям», означающего «Спаситель», — и он был прав. Ибо, как он добавляет: «Оно было излишне отнесено к Иисусу Христу, имя которого, Иисус или Иошуа, уже имеет такое же значение. Имя Иисус, фактически, скорее почётный титул, чем имя, — настоящее имя Сотер в христианстве – это Еммануил, или «с нами Бог» (Мф., I, 23)... Великие божественные личности у всех народов, представленные как искупающие или жертвующие собой, наделены тем же титулом». («R.M.C.»). Асклепий (или Эскулап) греков имел титул Сотер.{{бтс-источник\|ТС}}.		\|описание=Ранняя гностическая форма слова Христос. Она употреблялась в пятом веке до Р.Х. Эсхилом, Геродотом и другими. Первый упоминает («Choeph.», 901) Manteumata pythochresta, или «пророчества, сообщённые богом пифий» через пифию. Хрестерион — это не только «место оракула», но и пожертвование оракулу или для него. Хрестес — тот, кто разъясняет прорицания, «пророк и предсказатель», а Хрестериос — тот, кто служит оракулу или богу. Самый ранний христианский писатель Иустин Мученик в своей первой «Апологии» называет своих товарищей по религии хрестианами. «Лишь по невежеству люди называют себя христианами вместо хрестиан», — говорит Лактантий (кн. IV, гл. VII). Термины Христос и христиане, первоначально писавшиеся Хрестос и хрестиане, были заимствованы из храмового словаря язычников. В этом словаре Хрестос означал ученика на испытании, кандидата на иерофантство. Когда он достигал этого, проходя через посвящение, длительные испытания и страдания, и был «помазан» (т.е. «натёрт маслом», как посвящённые и даже идолы богов, что было последним штрихом ритуального обряда), его имя изменялось на Христос, «очищенный» — на эзотерическом или языке мистерий. В мистическом символизме Христес, или Христос, означало, что «Путь» уже пройден и цель достигнута; когда плоды ревностного труда, соединяющего личность из бренного праха с неразрушимой Индивидуальностью, преобразили её этим в бессмертное Эго. «В конце Пути стоит Хрестес», Очиститель, и как только это соединение состоялось, Хрестос, «человек скорби», становится самим Христом. Павел, посвящённый, знал это, и имел в виду именно это, когда, в плохом переводе, в его уста влагаются слова: «Я снова в муках рождения, доколе не изобразится в вас Христос» (Гал., IV, 19), правильный перевод его слов будет... «до тех пор, пока вы не проявите Христа в себе самих». Но профаны, знавшие лишь то, что Хрестес каким-то образом был связан со священнослужителем и пророком, и ничего не ведавшие о сокровенном значении Христа, настояли — как например Лактантий и Иустин Мученик — на том, чтобы называться хрестианами вместо христиан. Потому каждая добрая личность может найти Христа в своём «внутреннем человеке», как это выражает Павел («Ефесянам», III, 16,17), будь то еврей, мусульманин, индус или христианин. Кеннет Маккензи, похоже, считал, что слово Хрестос было синонимом слова Сотер, «имени, относимого к божествам, великим царям и героям», означающего «Спаситель», — и он был прав. Ибо, как он добавляет: «Оно было излишне отнесено к Иисусу Христу, имя которого, Иисус или Иошуа, уже имеет такое же значение. Имя Иисус, фактически, скорее почётный титул, чем имя, — настоящее имя Сотер в христианстве – это Еммануил, или «с нами Бог» (Мф., I, 23)... Великие божественные личности у всех народов, представленные как искупающие или жертвующие собой, наделены тем же титулом». («R.M.C.»). Асклепий (или Эскулап) греков имел титул Сотер.{{бтс-источник\|ТС}}.
	}}		}}

Владимир Проскуряков в 21:38, 20 июня 2020

2020-06-20T21:38:56Z

← Предыдущая версия		Версия от 21:38, 20 июня 2020
Строка 3:		Строка 3:
	\|личность=Нет		\|личность=Нет
	\|происхождение=греч. Χρήστος		\|происхождение=греч. Χρήστος
			\|варианты=Христос
	\|связанные понятия=Иисус Христос		\|связанные понятия=Иисус Христос
	\|описание=Ранняя гностическая форма слова Христос. Она употреблялась в пятом веке до Р.Х. Эсхилом, Геродотом и другими. Первый упоминает («Choeph.», 901) Manteumata pythochresta, или «пророчества, сообщённые богом пифий» через пифию. Хрестерион — это не только «место оракула», но и пожертвование оракулу или для него. Хрестес — тот, кто разъясняет прорицания, «пророк и предсказатель», а Хрестериос — тот, кто служит оракулу или богу. Самый ранний христианский писатель Иустин Мученик в своей первой «Апологии» называет своих товарищей по религии хрестианами. «Лишь по невежеству люди называют себя христианами вместо хрестиан», — говорит Лактантий (кн. IV, гл. VII). Термины Христос и христиане, первоначально писавшиеся Хрестос и хрестиане, были заимствованы из храмового словаря язычников. В этом словаре Хрестос означал ученика на испытании, кандидата на иерофантство. Когда он достигал этого, проходя через посвящение, длительные испытания и страдания, и был «помазан» (т.е. «натёрт маслом», как посвящённые и даже идолы богов, что было последним штрихом ритуального обряда), его имя изменялось на Христос, «очищенный» — на эзотерическом или языке мистерий. В мистическом символизме Христес, или Христос, означало, что «Путь» уже пройден и цель достигнута; когда плоды ревностного труда, соединяющего личность из бренного праха с неразрушимой Индивидуальностью, преобразили её этим в бессмертное Эго. «В конце Пути стоит Хрестес», Очиститель, и как только это соединение состоялось, Хрестос, «человек скорби», становится самим Христом. Павел, посвящённый, знал это, и имел в виду именно это, когда, в плохом переводе, в его уста влагаются слова: «Я снова в муках рождения, доколе не изобразится в вас Христос» (Гал., IV, 19), правильный перевод его слов будет... «до тех пор, пока вы не проявите Христа в себе самих». Но профаны, знавшие лишь то, что Хрестес каким-то образом был связан со священнослужителем и пророком, и ничего не ведавшие о сокровенном значении Христа, настояли — как например Лактантий и Иустин Мученик — на том, чтобы называться хрестианами вместо христиан. Потому каждая добрая личность может найти Христа в своём «внутреннем человеке», как это выражает Павел («Ефесянам», III, 16,17), будь то еврей, мусульманин, индус или христианин. Кеннет Маккензи, похоже, считал, что слово Хрестос было синонимом слова Сотер, «имени, относимого к божествам, великим царям и героям», означающего «Спаситель», — и он был прав. Ибо, как он добавляет: «Оно было излишне отнесено к Иисусу Христу, имя которого, Иисус или Иошуа, уже имеет такое же значение. Имя Иисус, фактически, скорее почётный титул, чем имя, — настоящее имя Сотер в христианстве – это Еммануил, или «с нами Бог» (Мф., I, 23)... Великие божественные личности у всех народов, представленные как искупающие или жертвующие собой, наделены тем же титулом». («R.M.C.»). Асклепий (или Эскулап) греков имел титул Сотер.{{бтс-источник\|ТС}}.		\|описание=Ранняя гностическая форма слова Христос. Она употреблялась в пятом веке до Р.Х. Эсхилом, Геродотом и другими. Первый упоминает («Choeph.», 901) Manteumata pythochresta, или «пророчества, сообщённые богом пифий» через пифию. Хрестерион — это не только «место оракула», но и пожертвование оракулу или для него. Хрестес — тот, кто разъясняет прорицания, «пророк и предсказатель», а Хрестериос — тот, кто служит оракулу или богу. Самый ранний христианский писатель Иустин Мученик в своей первой «Апологии» называет своих товарищей по религии хрестианами. «Лишь по невежеству люди называют себя христианами вместо хрестиан», — говорит Лактантий (кн. IV, гл. VII). Термины Христос и христиане, первоначально писавшиеся Хрестос и хрестиане, были заимствованы из храмового словаря язычников. В этом словаре Хрестос означал ученика на испытании, кандидата на иерофантство. Когда он достигал этого, проходя через посвящение, длительные испытания и страдания, и был «помазан» (т.е. «натёрт маслом», как посвящённые и даже идолы богов, что было последним штрихом ритуального обряда), его имя изменялось на Христос, «очищенный» — на эзотерическом или языке мистерий. В мистическом символизме Христес, или Христос, означало, что «Путь» уже пройден и цель достигнута; когда плоды ревностного труда, соединяющего личность из бренного праха с неразрушимой Индивидуальностью, преобразили её этим в бессмертное Эго. «В конце Пути стоит Хрестес», Очиститель, и как только это соединение состоялось, Хрестос, «человек скорби», становится самим Христом. Павел, посвящённый, знал это, и имел в виду именно это, когда, в плохом переводе, в его уста влагаются слова: «Я снова в муках рождения, доколе не изобразится в вас Христос» (Гал., IV, 19), правильный перевод его слов будет... «до тех пор, пока вы не проявите Христа в себе самих». Но профаны, знавшие лишь то, что Хрестес каким-то образом был связан со священнослужителем и пророком, и ничего не ведавшие о сокровенном значении Христа, настояли — как например Лактантий и Иустин Мученик — на том, чтобы называться хрестианами вместо христиан. Потому каждая добрая личность может найти Христа в своём «внутреннем человеке», как это выражает Павел («Ефесянам», III, 16,17), будь то еврей, мусульманин, индус или христианин. Кеннет Маккензи, похоже, считал, что слово Хрестос было синонимом слова Сотер, «имени, относимого к божествам, великим царям и героям», означающего «Спаситель», — и он был прав. Ибо, как он добавляет: «Оно было излишне отнесено к Иисусу Христу, имя которого, Иисус или Иошуа, уже имеет такое же значение. Имя Иисус, фактически, скорее почётный титул, чем имя, — настоящее имя Сотер в христианстве – это Еммануил, или «с нами Бог» (Мф., I, 23)... Великие божественные личности у всех народов, представленные как искупающие или жертвующие собой, наделены тем же титулом». («R.M.C.»). Асклепий (или Эскулап) греков имел титул Сотер.{{бтс-источник\|ТС}}.
	}}		}}

Владимир Проскуряков в 21:38, 20 июня 2020

2020-06-20T21:38:35Z

← Предыдущая версия		Версия от 21:38, 20 июня 2020
Строка 1:		Строка 1:
	{{Понятие БТС		{{Понятие БТС
	\|понятие=Хрестос		\|понятие=Хрестос
			\|личность=Нет
	\|происхождение=греч. Χρήστος		\|происхождение=греч. Χρήστος
			\|связанные понятия=Иисус Христос
	\|описание=Ранняя гностическая форма слова Христос. Она употреблялась в пятом веке до Р.Х. Эсхилом, Геродотом и другими. Первый упоминает («Choeph.», 901) Manteumata pythochresta, или «пророчества, сообщённые богом пифий» через пифию. Хрестерион — это не только «место оракула», но и пожертвование оракулу или для него. Хрестес — тот, кто разъясняет прорицания, «пророк и предсказатель», а Хрестериос — тот, кто служит оракулу или богу. Самый ранний христианский писатель Иустин Мученик в своей первой «Апологии» называет своих товарищей по религии хрестианами. «Лишь по невежеству люди называют себя христианами вместо хрестиан», — говорит Лактантий (кн. IV, гл. VII). Термины Христос и христиане, первоначально писавшиеся Хрестос и хрестиане, были заимствованы из храмового словаря язычников. В этом словаре Хрестос означал ученика на испытании, кандидата на иерофантство. Когда он достигал этого, проходя через посвящение, длительные испытания и страдания, и был «помазан» (т.е. «натёрт маслом», как посвящённые и даже идолы богов, что было последним штрихом ритуального обряда), его имя изменялось на Христос, «очищенный» — на эзотерическом или языке мистерий. В мистическом символизме Христес, или Христос, означало, что «Путь» уже пройден и цель достигнута; когда плоды ревностного труда, соединяющего личность из бренного праха с неразрушимой Индивидуальностью, преобразили её этим в бессмертное Эго. «В конце Пути стоит Хрестес», Очиститель, и как только это соединение состоялось, Хрестос, «человек скорби», становится самим Христом. Павел, посвящённый, знал это, и имел в виду именно это, когда, в плохом переводе, в его уста влагаются слова: «Я снова в муках рождения, доколе не изобразится в вас Христос» (Гал., IV, 19), правильный перевод его слов будет... «до тех пор, пока вы не проявите Христа в себе самих». Но профаны, знавшие лишь то, что Хрестес каким-то образом был связан со священнослужителем и пророком, и ничего не ведавшие о сокровенном значении Христа, настояли — как например Лактантий и Иустин Мученик — на том, чтобы называться хрестианами вместо христиан. Потому каждая добрая личность может найти Христа в своём «внутреннем человеке», как это выражает Павел («Ефесянам», III, 16,17), будь то еврей, мусульманин, индус или христианин. Кеннет Маккензи, похоже, считал, что слово Хрестос было синонимом слова Сотер, «имени, относимого к божествам, великим царям и героям», означающего «Спаситель», — и он был прав. Ибо, как он добавляет: «Оно было излишне отнесено к Иисусу Христу, имя которого, Иисус или Иошуа, уже имеет такое же значение. Имя Иисус, фактически, скорее почётный титул, чем имя, — настоящее имя Сотер в христианстве – это Еммануил, или «с нами Бог» (Мф., I, 23)... Великие божественные личности у всех народов, представленные как искупающие или жертвующие собой, наделены тем же титулом». («R.M.C.»). Асклепий (или Эскулап) греков имел титул Сотер.{{бтс-источник\|ТС}}.		\|описание=Ранняя гностическая форма слова Христос. Она употреблялась в пятом веке до Р.Х. Эсхилом, Геродотом и другими. Первый упоминает («Choeph.», 901) Manteumata pythochresta, или «пророчества, сообщённые богом пифий» через пифию. Хрестерион — это не только «место оракула», но и пожертвование оракулу или для него. Хрестес — тот, кто разъясняет прорицания, «пророк и предсказатель», а Хрестериос — тот, кто служит оракулу или богу. Самый ранний христианский писатель Иустин Мученик в своей первой «Апологии» называет своих товарищей по религии хрестианами. «Лишь по невежеству люди называют себя христианами вместо хрестиан», — говорит Лактантий (кн. IV, гл. VII). Термины Христос и христиане, первоначально писавшиеся Хрестос и хрестиане, были заимствованы из храмового словаря язычников. В этом словаре Хрестос означал ученика на испытании, кандидата на иерофантство. Когда он достигал этого, проходя через посвящение, длительные испытания и страдания, и был «помазан» (т.е. «натёрт маслом», как посвящённые и даже идолы богов, что было последним штрихом ритуального обряда), его имя изменялось на Христос, «очищенный» — на эзотерическом или языке мистерий. В мистическом символизме Христес, или Христос, означало, что «Путь» уже пройден и цель достигнута; когда плоды ревностного труда, соединяющего личность из бренного праха с неразрушимой Индивидуальностью, преобразили её этим в бессмертное Эго. «В конце Пути стоит Хрестес», Очиститель, и как только это соединение состоялось, Хрестос, «человек скорби», становится самим Христом. Павел, посвящённый, знал это, и имел в виду именно это, когда, в плохом переводе, в его уста влагаются слова: «Я снова в муках рождения, доколе не изобразится в вас Христос» (Гал., IV, 19), правильный перевод его слов будет... «до тех пор, пока вы не проявите Христа в себе самих». Но профаны, знавшие лишь то, что Хрестес каким-то образом был связан со священнослужителем и пророком, и ничего не ведавшие о сокровенном значении Христа, настояли — как например Лактантий и Иустин Мученик — на том, чтобы называться хрестианами вместо христиан. Потому каждая добрая личность может найти Христа в своём «внутреннем человеке», как это выражает Павел («Ефесянам», III, 16,17), будь то еврей, мусульманин, индус или христианин. Кеннет Маккензи, похоже, считал, что слово Хрестос было синонимом слова Сотер, «имени, относимого к божествам, великим царям и героям», означающего «Спаситель», — и он был прав. Ибо, как он добавляет: «Оно было излишне отнесено к Иисусу Христу, имя которого, Иисус или Иошуа, уже имеет такое же значение. Имя Иисус, фактически, скорее почётный титул, чем имя, — настоящее имя Сотер в христианстве – это Еммануил, или «с нами Бог» (Мф., I, 23)... Великие божественные личности у всех народов, представленные как искупающие или жертвующие собой, наделены тем же титулом». («R.M.C.»). Асклепий (или Эскулап) греков имел титул Сотер.{{бтс-источник\|ТС}}.
	}}		}}

Владимир Проскуряков: Новая страница: «{{Понятие БТС |понятие=Хрестос |происхождение=греч. Χρήστος |описание=Ранняя гностическа…»

2020-06-20T21:37:09Z

Новая страница: «{{Понятие БТС |понятие=Хрестос |происхождение=греч. Χρήστος |описание=Ранняя гностическа…»

Новая страница

{{Понятие БТС
|понятие=Хрестос
|происхождение=греч. Χρήστος
|описание=Ранняя гностическая форма слова Христос. Она употреблялась в пятом веке до Р.Х. Эсхилом, Геродотом и другими. Первый упоминает («Choeph.», 901) Manteumata pythochresta, или «пророчества, сообщённые богом пифий» через пифию. Хрестерион — это не только «место оракула», но и пожертвование оракулу или для него. Хрестес — тот, кто разъясняет прорицания, «пророк и предсказатель», а Хрестериос — тот, кто служит оракулу или богу. Самый ранний христианский писатель Иустин Мученик в своей первой «Апологии» называет своих товарищей по религии хрестианами. «Лишь по невежеству люди называют себя христианами вместо хрестиан», — говорит Лактантий (кн. IV, гл. VII). Термины Христос и христиане, первоначально писавшиеся Хрестос и хрестиане, были заимствованы из храмового словаря язычников. В этом словаре Хрестос означал ученика на испытании, кандидата на иерофантство. Когда он достигал этого, проходя через посвящение, длительные испытания и страдания, и был «помазан» (т.е. «натёрт маслом», как посвящённые и даже идолы богов, что было последним штрихом ритуального обряда), его имя изменялось на Христос, «очищенный» — на эзотерическом или языке мистерий. В мистическом символизме Христес, или Христос, означало, что «Путь» уже пройден и цель достигнута; когда плоды ревностного труда, соединяющего личность из бренного праха с неразрушимой Индивидуальностью, преобразили её этим в бессмертное Эго. «В конце Пути стоит Хрестес», Очиститель, и как только это соединение состоялось, Хрестос, «человек скорби», становится самим Христом. Павел, посвящённый, знал это, и имел в виду именно это, когда, в плохом переводе, в его уста влагаются слова: «Я снова в муках рождения, доколе не изобразится в вас Христос» (Гал., IV, 19), правильный перевод его слов будет... «до тех пор, пока вы не проявите Христа в себе самих». Но профаны, знавшие лишь то, что Хрестес каким-то образом был связан со священнослужителем и пророком, и ничего не ведавшие о сокровенном значении Христа, настояли — как например Лактантий и Иустин Мученик — на том, чтобы называться хрестианами вместо христиан. Потому каждая добрая личность может найти Христа в своём «внутреннем человеке», как это выражает Павел («Ефесянам», III, 16,17), будь то еврей, мусульманин, индус или христианин. Кеннет Маккензи, похоже, считал, что слово Хрестос было синонимом слова Сотер, «имени, относимого к божествам, великим царям и героям», означающего «Спаситель», — и он был прав. Ибо, как он добавляет: «Оно было излишне отнесено к Иисусу Христу, имя которого, Иисус или Иошуа, уже имеет такое же значение. Имя Иисус, фактически, скорее почётный титул, чем имя, — настоящее имя Сотер в христианстве – это Еммануил, или «с нами Бог» (Мф., I, 23)... Великие божественные личности у всех народов, представленные как искупающие или жертвующие собой, наделены тем же титулом». («R.M.C.»). Асклепий (или Эскулап) греков имел титул Сотер.{{бтс-источник|ТС}}.
}}