Малахов П.Н. - Мы рождаемся не для счастья

Павел Николаевич Малахов

Мы рождаемся не для счастья?

Опубликовано в журнале "Современная теософская мысль", 2025-1 (19)
на английском: Malakhov P. - Are We Not Born for Happiness

Счастье имеет много определений: простых и сложных, просторечных и наукообразных, но при всём разнообразии его понимания неизменным, пожалуй, будет свойство его притягательности, благодаря чему люди постоянно стремятся к этому состоянию. Поэтому весьма полезно будет узнать о нём побольше. В этой статье мы рассмотрим несколько особенностей этого состояния, предложим несколько мыслей о его природе, а в основу положим контекст смысла нашего пребывания на земле, то есть постараемся понять, какую роль играет счастье в процессе перевоплощения.

Что заставляет нас рождаться?

Не каждое мировоззрение вообще задаётся этим вопросом. Где-то цель нашего появления в этом мире относится к непознаваемому источнику: Богу, небесам или судьбе. Где-то – к не менее непознаваемой причине: слепой силе или автоматическому бездушному закону размножения форм и самопроизвольного появления в них сознания. Вопрос нашего появления в мире тесно связан с пониманием, кто мы такие. Какова наша природа? Строение? Цель существования?

Теософия даёт на это довольно подробный ответ, утверждая попутно, что на самом деле по своей сути этот взгляд может быть находим отражённым в той или иной мере и полноте во всех мировых учениях.

Природа человека двойственна. У нас есть внутренняя и внешняя составляющие. Воплощение – это временное состояние, это периодическое проявление вечного внутреннего во временное внешнее, бесформенного и неограниченного в ограниченные формы. Первое представляет в нас духовную природу, второе – материальную. Таково наше строение в упрощённом виде, которого вполне достаточно для рассмотрения поставленного вопроса.

Обе природы настолько разнятся в своих свойствах, что невозможно, находясь в одной, постичь другую – нужен опыт обоих состояний, причём во всех их внутренних градациях и разной степени сочетания одного начала с другим. Поэтому возникает необходимость чередования этих полярных положений, и по мере продвижения происходит постепенное углубление в понимание особенностей каждого из них.

Закономерно может возникнуть вопрос: «Если наша духовная природа, находясь в состоянии единства со всем остальным миром, да ещё и неограниченная временем, всё знает (включая то, что было и то, что будет), то значит она должна знать и всё, что даёт воплощённое состояние, – тогда зачем воплощаться?» Однако, как бы парадоксально это ни прозвучало на первый взгляд, но безграничное знание имеет свои ограничения, если мы рассмотрим это понятие более широко. Как сказано в стихотворении «Бесконечность»:

«Однако, несмотря на беспредельность, Ей нужно нечто, чтоб закончить свою цельность. У бесконечности свои ограниченья, – Она не может осознать обособленья. Всем, чем возможно, она вечно обладает, Ей не дано понять, что значит “не хватает”...»

Понимание более широкого контекста «знания» дают такие выражения как: «Ты не знаешь, что значит отказаться от куска хлеба, когда голодал несколько месяцев», «Ты не знаешь, что значит одной воспитывать ребёнка», «Ты не знаешь, что значит найти любимого человека после стольких лет поиска» и т. п. – во всех подобных случаях под знанием подразумевается не информация, но опыт проживания разных состояний, поскольку опыт – это тоже вид знания.

Как нас учат, причина возникновения этого мира имеет тройственную основу. Это значит, что при изучении любого явления или понятия, нам нужно рассматривать его как минимум с трёх сторон. Тройственность может раскрываться по разному, но одной из широко применимых троиц является: дух, материя и разум. Так духовной стороной знания (наиболее абстрактной и обобщающей) можно назвать информацию, теоретическое знание; материальной стороной – опыт, а разумной – понимание. Все три составляющие являются необходимыми для полноценного знания, ни одна не может быть проигнорирована или заменена какой-нибудь другой.

Таким образом, всезнание в духовном состоянии не означает понимания, но лишь неограниченный доступ к информации; также оно не даёт опыта. Для опыта необходимо действие в определённых условиях, а для этого необходимо выйти из необусловленного состояния. Для понимания необходимо сравнение, а для этого необходимо выйти из состояния единства, поскольку сравнить можно только то, что разнится. Следовательно, истинное полноценное знание возможно только при наличии всех трёх составляющих, что и создаёт постоянное круговращение жизненной волны через разные планы бытия, которые создаются также ввиду обозначенной необходимости разных условий существования.

Но какое же отношение ко всему этому имеет счастье? Дело в том, что для понимания и самого счастья, и его роли в процессе перевоплощения, необходимо также учесть несколько контекстов. Для начала рассмотрим один из современных научных подходов к изучению счастья.

Гормоны счастья

Для материалистического мышления свойственно смотреть на всё снизу вверх, от материи к сознанию. Материя первична для такого мировоззрения, потому вполне логично, что и все состояния сознания рассматриваются как следствия каких-то химических реакций и внешних причин. Мы не будем рассматривать, насколько удачно и целостно удаётся с этих позиций объяснить внутренний мир человека, но ограничимся воззрением на счастье.

Учёные обнаружили, что в состоянии счастья, удовольствия и удовлетворения у человека вырабатываются определённые химические вещества, которые в связи с этим называют не официально и обобщённо «гормоны счастья». Официально же и научно они имеют менее описательные названия. В отношении счастья, учёные выделяют 4 наиболее значимых гормона: дофамин, серотонин, окситоцин и эндорфин. Их функции описываются следующим образом:

«Дофамин отвечает за мотивацию, стремление к целям и удовольствие от их достижения. Это ключевой компонент системы вознаграждения мозга. Когда вы завершаете проект, получаете похвалу или достигаете поставленной цели, уровень дофамина повышается.

Серотонин влияет на настроение, самооценку и качество сна. Этот нейромедиатор также играет важную роль в регулировке аппетита, памяти и социального поведения.

Окситоцин ассоциируется с близостью, доверием и социальными связями. Этот гормон выделяется, когда мы чувствуем эмоциональное или физическое тепло, например, при объятиях, взаимодействии с близкими людьми или даже во время общения с животными.

Эндорфины – это природные «обезболивающие» нашего организма. Они снижают физическую боль и эмоциональный дискомфорт, а также вызывают чувство эйфории после физической нагрузки или приятных занятий».

Приведённое описание взято из статьи не указанного автора «Четыре гормона счастья» от 4 марта 2025 года, опубликованного на сайте «Планета здоровья» (https://planetazdorovo.ru). Оно вполне отвечает множеству других источников, придерживающихся материалистического мировоззрения, в том числе Википедии. Можно заметить, что за исключением описания окситоцина, остальные формулировки подчёркивают первичность гормонов по отношению к состоянию сознания. Правда, в рекомендациях по повышению выработки этих гормонов кроме вполне понятных для материалиста физической активности и питания приводятся сбивающие (в рамках этого мировоззрения) причинно-следственную связь: благодарность, благотворительность, медитация и осознанность. Но этот шаг в сторону нематериальных ценностей и признания их влияния на нашу жизнь можно только приветствовать. Именно углубление в такие размышления позволят искреннему искателю истины в конце концов перешагнуть за пределы, очерчиваемые органами чувств. Однако, пока этого не произошло, для материалистического взгляда вполне подходят следующие утверждения, взятые из Википедии, где мы отметим курсивом особенность мировоззренческого акцента:

«Дофамин имеет важное значение для формирования чувства любви, в том числе материнской. Он лежит в основе чувства привязанности к партнёру и супружеской верности».

«Окситоцин вызывает более благожелательное расположение к другим людям… введение окситоцина снижает у мужчин эгоизм и повышает парохиальный альтруизм, то есть усиливает “внутригрупповую любовь” и доверие к “своим”, но при этом не повышает “межгрупповую ненависть” и недоверие к “чужакам”».

С точки зрения теософского миропонимания, в приведённых выше утверждениях причина и следствие поменяны местами. Не выброс дофамина в кровь формирует любовь или обеспечивает супружескую верность, но как раз наоборот, способность проявлять любовь и верность отражаются на физиологических процессах, активизируют соответствующие железы и вызывают соответствующие химические реакции. Также снижение эгоизма и повышение альтруизма за счёт введения гормона было бы, возможно, более справедливо отнести к эффекту опьянения, то есть кратковременному притуплению осознанности и отстранённость от действительности, но не к тому изменению сознания, которое позволяет более ясно воспринимать действительность и более глубоко понимать происходящее. Искусственно введённые в кровь гормоны способны лишь временно поменять состояние сознания и отношение к миру. С их усвоением, растворением и исчезновением исчезнет и «повышенный альтруизм», то есть человек вернётся к своему истинному уровню эгоизма, присущему его текущему этапу развития. Не является ли кратковременное действие гормонов признаком их вторичности по отношению к сознанию?

Конечно, в научном мире много отраслей и направлений и внутри всех есть множество конкурирующих мнений. Есть и менее материалистические взгляды, есть даже и последователи разных религиозных традиций и, соответственно, совсем не материалистических взглядов. Поэтому понятно, что не все учёные согласятся признать источником счастья гормоны. Но такое мнение всё-таки есть, и оно достаточно распространено. Поэтому мы его учитываем.

Философия счастья

Философский взгляд на счастье находится за пределами сфер действия химии и физиологии. Совершенно другой угол обзора этого понятия можно встретить в романтической, да и вообще художественной литературе разных направлений. Хорошим примером является первое предложение из «Анны Карениной» Льва Николаевича Толстого:

«Все счастливые семьи похожи друг на друга, каждая несчастливая семья несчастлива по-своему».

Из этого предложения видно, что писатель наделяет счастье объединяющим свойством, а его противоположность, несчастье, соответственно – противоположным свойством разъединения и обособления. Такой взгляд относит счастье к духовной категории, которой свойственно единение и которая относится к тонким и незримым явлениям.

Также и Большой толковый словарь русского языка объясняет это понятие достаточно по-философски, без привязки к процессам на физическом плане:

«(1) Состояние высшей удовлетворённости жизнью, чувство глубокого довольства и радости, испытываемое кем-либо; внешнее проявление этого чувства. (2) Успех, удача. (3) Участь, доля, судьба».

Конечно, философия, как и наука тоже бывает разная. «После нас хоть потоп, бери от жизни всё» – это тоже философия жизни и даже весьма распространённая, но это суждение в невежестве. Такая эгоистическая позиция учитывает только свои интересы, желания и ощущения, не принимая во внимание всеобщую взаимосвязь и взаимовлияние, что обязательно скажется, причём зачастую в очень недалёкой перспективе. То, что эгоисты могут хорошо знать и закон кармы, и неизбежность воздаяния, не изменяет их положения невежд, поскольку их знание неполно. Как было рассмотрено выше, простого обладания информацией недостаточно для устранения невежества, необходимо приобрести ещё две части: понимание и опыт.

Видимо, для отражения разной полноты знания в русском языке есть ещё слово ведать, которое обозначает более глубокое или более полное знание. Выражение «не ведаешь, что творишь», указывает как раз на неполноту знания. Тот, кто совершает некий неблагоразумный или недальновидный поступок, может быть хорошо информирован, но он не понимает ситуации и возможных последствий, потому он может в данном случае поступать вполне обоснованно, но тем не менее не мудро. Другими словами, в этой ситуации человек будет хорошо знающим, но в то же время не ведающим, умным, но не разумным, находчивым, но не мудрым. Ум двойственен и имеет как высшую, так и низшую деятельность и проявление.

Приведённые размышления о знании и уме не так уж далеки от темы счастья, как это может показаться. Далее мы увидим их взаимосвязь, а сейчас обратим внимание на то, что универсальные законы двойственности и тройственности применимы также и к понятию счастья. У него тоже есть внутреннее глубинное значение и внешнее проявление, и оно также должно рассматриваться в трёх контекстах.

В духовном оно будет возникать в результате каких-то объединяющих событий: встреча или пребывание с близкими людьми, погружение в созерцательное состояние (объединение или слияние с наблюдаемым явлением), мысли о любимых людях, воспоминание приятных событий и т. п.

В контексте разума ощущение счастья может возникнуть в результате озарения, догадки, понимания чего-то или кого-то и тому подобных познавательных событий.

В контексте материи счастье будет связанно с леностью и обособленностью. Так, некоторые считают за счастье побыть одному или никого не видеть. Но этот специфический контекст говорит об усталости человека от несовершенства окружения. В этом же контексте, хотя и в противоположной ситуации, человек может считать за счастье вырваться из одиночества (четырёх стен, изолированности и т. п.), только в данном случае приходит усталость от собственного несовершенства и неполноты: человек чувствует, что его бытие необходимо дополнить внешними факторами: людьми, событиями и впечатлениями. Оба случая относятся к одному контексту – обособленности или эгоизму. Обособленное состояние не самодостаточно в длительных периодах, хотя оно вполне может удовлетворять в коротких. Но в конце концов приходит, если не понимание, то ощущение, что обособленное значит частичное, значит отделённое от целого – неполноценное, и это ощущение начинает тяготить, вызывая тоску по чему-то более значимому. Сознание в своих истоках имеет духовную природу, которая целостна и едина со всеми существами. Поэтому сознание тяготеет к единству и целостности. Его изоляция и отделённость всегда временны. Вот в чём причина поиска счастья, поскольку оно, как уже упоминалось, относится к объединяющим состояниям или к ощущениям, связанным с восприятием единства.

Ещё один философский взгляд на счастье выражается поговоркой: «Не было бы счастья, да несчастье помогло». Это пример обучения судьбой, которая под видом трудностей предоставляет нам возможности. Такое вынужденное и неизбежное счастье является проявлением закона кармы. Оно не предусмотрено и неожиданно, а значит нуждается в поиске и понимании своего источника.

Здесь хотелось бы избежать возможного вывода, что всё в нашей жизни должно быть сведено к разуму, что единственной целью эволюции является осмысление всего и упорядочивание, что причинно-следственная связь во всём должна быть обнаружена, осознана и ясно выражена и т. д. Рассуждения и доводы, приведённые ранее в этой статье, должны бы уберечь от такого вывода и подсказать, что это действительно должно быть сделано, но не только, а тоже. Без упорядочивания и понимания причин и следствий не будет и полноты, а это значит, что недостаточно просто быть счастливым, недостаточно прочувствовать это состояние, но его ещё нужно и понять. Иначе люди, достигшие в жизни счастья, перестали бы перевоплощаться, но нам говорят, что это не так. Мы сами могли быть много раз счастливы в прошлых воплощениях, но мы снова здесь, пришли и воплотились. Да и в текущей жизни мы наверняка испытывали счастье не раз, но вместе с этим видим, насколько ещё не совершенны и сколько нам ещё предстоит работать над собой. А это значит, что счастье не может быть целью воплощения. Раз при его достижении воплощения не прекращаются, значит должна быть другая цель. Обнаружить её и помогает философия, то есть устремлённость к поиску истины и пониманию этого мира.

Счастье – это чувство

Следующее ниже утверждение приведём не в качестве определения счастья, а в качестве рассуждения и изучения его природы. Выглядит так, что счастье – это реакция сознания в положительном ключе на некие обстоятельства, и во время этой реакции ум бездействует. Причём это справедливо и для счастья от познания. На время этого ощущения пропадает анализ действительности. Для тех, кто испытывает счастье, в понимании происходящего нет необходимости, поскольку это совершенно другая сторона бытия – бессознательная, неосмысленная, да и не осмысляемая, поскольку относится к чувственной природе, а не к умственной.

Чувственный опыт также необходим для эволюции, как и умственный, он предоставляет информацию для размышления. Он передаёт уму впечатление о тонких связях нашего я с внешним миром. Осознание требует времени. Это справедливо как для физических чувств, так и для духовных. Чувственная природа отражает в себе двойственное строение мира и также может быть высшей и низшей. Причём каждая из этих также может быть подразделена на две категории: ту, что непосредственно связана с умом и зависит от него, и ту, что от него не зависит. Там, где принимает участие ум, происходит ещё одно раздвоение. Давайте сначала дадим им описание, чтобы понять суть, а затем кратко подытожим и приведём примеры.

Самые высшие чувства имеют буддхическую природу, которая превышает умственную, находясь в более высоких (или быстрых) вибрациях. Соответственно, ум просто не способен действовать на этом уровне. Поэтому причина возникновения таких чувств естественным образом не может быть рационально объяснена и отслежена, кроме как в общих теоретических чертах в форме предположения, но не в смысле чёткого понимания каждого конкретного проявления. Такие чувства часто противоречат здравому смыслу, не практичны (с точки зрения выгоды или целесообразности в текущей ситуации), но носят высокий нравственный характер или, как в случае с интуицией, мгновенное восприятие знания.

Вторая категория высших чувств уже перемешивается с разумным началом, их появление можно объяснить, понять и предсказать. Сюда также относятся чувства, связанные с познанием законов природы – разного уровня догадки, прозрения и озарения, в том числе та же интуиция, но только в тех случаях, когда она приводит к пониманию; когда же мы действуем интуитивно, не понимая почему именно так будет более правильно, то такая интуиция будет буддхической.

Упомянутые две категории относятся к нашей высшей и бессмертной природе. Они дополняются ещё двумя категориями, включающими в себя широкий спектр ощущений, связанных с низшим я и органами чувств.

Личностные чувства и ощущения возникают в результате деятельности нашего низшего я. У него есть также два аспекта: самость и рассудок. В первом случае это будут разные эгоистичные чувства, вызванные восприятием себя как отдельного, уникального, значимого и самодостаточного существа, сюда же можно отнести все эмоции; во втором – это будет голый интеллект или холодный рассудок, который наблюдает, сравнивает и оценивает полученную информацию, не впадая в эмоции. Оба свойства сочетаются в одной личности и в разное время имеют разную пропорцию и степень выражения.

Самыми низшими и простыми будут сенсорные чувства, которые просто передают уму показания от органов чувств.

Теперь кратко обобщим вышесказанное о двух категориях, четырёх основных видах и шести подразделениях чувств.

Высшие (духовные) чувства

• буддхические (не рациональные): любовь, благодать, счастье, сострадание, интуиция (не осознанная);
• разумные (осознаваемые и объясняемые):

1. вызванные ощущением единства: братство, сплочённость, «чувство локтя» (или плеча), чувство такта, уместности;
2. познавательные: прозрение, озарение, интуиция (приводящая к пониманию), чувство меры.

Низшие (материальные) чувства

• личностные:

1. самостные: жажда власти, гнев, раздражение, зависть, высокомерие, превосходство, удовольствие, наслаждение, пресыщение и т. п.;
2. рассудочные – оценка впечатления от органов чувств: нравится – не нравится, вкусно – не вкусно, приятно – отвратительно, тихо – громко, тепло – холодно, уютно – не комфортно и т. п.;

• Сенсорные – непосредственная информация от органов чувств без их оценки: температура, влажность, яркость, цвет, звук, вкус и т. п.

Предложенные три уровня детализации видов чувств, согласно закону двойственности, достаточно полно описывают нашу многоплановую чувственную природу и показывают, к какому именно плану относится счастье.

Теперь обратим внимание, что поскольку счастье относится к чувственной природе, то оно пассивно и принадлежит к материальной категории бытия, суть которой быть проводником, оболочкой и средой развития. В связи с этим счастье не может служить причиной ни воплощений, ни эволюции вообще, но представляет из себя сопутствующее явление, как и любое другое ощущение. Оно информативно, даёт свой вид опыта, полезно и даже необходимо для полноценного развития, но эволюция как таковая заключается в устойчивых изменениях, которые происходят с сознанием; временные состояния выполняют вспомогательную обучающую функцию.

Такие возвышенные состояния как счастье, блаженство и благодать можно сопоставить с сиддхами, феноменальными силами или сверхспособностями, которые приходят естественным образом по мере духовного развития. При правильной мотивации сиддхи не должны быть целью, хотя они и приходят неизбежно, и становятся частью человека, его навыками и возможностями. Также и счастье начинает неотступно сопровождать человека с определённого уровня развития, вне зависимости от трудности окружающих условий. Как при определённом этапе постижения закона притяжения приходит возможность полёта, так же и при определённом уровне постижения закона единства приходит ощущение счастья.

Разум определяет цели и смыслы

С практической точки зрения, приведённые выше рассуждения обосновывают призыв не гоняться за счастьем. Если мы будем ставить его целью жизни или стремиться достичь его, то нас неизбежно ждёт разочарование, ибо даже в случае успеха, это будет временное состояние. Полное счастье возможно только при полном единении, то есть при погружении в нирвану, а это в свою очередь возможно только при завершении человеческого пути, который будет длиться, пока человек не достигнет всей (возможной для него) полноты понимания устройства мира и своей роли в нём. То есть именно уровень понимания определяет близость или отдалённость конца пути.

Если смотреть в корень, то причиной появления закона перевоплощений, причиной нашего ухода из «дома Отца небесного» или чистого духовного состояния, вечного источника всех состояний нашего бытия, в том числе и счастья, – этой причиной является не духовное и не материальное начало, но разумное. Духовное начало наполняет всё бытие без различия к происходящему, к существам и процессам; оно одинаково пронизывает и насыщает как счастливых, так и несчастных, как воплощённых, так и развоплощённых. Материальное начало пассивно по своей сути, это значит, что оно не запускает никаких процессов и, следовательно, тоже не может быть ни причиной перевоплощений, ни причиной счастья. Именно разумное начало выводит из равновесия любую систему, запускает все процессы и заставляет всё изменяться, чтобы, сравнивая, познавать. Поэтому причиной всех страданий (как и радостей) является невежество, то есть неполнота знания. Отведав (получив опыт) и изведав (получив понимание) разные стороны жизни, мы избавляемся от невежества и возвращаемся в духовную область всезнания, будучи уже всеведущими, где ощущение счастья (в духовном смысле единения со всеми и всем) становится постоянным и непрерываемым. По крайней мере до конца существования этого мира.

В заключение хотелось бы сказать, что, опять же с практической точки зрения, не важно, рождаемся ли мы для счастья или чего-то другого, осознанно мы воспринимаем это состояние или нет, задумываемся о его природе или просто следуем потоку событий и обстоятельств – так или иначе счастье раскрывает в нас нашу же высшую природу, оно указывает на её наличие и возможность проявления. А поскольку каждое прикосновение к высшей природе делает нас всё более и более восприимчивыми к ней и, следовательно, возвышает нас и продвигает по пути самосовершенствования, то каждый раз, когда это возможно...

БУДЬТЕ СЧАСТЛИВЫ!

Сноски

---