Блаватская Е.П. - Теософская закваска

Те из нас, чьё назначение стоять на страже теософского движения и способствовать его прогрессу, могут позволить себе воспринимать с улыбкой самомнение невежества, которым отличаются некоторые газеты и журналы в своих оценках нашего Общества и его сотрудников. Некоторые из них, по-видимому, считают, что если они швырнут пригоршню грязи, то нас это, несомненно, сокрушит. Парочка таких дошла до того, что с притворным сочувствием объявила, что у нас уже нет надежды на возрождение. Какая жалость, что мы не можем сделать им такое одолжение, так уж случилось, и они должны смириться с положением дел. Наше Общество, как организация, может, конечно, потерпеть крах из-за плохого руководства и по причине смерти его учредителей, но идея, которую оно несёт в себе и которая обрела такую широкую известность, будет продолжать свой бег, подобно бурному потоку мысли, пока не разобьётся о твёрдый берег, где материализм занят сбором и сортировкой своей гальки. Из тринадцати человек, которые вошли в состав нашего первого правления в 1875 году, девять были спиритуалистами с бóльшим или меньшим опытом. Следовательно, само собой разумеется, что целью Общества было не противодействовать, но улучшать и очищать спиритуализм. Известные нам явления были реальностью, и мы считали, что они должны быть наиважнейшими из всех современных объектов научных исследований. И окажется ли, в итоге, что в них прослеживается посредничество умерших или они объясняются только проявлениями оккультных сил природы, действующих совместно с сокрытыми психофизиологическими способностями человека, они вскрыли бы огромную область научных исследований, результатом которых должно стать просвещение в отношении главной задачи жизни – человека и его связей. Мы уже столкнулись с тем, что феноменализм не знает удержу в переступании всех границ, и что двадцать миллионов уверовавших 51цепляются за все всплывающие одна за другой теории в надежде обрести истину. У нас были все основания утверждать, что вся правда может быть найдена лишь в одной части света, в азиатских философических школах, и мы были глубоко убеждены, что истина будет найдена лишь тогда, когда для поиска соединятся в братском содружестве люди всех рас и вероисповеданий. Поэтому, придя к такому обоснованному мнению, мы стали ориентироваться на восток.

Нашим первым шагом было заявить утверждение, что, даже признавая реальность феноменов, совсем не следует неизбежно приписывать их душам умерших. Мы приводили достаточно исторических свидетельств о том, что такие явления с глубочайшей древности демонстрировались людьми, которые не были медиумами, которые отказывались признавать пассивность, требуемую от медиумов, и которые просто утверждали, что производят их, благодаря присущим им силам в их деятельном внутреннем я. В результате, на спиритуалистов возложено тяжкое бремя доказать, что эти чудеса творились и могли быть сотворены только умершими при содействии пассивных посредников.

Отступление от нашего утверждения влекло за собой или отрицание свидетельств заслуживающих высочайшего доверия авторитетных личностей многих стран и разных эпох, или огульное приписывание медиумизма каждому чудотворцу, упоминаемому в истории. Из двух зол этой дилеммы выбрали последнее. Отсылка к работам наиболее известных авторов-спиритуалистов, а также к периодическим изданиям движения наглядно покажет, что о таумы, или «чудесах» любого «мага», святого, религиозного лидера и подвижника, начиная от халдейских магусов (Magusti), древнего индусского святого, египетских Ианния и Иамврия (Jannes, Jambres),^[1] иудеев Моисея и Иисуса и мусульманского Пророка и до бенаресского саньяси г-на Жаколио и обыкновенного факира наших дней, заставляющего англо-индийцев раскрывать рты от изумления, – обо всех без разбору говорится как об истинно медиумических феноменах. Это было лучшее, что можно было сделать в этом серьёзном деле, но это не могло воспрепятствовать работе мысли спиритуалистов. Чем глубже они задумывались, чем больше читали и обменивались в течение последних пяти лет мнениями с теми, кто совершил путешествия по Азии и изучал 52психологию как науку, тем больше ослабевает первоначальное раздражённое отношение к нашему Обществу. Мы обратили внимание на это изменение в первом номере этого журнала. После всего лишь пяти лет публичных обсуждений, без враждебных выступлений или какого-либо агрессивного пропагандирования с нашей стороны, закваска этой великой истины заработала. Это видно по всему. Нас теперь любезно просят показать Европе и Америке экспериментально доказанные подтверждения правильности наших суждений. Постепенно набирается уже немало людей, среди которых и несколько самых светлых умов движения, перешедших на нашу сторону, а многие горячо поддерживают нашу точку зрения, суть которой в том, что не может быть духовной связи ни с душами живых, ни с душами умерших, если только ей не предшествует самоспиритуализация – покорение своей низменной самости и развитие более благородных сил внутри нас. Постепенно приходит осознание серьёзных рисков, а также и всё более очевидных вознаграждений от медиумизма. Благодаря превосходным работам профессора Цёльнера, г-на Крукса, г-на Варли и других талантливых экспериментаторов, феноменализм как задача науки постепенно изживает себя. Ему на смену приходит вдумчивое и всё более и более серьёзное изучение спиритуалистической философии. Мы видим это не только среди спиритуалистов Великобритании, Австралии и Соединённых Штатов, но также и среди мыслящих и многочисленных групп спиритуалистов и месмеристов на материке. Если не случится ничего, что нарушило бы нынешнее согласие и затруднило бы движение мысли вперёд, мы можем со всем основанием надеяться, что в ближайшие пять лет увидим целое сообщество исследователей феноменов месмеризма и медиумизма, в той или иной степени проникшихся убеждением, что величайшая психологическая истина в её самом неискажённом виде может быть найдена в индийских философских доктринах. И, не будем забывать, мы относим это не за счёт чего-либо, что мы, не великие числом, сделали или сказали лично, но за счёт постепенного роста убеждённости, что нельзя продолжать игнорировать опыт человечества и уроки прошлого.

Нам не составило бы труда заполнить многие страницы выдержками из современной прессы в поддержку вышеизложенных идей, но мы воздержимся. Где бы ни были прочитаны эти строки (а их прочтут подписчики почти во всех частях света), их истинность 53не будет отвергнута непредубеждёнными наблюдателями. Единственно с целью показать тенденцию в положении вещей, давайте рассмотрим следующие выдержки из «Спиритуалистических заметок» (Spiritual Notes) и «Спиритического обозрения» (La Revue Spirite) – печатных органов сторонников спиритуалистов и спиритов соответственно. Первая гласит:

«Судя по некоторым трудно уловимым, но вполне чётким приметам времени, мы не можем не согласиться, что происходят большие перемены в духе того комплекса идей, который последние тридцать лет носит не вполне удачное название современного спиритуализма. Заметить эту перемену возможно, хотя она, вероятно, не так бросается в глаза при общепринятом подходе к предмету рассмотрения, который, несомненно, всегда будет оставаться, в той или иной мере, чем-то вроде предзнаменования и чуда. Вероятно, есть необходимость, чтобы дело обстояло именно так. Условие, без которого, похоже, не обойтись, состоит в том, что всегда должна быть некая окантовка абсолютно чудесного, чтобы привлекать к себе восклицаниями «Смотри-ка!», «Подумать только!», из общего хора которых время от времени может выделяться серьёзный и сплочённый кружок новобранцев. Именно они имеют для нас огромное значение, со всеми возможными у них чрезмерными увлечениями физическими манифестациями, материализациями и тому подобным. Всё это формирует азбучные понятия для неофита. Однако то изменение, которое поражает нас в настоящий момент, заключается в том, что мы можем назвать быстрым ростом сообщества посвящённых, отличающихся от неофитов: сообщества тех, кто полностью перерос потребность в таких воспринимаемых чувствами чудесах (потребность, через которую они, тем не менее, в своё время прошли), и кто готов идти к высочайшим вершинам Духовной философии. Мы не можем не рассматривать это как в высшей степени благоприятный знак, потому что он свидетельствует о последовательном развитии. Сначала у нас был росток, затем колосок, а теперь мы имеем наполненный зерном колос. Среди многих свидетельств этого изменения мы особо отмечаем два, каждый из которых уже был упомянут на наших страницах в его единственном аспекте. Одно являет собой публикацию книги д-ра Уайлда о христианской теософии, другое касается создания и развития тайного общества под названием Гильдия Святого Духа. Мы не готовы высказывать свою точку зрения по всем доктринам книги д-ра Уайлда.^[2] Гильдия же, весьма вероятно, была бы слишком священнической по своей структуре для многих из наших читателей (можем упомянуть, что она основана священником англиканской церкви), но, во всяком случае, мы отмечаем нечто, что называется «восхождением». Как мы понимаем, высшая идея состоит не в том, чтобы вызывать духов из бездонных глубин – не в том, чтобы привлекать помощь мира духов, 54так сказать, и вынуждать его жителей приходить к нам «снизу» (или «сверху»), но для того, чтобы упорядочивать жизнь через раскрытие дремлющего разума в нашем мире и наделять нас способностью видеть тех, кто пребывает не в том далёком краю, откуда они должны подниматься или спускаться к нам. Исключительно эту цель, как нам удалось узнать, ставит перед собой Гильдия, которая, играя поначалу управляющую роль в жизни и отправлении церковных обрядов, оставляет пространство для чудотворной стихии в любых проявлениях. Можно не говорить более того, что сказано, но можно сослаться на каждую страницу книги д-ра Уайлда как на проявление такого же подхода; и мы с большим удовлетворением отмечаем появление последствий такого подхода. Он никогда не будет общедоступным методом, но его присутствие в нашей среде, при всей его секретности, будет действовать подобно закваске и воздействовать в целом на весь современный спиритуализм».

[Относительно точки зрения La Revue Spirite см. стр. 72-74 настоящего тома.]

Сноски

↑ [См. 2-е послание Павла к Тимофею, 3:8. – Составитель.]
↑ [Вероятно, здесь имеется в виду книга д-ра Джорджа Уайлда «Теософия и высшая жизнь», Лондон, 1880, 138 страниц; второе издание вышло в свет в издательстве Элиот & К^о, Лондон, 1894, под заглавием «Теософия или духовные движущие силы и человек, творящий чудеса» (vi, 264 стр.). В это 2-е издание включено вступительное слово д-ра Уайлда, где он заявил о своём выходе из ТО, когда ему стало ясно, что Е.П.Б. не признаёт персонифицированного Бога. – Составитель.]

[1] [См. 2-е послание Павла к Тимофею, 3:8. – Составитель.]

[2] [Вероятно, здесь имеется в виду книга д-ра Джорджа Уайлда «Теософия и высшая жизнь», Лондон, 1880, 138 страниц; второе издание вышло в свет в издательстве Элиот & К^о, Лондон, 1894, под заглавием «Теософия или духовные движущие силы и человек, творящий чудеса» (vi, 264 стр.). В это 2-е издание включено вступительное слово д-ра Уайлда, где он заявил о своём выходе из ТО, когда ему стало ясно, что Е.П.Б. не признаёт персонифицированного Бога. – Составитель.]

[1]

[2]