Блаватская Е.П. - ТД (ред.21в) т.1 гл.Введение

<div style="color: #555555; font-size: 80%; font-style: italic; font-family: serif; text-align: center;">Материал из '''Библиотеки Теопедии''', http://ru.teopedia.org/lib</div>
Перейти к навигации Перейти к поиску
Елена Петровна Блаватская
Тайная доктрина
Синтез науки, религии и философии

Редакция 21-го века (в работе)

том 1 Космогенез, глава Введение
<<     >>


xvii
xvii


Введение
Кротко слушать, добром судить.[доп 1]
Шекспир

С появлением в Англии теософской литературы стало обычным называть это учение «эзотерическим буддизмом». И став привычкою, – подтвердило старую пословицу, основанную на ежедневном опыте: «заблуждение катится по наклонной плоскости, тогда как истина должна с трудом взбираться по пути в гору».

Старые трюизмы часто наиболее мудрые. Человеческий ум едва ли может оставаться совершенно свободным от предубеждений, и решающие, установившиеся мнения часто создаются прежде, чем было сделано основательное исследование предмета во всех его аспектах. Сказанное относится к господствующему заблуждению, которое, с одной стороны, ограничивает теософию буддизмом; а с другой, смешивает положения религиозной философии, проповеданной Гаутамою Буддою, с учениями, представлены в общих чертах в «Эзотерическом буддизме» г-на Синнетта. Трудно представить себе нечто более ошибочное, нежели это. Это дало возможность нашим врагам обрести сильное оружие против теософии, ибо, как один известный учёный специалист по языку пали очень остро выразился, – в упомянутом томе не было «ни эзотеризма, ни буддизма». Эзотерические истины, представленные в труде г-на Синнетта, перестали быть эзотерическими с момента их опубликования; также книга не содержит религии Будды, но просто лишь несколько положений до сих пор сокровенного учения, которые в настоящих томах объясняются и добавляются многими другими. Но даже последние, хотя и выдают многие основные тезисы ТАЙНОГО УЧЕНИЯ Востока, всё же, лишь слегка приподымают край плотного покрова. Ибо никто, ни даже величайший из живущих адептов, не мог (если бы даже он этого хотел) выдать без разбора на посмеяние неверующего мира то, что так бережно скрывалось от него на протяжении долгих эонов и веков.

«Эзотерический буддизм» явился прекрасным трудом с очень неудачным


xviii
xviii


заглавием, хотя заглавие это означало то же, что и оглавление настоящего труда – «Тайная доктрина». Оно оказалось неудачным, потому что люди имеют привычку всегда судить вещи скорее по внешности, нежели по их значению и потому, что ошибка эта настолько сделалась общей, что даже члены Теософского общества стали жертвами того же ошибочного представления. Однако, с самого начала брамины и многие другие протестовали против подобного заглавия. В своё оправдание, я должна добавить, что «Эзотерический буддизм» был представлен мне в законченном виде и я была в полном неведении, каким образом автор намеревался писать слово «будхизм».

Ответственность за эту ошибку падает на тех, кто первые привлекли общественное внимание на эти темы и не позаботились указать разницу между «буддизмом», религиозной системой нравственности, проповеданной Владыкою Гаутамою и названной по его титулу будда (просветлённый) и «будхизмом» от будха – мудрость или знание (видья) способность познавания, от санскритского корня будх – знать. Мы сами, теософы Индии, являемся истинными виновниками, хотя в то время мы и употребляли все усилия, чтобы исправить ошибку.[1] Избежать это печальное недоразумение было легко: нужно было с обоюдного согласия лишь изменить правописание слова и писать «будхизм» вместо «буддизм». Но и этот термин неправилен, ибо на английском языке следовало бы писать и произносить «буддаизм», а последователей его называть «буддаистами».

Объяснение это совершенно необходимо при начале такого труда, как настоящий. Религия мудрости есть наследие народов всего мира, несмотря на сделанное в «Эзотерическом буддизме»[2], утверждение, что «два года тому назад (в 1883 г.) не только я, но и ни один из живущих европейцев, не знали даже азбуки науки, впервые здесь изложенной в научной форме»... и т. д. Это заблуждение должно быть вкралось по оплошности. Писательница настоящего знала всё, что «обнародовано» в «Эзотерическом буддизме» и гораздо больше, многие годы раньше, чем это стало её долгом (в 1880 г.) передать малую часть тайного учения двум европейцам, одним из которых был автор «Эзотерического буддизма»; и конечно, пишущая эти строки имеет неоспоримое, хотя для неё самой довольно двусмысленное, преимущество быть европейского происхождения и образования. Более того, значительная часть философии,


xix
xix


изложенной м-ром Синнеттом, была преподана в Америке даже до опубликования «Разоблачённой Изиды», двум европейцам и моему коллеге, полковнику Г. С. Олкотту. Из трёх Учителей, которых имел Г. С. Олкотт, первый был венгерский посвящённый, второй египтянин, третий индус. По особому разрешению полковник Олкотт различными способами передал некоторые учения. Если же двое других не сделали того же, то просто потому, что им это не было разрешено, ибо их время для открытой деятельности ещё не пришло. Но для других оно наступило и доказательством тому являются интересные труды г-на Синнетта. Кроме того, нужно иметь в виду самое главное, что ни одна теософская книга не приобретает ни малейшей добавочной ценности предъявлением авторитета.

Ади или Адхи Будха, Единая или Первичная и Высочайшая мудрость есть термин, употребляемый Арьясангой в его сокровенных писаниях, теперь же всеми мистиками северного буддизма. Это санскритский термин и наименование, данное самыми ранними арийцами Непознаваемому Божеству. Слово «Брахма» не встречается ни в Ведах, ни в других ранних трудах, оно означает абсолютную Мудрость, и Ади-бхута переведено Фитцэдуардом Холлом, как «извечная, несотворенная причина всего»[доп 2]. Эоны несказуемого протяжения должны были пройти, прежде чем эпитет Будда стал настолько, так сказать, очеловечен, что этот термин мог быть допущен к применению к смертным, и наконец, быть данным тому, несравненные добродетели и знание которого стяжали ему титул «Будда Непоколебимой Мудрости». «Бодха» означает врождённое обладание божественным разумом или пониманием; будда – овладение этим личными усилиями и заслугами, тогда как будхи есть способность познавания, канал[доп 3], через который божественное знание достигает эго, распознавание добра и зла, также божественная совесть и духовная душа, являющаяся проводником для атмы. «Когда буддхи поглощает наш эго-тизм (уничтожает его) со всеми его викарами[доп 4], Авалокитешвара становится проявленным для нас, и нирвана или мукти достигнута». Мукти то же, что и нирвана, освобождение от тенёт майи или иллюзии. Бодхи есть также наименование особого состояния транса, называемого самадхи, во время которого субъект достигает высшую степень духовного знания.

Лишены мудрости те, кто в своей слепой и в несвоевременной в нашу эпоху ненависти к буддизму и по реакции к будизму, отрицают его эзотерические учения, являющиеся также и учениями браминов, только потому, что наименование это


xx
xx


ассоциируется ими с принципами, которые они, будучи монотеистами, рассматривают, как зловредные учения. Лишены мудрости, в данном случае, является правильным термином. Ибо в нашу эпоху грубого и анти-логичного материализма, одна лишь эзотерическая философия способна противостоять повторным нападкам на всё то, что человек считает самым дорогим и сокровенным в своей внутренней духовной жизни. Истинный философ, изучающий эзотерическую мудрость, совершенно освобождается от личностей, догматических верований и особых религий. Кроме того, эзотерическая философия примиряет все религии и, снимая с каждой её внешнее одеяние, человеческую, указывает на тождественность корня каждой с основою всякой другой великой религии. Она доказывает необходимость Божественного Абсолютного Начала в природе. Она отрицает Божество не более чем Солнце. Эзотерическая философия никогда не отвергала «Бога в природе», так же, как и Божество, как абсолютную и абстрактную Сущность. Она только отказывается признать богов, так называемых монотеистических религий, созданных человеком по образу и подобию своему, святотатственных и печальных карикатур Вечно-Непознаваемого. Кроме того, свидетельства, которые мы предполагаем явить читателю, охватывают эзотерические учения всего мира с самого начала происхождения человечества, и оккультизм буддизма занимает в них лишь своё законное место, но не более.

В самом деле, даже сокровенные части «Дан» или «Жань-на»[3] («Дхьяна»[доп 5]) метафизики Гаутамы (какими бы грандиозными они ни казались тому, кто не знаком с принципами древней религии мудрости) являются лишь очень небольшой частью целого. Индусский реформатор ограничил свои учения для широкой публики чисто моральным и физиологическим аспектом религии-мудрости, этикою и человеком. Вещи, «невидимые и бесплотные», тайны Бытия за пределами нашей земной сферы, Великий Учитель оставил совершенно не затронутыми в своих обращениях к массам, сохраняя Сокровенные Истины для избранного круга своих архатов. Последние получали посвящение в знаменитой пещере Саптапарна (Саттапанни Махавансы), вблизи Горы Байбхар (Вебхара в палийских рукописях). Эта пещера находилась в Раджагрихе, в древней столице Магадхи, и была та самая пещера Чжэда, упоминаемая Фа-сянем[доп 6], как это правильно предполагается некоторыми археологами[4].

Время и человеческое воображение быстро исказили чистоту и философию


xxi
xxi


этого учения, после того как оно было перенесено из тайного и священного круга архатов в течение их прозелитической деятельности на менее подготовленную почву, нежели Индия, для метафизических представлений, как Китай, Япония, Сиам и Бирма. Как поступили с первичною чистотою этих великих откровений, можно видеть, изучая, так называемые, «эзотерические» буддийские школы древности в их современном одеянии, не только в Китае и других буддийских странах вообще, но даже во многих школах Тибета, оставленных на попечение непосвящённых лам и монгольских новаторов.

Потому читатель должен иметь в виду очень важное различие, существующее между ортодоксальным буддизмом, т. е. общедоступным учением Гаутамы Будды и его эзотерическим будхизмом. Тем не менее, его тайное учение ни чем не отличалось от учения посвящённых браминов его дней. Будда был уроженцем Земли арийцев, индусом по рождению и кшатрием кастою, и учеником «дважды-рождённых» (посвящённых браминов) или двиджа. Учение его потому не могло разниться от их учений, что вся буддийская реформа состояла лишь в выдаче части того, что сохранилось в тайне от всех, за исключением «магического» круга отшельников и посвящённых храма. Не будучи в состоянии, в силу своего обета, передать всё, что было сообщено ему, Будда, хотя и учил философии, построенной на основе истинного эзотерического знания, тем не менее, дал миру лишь её внешний материальный тело и сохранил душу её для своих избранных. Многие китайские учёные[вопр 1] среди востоковедов слыхали об «Учении о душе». Но никто не понял её истинного смысла и значения.

Доктрина эта охранялась (может быть, слишком сокровенно) в святилищах. Тайна, окутывавшая её главную догму и устремление (нирвану) так искушала и возбуждала любопытство учёных, изучавших её, что, будучи не в состоянии разрешить это логически и удовлетворительно, развязав её Гордиев узел, они разрубили его, объявив, что нирвана означает абсолютное уничтожение.

К концу первой четверти этого столетия появился особый вид литературы, которая с каждым годом становится более определённой в своей тенденции. Будучи основанной, так сказать, на научных исследованиях санскритологов и востоковедов вообще, эта литература считалась научной. Индусская, египетская и другие древние религии, мифы и эмблемы, выдавали лишь то, что символисты желали видеть в них и,


xxii
xxii


таким образом, вместо внутреннего смысла, часто давалась лишь грубая внешняя форма. Замечательнейшие труды по своим изобретательным выводам и теориям circulus vitiosus[5] – предубеждённые заключения обычно занимали место посылок в силлогизмах многих учёных санскрита и пали – быстро появились и последовательно наводнили библиотеки противоречивыми диссертациями, больше о фаллическом и половом почитании, нежели об истинном символизме, причём каждый противоречит другому.

Может быть, это и является истинной причиной, почему, после долгого, глубочайшего молчания и тайны тысячелетий, ныне выдаются намёки на некоторые основные истины из Сокровенного Учения Архаических Времён. Говорю намеренно «некоторые истины», ибо то, что должно остаться несказанным, не может быть вмещено в сотню подобных томов, также оно не может быть доверено нынешнему поколению саддукеев. Но даже то малое, что даётся сейчас, лучше, нежели полное молчание об этих жизненных истинах. Мир настоящих дней, в его яром устремлении к неизвестному (которое физики слишком поспешно готовы смешать с Непознаваемым всякий раз, как проблема выходит за пределы их понимания) быстро продвигается на противоположном плане от плана духовности. Сейчас перед нами обширное поле, настоящая долина разногласия и нескончаемой борьбы; целый Некрополь, где лежат погребёнными высочайшие и самые священные устремления нашей Духовной Души. С каждым новым поколением Душа эта становится более парализованной и атрофированной. «Милые светские язычники и законченные развратники» общества, о которых говорит Грили, мало заботятся о возрождении умерших наук прошлого; но существует прекрасное меньшинство серьёзных исследователей, имеющих право узнать некоторые истины, которые могут быть даны им теперь. И сейчас это гораздо нужнее, нежели десять лет тому назад, когда появилась «Разоблачённая Изида» или даже когда были опубликованы позднейшие попытки объяснить тайны эзотерической науки.

Одним из величайших и, может быть, самым серьёзным возражением против достоверности этого труда и доверия к нему, послужат предварительные станцы. Как могут быть проверены утверждения, заключённые в них? Правда, что большая часть санскритских, китайских и монгольских трудов, откуда приведены цитаты в настоящих томах, известна некоторым востоковедам, тем не менее, главный труд, откуда взяты станцы, не имеется в европейских библиотеках. Книга Дзьян (или Дзан) совершенно не известна нашим филологам или, во всяком случае, они никогда не слышали о ней под данным наименованием. Это, конечно, большой ущерб


xxiii
xxiii


для них, кто следуют в своих изысканиях предписанным методам официальной науки, но для изучающих оккультизм и для всех истинных оккультистов это не имеет большого значения. Основная часть даваемых учений находится в сотнях и тысячах санскритских рукописей, из которых некоторые уже переведены и, как обычно, искажены толкованием, другие же, всё ещё, ожидают свой черёд. Потому каждый учёный имеет возможность убедиться в сделанных здесь утверждениях так же, как и проверить большинство приведённых выдержек. Лишь несколько новых фактов, новых лишь для непосвящённого востоковеда, и мест, взятых из Комментариев, будет трудно проследить до их источника. Кроме того, некоторые учения ещё до сих пор преподаются устно, но, тем не менее, намёки на них встречаются в каждом случае почти во всех бесчисленных томах храмовой литературы браминов, Китая и Тибета.

Во всяком случае, что бы ни было уготовано в будущем автору этого труда недоброжелательной критикой, один факт вполне достоверен. Члены нескольких эзотерических школ – местонахождение которых за Гималаями и разветвления которых могут быть найдены в Китае, Японии, Индии и Тибете и даже в Сирии, не считая южной Америки – претендуют на обладание всех сокровенных и философских трудов в рукописях и печати, одним словом, всех трудов, которые когда-либо были написаны на языках и в начертаниях с самого начала возникновения искусства письма, от иероглифов до алфавита Кадма[доп 7] и дэванагари.

Во все времена утверждалось, что с самого времени уничтожения[6] библиотеки Александрии, каждый труд, который мог своим содержанием привести непосвящённого к конечному открытию и пониманию некоторых тайн Сокровенной Науки, был усердно отыскиваем объединёнными усилиями членов этого Братства. Кроме того, теми, кто знают, добавляется, что все подобные труды, раз они были найдены, уничтожались за исключением трёх копий каждого, которые были сохранены и сокрыты в безопасности. В Индии последние из этих драгоценных рукописей были добыты и сокрыты во время царствования императора Акбара.

Профессор Макс Мюллер указывает, что никакие подкупы и угрозы Акбара не могли извлечь оригинальный текст Вед от браминов, и, тем не менее, похваляется, что европейские востоковеды обладают им![7] Весьма сомнительно, чтобы Европа имела полный текст, и будущее может иметь про запас весьма неприятные сюрпризы для востоковедов.

Кроме того, утверждается, что каждая священная книга, подобного содержания, текст которой был недостаточно сокрыт в символах, или же имевшая какое-либо


xxiv
xxiv


непосредственное отношение к древним мистериям, была сначала переписана тайным письмом, могущим противостоять искусству лучших и наискуснейших палеографов, и затем уничтожена до последней копии. Во время царствования Акбара несколько фанатичных придворных, недовольных греховной пытливостью императора к религиям нечестивых, сами помогали браминам скрывать их рукописи. Таков был Бадаюни, питавший нескрываемый ужас перед манией Акбара к идолопоклонническим религиям.[8]

Труд этот «хранился в тайне и не был напечатан до царствования Джехангира». Кроме того, во всех обширных и богатых монастырях имеются подземные храмы и пещерные библиотеки, высеченные в скале, если гонпа (монастырь) или лхакханг построены на горе. За пределами западного Цайдама, в одиноких проходах Куньлуня, имеются несколько подобных тайников. Вдоль хребта Алтын-таг, где ещё не вступала нога европейца, существует некий посёлок, затерянный в глубоком горном проходе: небольшая скученность домов, скорее деревушка, нежели монастырь, с бедным храмом и старым ламою, отшельником, живущим поблизости для охраны его. Поломники говорят, что подземные галереи и помещения под ними содержат коллекцию книг, число которых, по данным отчётам, слишком велико, чтобы поместиться даже в Британском Музее.[9]

Всё это, более нежели вероятно, вызовет усмешку сомнения. Но прежде, чем читатель отвергнет достоверность сообщений, пусть он остановится и поразмыслит над следующими, хорошо известными, фактами.


xxv
xxv


Совместные изыскания востоковедов и в последние годы, особенно работы исследователей по сравнительной филологии и науке религий[доп 8], дали им возможность подтвердить, что бесчисленное количество рукописей и даже печатных трудов, известных, как существовавших, более не находимы. Они исчезли, не оставив ни малейшего следа. Если бы эти труды не имели значения, они могли бы с естественным течением времени погибнуть, и названия их были бы вычеркнуты из человеческой памяти. Но это не так, ибо, как теперь доказано, большинство этих трудов содержали истинные ключи к сочинениям, ещё сохранившимся, но сейчас совершенно непонятным для большинства их читателей без этих добавочных томов комментариев и объяснений.

Таковы, например, труды Лао-цзы, предшественника Конфуция.[10] Говорят, что он написал 930 книг об этике и религиях и семьдесят по магии, в общем – тысячу. Тем не менее, его большой труд «Дао-дэ-цзин», сердце его учения, и священное писание даосов имеет, как указывает Станислав Жюльен, только «около 5 000 слов»[11], едва двенадцать страниц. Тем не менее, проф. Макс Мюллер находит, что текст не понятен без комментариев, так что г-н Жюльен должен был пользоваться справками в более чем с шестьюдесятью комментаторами для своего перевода, и самый древний из них доходил до 163 года до Р. Хр., но не ранее, как мы видим. На протяжении четырёх с половиною веков, предшествовавших этому «раннему» из комментариев, достаточно было времени, чтобы сокрыть истинное учение Лао-цзы от всех, за исключением его посвящённых священнослужителей. Японцы, среди которых, сейчас, можно найти самых учёных священников и последователей Лао-цзы, просто смеются над ошибками и гипотезами европейских синологов. И предание утверждает, что комментарии, доступные нашим западным синологам, не являются подлинными оккультными летописями, но лишь намеренными замаскированиями, и что подлинные комментарии так же, как и почти все тексты, давно исчезли с глаз профанов.


xxvi
xxvi


Если наши учёные обратятся к древней литературе семитских религий, к халдейским писаниям, старшей сестре и наставнице, если только не главному источнику Библии Моисея, основе и отправной точки христианства, что же найдут они? Для увековечивания памяти древних религий Вавилона, для регистрации огромного цикла астрономических наблюдений магов Халдеи, для оправдания преданий об их великолепной и в особенности оккультной литературе, что же остаётся теперь? Лишь несколько фрагментов, приписываемых Берозу.

Но они почти лишены всякой ценности, даже как ключа к характеристике того, что исчезло, ибо они прошли через руки Его Преподобия епископа Кессарийского – этого самозванного цензора и издателя священных анналов чуждых ему религий – и они без сомнения, поныне, несут печать его высоко-правдивой, заслуживающей доверия руки. Ибо какова история этого трактата об однажды великой религии Вавилона?

Он был написан по гречески для Александра Великого Берозом, священнослужителем Храма Бэла на основании астрономических и хронологических летописей, сохраняемых служителями этого храма – летописей, покрывавших период в 200 000 лет – ныне он утерян. В первом веке до Р. Хр. Александр Полигистор сделал серию выдержек из этого трактата, которые тоже утеряны. Евсевий (270-340 после Р. Хр.) пользовался этими выдержками при написании своей «Хроники». Схожие места (почти тождественность) в европейских и халдейских Писаниях[12], явилось большою опасностью для Евсевия в его роли защитника и поборника новой религии, воспринявшей еврейские писания и вместе с ними нелепую хронологию.

Теперь почти удостоверено, что Евсевий до такой степени не пощадил египетские синхронические таблицы Манефона, что Бунзен[13] обвиняет его в самом недобросовестном искажении истории, а Сократ, историк пятого столетия, и Синкелл, помощник патриарха[изм 1] Константинополя (восьмой век), обличают его, как самого дерзкого и отчаянного подделывателя. Правдоподобно ли тогда, чтобы он обращался с большею осторожностью с халдейскими летописями, уже тогда угрожавшими новой, так поспешно воспринятой, религии?


xxvii
xxvii


Таким образом, за исключением этих, больше чем сомнительных, фрагментов, вся халдейская сокровенная литература исчезла из глаз невежд так же бесследно, как и потерянная Атлантида. Несколько фактов, содержавшихся в истории Бероза, приведены в дальнейшем и могут ярко осветить происхождение падших ангелов, олицетворённых в образах Бэла и Дракона.

Обращаясь теперь к древнейшему образцу арийской литературы, к Риг-Веде, изучающий, если только он точно проследит данные, сообщённые самими востоковедами, найдёт, что хотя Риг-Веда содержит лишь около 10 580 стихов или 1 028 гимнов, тем не менее, несмотря на «Брахманы» и массу пояснений и комментариев, она не понята правильно и посейчас. Почему же это так? Очевидно потому, что «"Брахманы", схоластические и древнейшие трактаты на изначальные гимны», сами требуют ключа, которым востоковедам не удалось обеспечить себя.

Что же говорят учёные о буддийской литературе? Обладают ли они ею в её полноте? Конечно нет. Несмотря на 325 томов «Ганджура» и «Данджура» северных буддистов, при чём, каждый том, как говорят, «весит от четырёх до пяти фунтов», в действительности ничего неизвестно о ламаизме. Однако, в «Саддхарма-аланкаре»[14] говорится, что сокровенный канон содержит 29 368 000 букв, или, исключив трактаты и комментарии, в пять или шесть раз превышает количеством материал, содержащийся в Библии, которая, как утверждает проф. Макс Мюллер, имеет лишь 3 567 180 букв. Следовательно, несмотря на эти 325 томов (в действительности их 333, «Ганджур» вмещает 108, а «Данджур» 225 томов), «переводчики вместо того, чтобы снабдить нас правильными изложениями, переплели их со своими комментариями с целью оправдания догм своих различных школ[15]. Больше того, «по преданию, сохранённому буддийскими школами Севера и Юга, Сокровенный Буддийский Канон заключал первоначально 80 000 или 84 000 трактатов, но большинство было утеряно, так что осталось лишь 6 000», – так говорит профессор своим слушателям. Утеряны, как обычно, для европейцев. Но кто может быть вполне уверен, что они так же утеряны и для буддистов и браминов?

Принимая в соображение почитание буддистами каждой строки, написанной


xxviii
xxviii


о Будде и Благом Законе, потеря около 76 000 трактатов должна казаться чудом. В противном случае каждый, ознакомленный с естественным ходом событий, подписал бы утверждение, что 5 000 или 6 000 из этих 76 000 трактатов могли быть уничтожены во время преследования буддистов в Индии и переселения из неё. Но, так как точно удостоверено, что буддийские архаты начали свои религиозные исходы, с целью распространения новой веры за пределы Кашмира и Гималаев, ещё за 300 лет до нашей эры[16], и достигли Китая в 61-ом году после Р. Хр.[17], когда Кашьяпа, по приглашению императора Мин-ди, отправился туда, – для ознакомления «Сына Неба» с догмами буддизма, то странно слышать утверждения востоковедов о подобной потери, точно, действительно, это было возможно! Они ни на минуту не допускают возможности, что тексты могут быть утерянными только для Запада и для них самих, или что азиатские народы могут иметь беспримерное дерзновение сохранять свои самые сокровенные летописи вне достижимости для чужестранцев, отказываясь, таким образом, выдать их на осквернение и злоупотребление даже «столь много превосходящим их» расам.

Судя по выраженным сожалениям и многочисленным признаниям почти каждым востоковедом[18], общество может быть достаточно убеждено, что (a) изучающие древние религии, действительно, имеют мало данных, из которых можно было бы вывести те окончательные заключения, какие обычно делаются ими о старых верованиях и (b), что такой недостаток данных, ни в коем случае, не препятствует их не терпящим возражения утверждениям. Можно было бы предположить, что, благодаря многочисленным свидетельствам, относящимся к египетской теогонии и мистериям, сохранившимся у классиков и нескольких древних писателей, по крайней мере, ритуалы и догмы Египта времён фараонов, должны были бы быть хорошо поняты; во всяком случае, лучше, нежели слишком глубокомысленной философии и пантеизм Индии, о религии и языке которой Европа едва ли имела представление до начала настоящего столетия. Вдоль Нила, по лицу всей страны, стоят до сего часа, ежегодно и ежедневно откапываемые, всегда новые, реликвии, красноречиво повествующие свою историю. Тем не менее, это не так. Учёный, оксфордский филолог, сам признаётся в этой истине, говоря:

«Тем не менее... мы видим всё ещё стоящие пирамиды, развалины храмов и лабиринты с их стенами,


xxix
xxix


покрытыми иероглифическими надписями и странными изображениями богов и богинь. На свитках папирусов, которые не боятся разрушения временем, мы даже имеем фрагменты того, что может быть названо священными книгами египтян. Тем не менее, хотя и много было расшифровано в древних записях таинственной расы, но главный источник религии Египта и подлинное значение её обрядного богослужения далеко ещё не открыты нам»[19].


Здесь опять остались таинственные иероглифические документы, но ключи, лишь благодаря которым они становятся понятными, исчезли.

На самом деле, наши величайшие египтологи так мало осведомлены о погребальных обрядах египтян и внешних знаках на мумиях для отличия пола, что это привело к самым забавным ошибкам. Лишь год или два тому назад подобная ошибка была обнаружена в Булаке, в Каире. Мумия, считавшаяся принадлежащей жене незначительного фараона, благодаря надписи, найденной на амулете, висевшем вокруг её шеи, оказалась мумией Сезостриса – величайшего фараона Египта!!

Тем не менее, найдя, «что существует естественная связь между языком и религией», и «что существовала общая арийская религия до разделения арийской расы»; общая семитическая религия до разделения семитской расы и общая туранская религия до разделения китайцев и других племён, принадлежавших к туранскому виду; но, на самом деле, найдя только «три древних центра религий» и «три центра языка»; и хотя будучи настолько же неосведомлённым относительно этих первобытных религий и языков, как и об их происхождении – профессор не колеблется объявить, что «достоверное, историческое основание для научного исследования главнейших религий мира найдено!»

«Научное толкование» предмета не является ручательством его «исторического основания», и с подобными скудными данными в руках ни один филолог, даже среди самых выдающихся, не может быть оправдан, выдавая свои заключения за исторические факты. Несомненно, знаменитый востоковед доказал исчерпывающе и к полному удовлетворению общества, что, по фонетическим законам Гримма, Один и Будда являются двумя различными личностями, совершенно отличными один от другого, и доказал это научно. Когда же он пользуется случаем сказать при этом, что Один «был почитаем, как высочайшее Божество, в период, много-предшествовавший веку Вед и Гомера»[20], то он не имеет для этого ни малейшего «исторического основания», но подчиняет историю и факт его


xxx
xxx


собственным заключениям, которые могут быть чрезвычайно «научными» в глазах учёных востоковедов, но, тем не менее, весьма далёкими от истины. Эти спорные взгляды среди различных и выдающихся филологов и востоковедов, от Мартина Хауга до самого профессора Макса Мюллера, относительно хронологии, как в примере Вед, являются очевидным доказательством, что утверждение не имеет никакого «исторического основания» и, как часто бывает, «внутреннее свидетельство» является лишь следованием за блуждающим огоньком, вместо спасительного маяка. Так же и наука современной, сравнительной мифологии не имеет лучшего возражения для опровержения мнений учёных писателей, настаивавших в последнем столетии на существовании «фрагментов Первоначального Откровения, данного предкам всей расы человечества... сохранявшихся в храмах Греции и Италии». Ибо, именно, это то, о чём все восточные посвящённые и пандиты, время от времени, оповещали мир. И в то время, как одно известное духовное лицо из сингалезцев уверяло пишущую эти строки в достоверности факта, что самые важные трактаты, принадлежащие буддийскому Сокровенному Канону, были скрыты в странах и местах, недоступных европейским учёным, недавно умерший Свами Даянанда Сарасвати, величайший санскритолог наших дней в Индии, подтвердил некоторым членам Теософского общества тот же факт по отношению к древним браминским трудам. И когда ему было сказано, что проф. Макс Мюллер заявил аудитории своих лекций, что теория о том, что «существовало первоначальное и сверхъестественное откровение, данное предкам человеческой расы, находит сейчас мало приверженцев», – то святой и учёный человек лишь рассмеялся. Его ответ был весьма показателен:

«Если бы г-н Мокш Муллер (так произносил он его имя) был брамином и пошёл со мною, я провёл бы его к гупта пещере[доп 9] (тайной крипте), вблизи Окхи Матх в Гималаях, где он скоро бы открыл, что то, что проникло через Калапани (чёрные воды океана) из Индии в Европу, было лишь отрывками, отвергнутых копий некоторых мест из наших священных книг». «Первоначальное Откровение» имело место, и оно существует и посейчас; также оно никогда не будет утеряно для мира и появится снова; хотя млечхам, конечно, придётся подождать».

Теснимый дальнейшими вопросами на эту тему, он не пожелал больше отвечать. Это было в Меруте в 1880 году.

Вне всякого сомнения мистификация, разыгранная браминами в прошлом столетии в Калькутте, жертвой которой сделались полковник Уилфорд и сэр Уильям Джон, была жестокой, но она была вполне заслуженной, и никто не заслуживает большего порицания


xxxi
xxxi


в этом деле, нежели миссионеры и сам полковник Уилфорд. Первые, по свидетельству самого сэра Уильяма Джонса[21], были настолько глупы, что утверждали, что «индусы почти христиане, ибо их Брахма, Вишну и Махеша ничто иное, как христианская Троица»[22]. Это было хорошим уроком. И учёные востоковеды стали вдвойне осторожными, но, может быть, именно, это сделало некоторых из них слишком боязливыми, и по реакции заставило маятник прежних заключений слишком качнуться в противоположную сторону. Ибо, «это первое приношение с базара браминов» в ответ на просьбу полковника Уилфорда породило теперь среди востоковедов явную необходимость и желание объявлять каждый архаический, санскритский манускрипт настолько современным, что это даёт миссионерам полное оправдание воспользоваться таким удобным случаем. И они так и поступают в полной мере своих умственных способностей, свидетельством чему является недавняя, нелепая попытка доказать, что вся история о Кришне в Пуранах была заимствована браминами из Библии! Но факты, приведённые оксфордским профессором в его «Лекциях» по поводу знаменитых вставок, сделанных на пользу, а позднее на горе полковника Уилфорда, совершенно не препятствуют заключениям, к которым неизбежно должен прийти каждый, изучающий Сокровенное Учение. Ибо, если результаты доказывают, что ни Новый, ни даже Старый Завет ничего не заимствовали из более древних религий браминов и буддистов, то из этого ещё не следует, что евреи не заимствовали всё, что они знали, из халдейских летописей, искажённых впоследствии Евсевием. Что же касается до халдеев, то они, по всей вероятности, получили своё первоначальное знание от браминов, ибо Роулинсон указывает на несомненное ведическое влияние на раннюю мифологию Вавилона. И полковник Ванс Кеннеди давно справедливо заметил, что Вавилон, с самого своего основания, был местонахождением санскритской и браминской учёности. Но все подобные доказательства должны потерять своё значение при наличии позднейшей теории, выработанной проф. Максом Мюллером. Теория эта всем известна. Свод фонетических законов стал сейчас всемирным разрешителем для каждого отождествления и установления «связи» между


xxxii
xxxii


богами многочисленных народов. Так, хотя мать Меркурия (Будха, Тот-Гермес и пр.) была Майа, и мать Гаутамы Будды тоже Майа, как и мать Иисуса – Майа (иллюзия, ибо Мария есть Mare, море, символически означающее великую иллюзию), тем не менее, эти три личности не имеют связи между собою и не могут иметь её, раз Бопп установил свой свод фонетических законов».

В своих усилиях собрать вместе многие клубки не написанной истории, наши востоковеды отважились на смелый шаг отрицать a priori всё то, что не совпадает с их особыми заключениями. Таким образом, в то время, как ежедневно делаются новые открытия великих искусств и наук, существовавших глубоко во тьме веков, несмотря на всё это, даже знание письма отрицается у некоторых древнейших народов и, вместо культуры, им приписывают варварство. Тем не менее, следы обширнейшей цивилизации даже в Центральной Азии, ещё предстоит найти. Эта цивилизация является, несомненно, доисторической. А какая же цивилизация возможна без литературы в какой-либо форме, без летописей или хроник? Простой здравый смысл должен был бы подсказать разбитые звенья к истории ушедших племён. Гигантская и несокрушимая стена гор, окаймляющая плоскогорье Тибета, от верхнего течения реки Хуан-хэ вниз к холмам Каракорума, была свидетельницей цивилизации на протяжении тысячелетий и могла бы поведать человечеству странные тайны. Восточная и центральная часть этих областей – Нань-шань и Алтын-таг – в далёкие времена были покрыты городами, которые могли прекрасно соревноваться с Вавилоном. Целый геологический период пронёсся над страною с тех пор, как эти города окончили своё существование, как это свидетельствуют барханы движущихся песков, и бесплодная и ныне мёртвая почва обширнейших, центральных равнин бассейна Тарима. Лишь пограничные земли поверхностно известны путешественникам. Внутри этих песчаных плоскогорий имеется вода и свежие оазисы цветут там, куда нога европейца ещё никогда не проникала, или же вступала на ныне предательскую почву. Среди этих зеленеющих оазисов есть несколько совершенно недоступных даже для невежественного туземного путника. Ураганы могут «разверзнуть пески и смести целые равнины», но они бессильны уничтожить то, что находится вне их достижения. Построенные глубоко в недрах земли подземные хранилища в безопасности и, так как входы их скрыты, то мало опасений, что кто-либо откроет их, даже если бы несколько армий вторглись бы в песчаные пустыри, –


xxxiii
xxxiii


«Где ни куста, ни озера, ни дома не приметно;
И где стеной зубчатой цепь горная стоит
Вокруг равнин, иссохших пустынь песчаных»[доп 10].

Но нет нужды посылать читателя через пустыню, когда те же доказательства древнейшей цивилизации встречаются даже в сравнительно населённых областях этой страны. Оазис Черчен, например, расположенный на 4 000 ф. [1219 м] выше уровня реки Черчен-дарья, окружён во всех направлениях развалинами архаических городов и поселений. Там около 3 000 человеческих существ являются остатками около сотни вымерших народов и рас, самые наименования которых сейчас неизвестны нашим этнологам. Антрополог был бы более, нежели затруднён классификацией, делением и подразделением их, тем более, что соответствующие потомки всех этих допотопных рас и племён, сами так же мало знают о своих предках, как если бы они свалились с луны. Когда их расспрашивают об их происхождении, они отвечают, что они не знают, откуда пришли их отцы, но слышали, что их первые или самые ранние из этих людей управлялись великими духами этих пустынь. Сведение это может быть отнесено за счёт невежества или суеверия, но, принимая во внимание утверждения тайного учения, ответ может быть основан на первоначальном предании. Лишь племя из Хорасана утверждает своё происхождение из местности, известной сейчас, как Афганистан, задолго до дней Александра Великого, и приводит с этою целью, как доказательство, народные предания. Русский путешественник полковник (ныне генерал) Пржевальский нашёл вблизи оазиса Черчена развалины двух грандиозных городов, древнейший из которых, по местным преданиям, был уничтожен 3 000 лет тому назад героем и гигантом, другой же монголами в десятом веке нашей эры.

«Местоположение этих двух городов ныне покрыто, благодаря движущимся пескам и ветрам пустыни, любопытными и разнородными останками: разбитыми черепками фарфора, кухонными принадлежностями и человеческими костями. Туземцы часто находят медные и золотые монеты, сплавленные слитки серебра, алмазы, бирюзу и, что самое замечательное, разбитое стекло... Гробы из какого-то не гниющего дерева или материала, внутри которых находятся прекрасно сохранившиеся бальзамированные тела... Мужские мумии все принадлежат чрезвычайно высоким и мощно сложенным людям с длинными волнистыми волосами... Найден был склеп с сидящими в нём двенадцатью умершими мужчинами. Другой раз нами была открыта молодая девушка в отдельном гробу. Глаза её были закрыты золотыми дисками и челюсти крепко сжаты золотым обручем, проходящим под подбородком и поверх темени. Она была обёрнута в узкое


xxxiv
xxxiv


шерстяное одеяние, грудь её была покрыта золотыми звёздами, ноги оставлены обнажёнными»[23].

Тут же знаменитый путешественник добавляет, что на протяжении всего пути, вдоль реки Черчен, он слышал легенды о двадцати трёх городах, засыпанных века назад движущимися песками пустыни. То же предание живёт в Лоб-норе, в оазисе Керья. Следы такой цивилизации и сохранившиеся эти и подобные предания дают нам право доверять и другим легендарным сказаниям, засвидетельствованным учёнейшими и образованнейшими уроженцами Индии и Монголии, говорящими об обширнейших библиотеках, возвращённых песками вместе с различными реликвиями древнего магического знания, которые все были сокрыты в безопасности.

Повторим вкратце. Тайное учение была общераспространённой религией древнего и доисторического мира. Доказательства его распространённости, достоверные летописи его истории, полная цепь документов, показывающих его характер и наличие его в каждой стране, вместе с учением всех его великих адептов, существуют по сей день в тайных святилищах, библиотеках, принадлежащих оккультному Братству.

Утверждение это становится более вероятным, приняв в соображение следующие факты: предания о тысячах древнейших папирусов, спасённых, когда библиотека Александрии была уничтожена; тысячи санскритских трудов, исчезнувших в Индии во время царствования Акбара; общее придание в Китае и Японии, что подлинные древние тексты с комментариями, лишь благодаря которым они становятся понятными, и исчисляемые во много тысяч томов, давно стали недоступны рукам невежд; исчезновение обширной, священной и оккультной литературы Вавилона; потеря ключей, которые одни лишь могли разрешить тысячи загадок египетских иероглифических записей; предания Индии, что подлинные, сокровенные комментарии, лишь одни делающие Веды понятными, хотя и не доступны для глаз непосвящённых, всё же, сохраняются сокрытыми в пещерах и святилищах для посвящённых; и тождественное верование среди буддистов относительно их священных книг.

Оккультисты утверждают, что все эти документы существуют в полной безопасности от оскверняющих рук Запада, чтобы вновь появиться в более просвещённое время, время, которое, по словам покойного Свами Дайананда Сарасвати, млечхам (отверженным и дикарям вне арийской цивилизации) придётся подождать.

Ибо не вина посвящённых, что документы эти ныне «утеряны» для непосвящённых; подобная мера не была продиктована эгоизмом или


xxxv
xxxv


желанием монополизировать Сокровенное Знание, дающее жизнь. Существовали такие части Тайного Знания, которые на протяжении неисчислимых веков должны были оставаться сокрытыми от глаз невежд. Но это было потому, что передача неподготовленным массам тайн, такого громадного значения была бы равносильна вручению ребёнку зажжённой свечи в пороховом погребе.

Ответ на вопрос, часто встававший в умах учеников, встречавшихся с подобными утверждениями, здесь может быть дан.

Мы понимаем, говорят они, необходимость сокрытия от масс подобных тайн, как врил, или же силы, разрушающей скалы, открытой Дж. Кили из Филадельфии, но не можем понять, какая могла бы представиться опасность в выдаче такой чисто философской доктрины, как например, эволюция планетных цепей?

Опасность была бы в том, что такие учения, как учение о планетной цепи или семи расах, тотчас же дают ключ к семеричной природе человека, ибо каждый принцип соответствует известному плану, планете и расе, и человеческие принципы на каждом плане соответствуют семеричным оккультным силам, которые на высших планах обладают ужасающей мощью. Таким образом, любое семеричное деление даёт ключ к страшнейшим оккультным силам, злоупотребление которыми причинило бы неисчислимое зло человечеству. Ключ, который, может быть, и не является ключом для настоящего поколения – в особенности для Запада, будучи защищённым своей слепотою и невежественным, материалистическим неверием в оккультное – но, всё же, ключ, который оказался бы весьма действительным в ранние века христианства в руках людей, вполне убеждённых в реальности оккультизма и уже вступивших в цикл падения, сделавший их созревшими для злоупотребления оккультными силами и колдовством худшего вида.

Документы были скрыты, это правда, но само знание и его действительное существование никогда не скрывалось иерофантами Храмов, где МИСТЕРИИ всегда являлись дисциплиною и стимулом к совершенствованию. Это очень старые сведения, и они постоянно оповещались великими адептами, начиная от Пифагора и Платона вплоть до неоплатоников. Именно новая религия назореев внесла изменение к худшему в веками существовавший порядок.

Кроме того, существует хорошо известный и весьма любопытный факт, подтверждённый автору одним почтенным лицом, годами состоявшим в одном из русских посольств, а именно, что в Императорских Библиотеках в Санкт-Петербурге


xxxvi
xxxvi


имеются несколько документов, как доказательство, что даже в позднейшие дни, когда масонство и тайные общества мистиков процветали беспрепятственно в России, а именно в конце последнего и в начале настоящего столетия, не один русский мистик проходил в Тибет через Уральские горы в поисках знания и посвящения в неизвестных святилищах Центральной Азии. И не один возвращался позднее с таким обширным запасом сведений, подобный которому он нигде в Европе не мог получить. Несколько случаев могли бы быть приведены, и хорошо известные имена названы, но подобная гласность могла бы быть неприятна оставшимся в живых родственникам покойных посвящённых. Пусть кто-нибудь просмотрит анналы и историю масонства в архивах столицы России, и он сам убедится в вышеизложенном факте.

Это является подтверждением того, что много раз утверждалось раньше, к сожалению, слишком неосторожно. Вместо того, чтобы облагодетельствовать человечество, злобные обвинения в предумышленных выдумках и в преднамеренном обмане, бросаемые тем, кто утверждали правильный, хотя и малоизвестный факт, только породили тяжкую карму клеветникам. Но зло уже содеяно, и истина не может быть более отрицаема, каковы бы ни были последствия.

Не есть ли это новая религия, спрашивают нас? Ни в коем случае; это не «религия», также не «нова» её философия, ибо, как уже сказано, учение это так же старо, как мыслящий человек. Положения её опубликованы сейчас впервые, но не раз уже осторожно выдавались и были даже не однажды изложены европейскими посвящёнными – особенно покойным Рагоном.

Не мало больших учёных, подтверждающих факт, что никогда не было религиозного основателя, будь-то ариец, семит или туранец, который изобрёл бы новую религию или открыл новую Истину. Все эти основатели были передатчиками, но не самобытными учителями. Они были авторами новых форм и толкований, но истины, на которых их учения основывались, были стары, как само человечество. Таким образом, из многих истин, устно переданных человечеству в самом начале, через посвящение во время мистерий и личную передачу, и сохранённых и увековеченных в святилищах храмов, они избирали одну или несколько из таких великих истин – действительностей, видимых только глазу истинного мудреца и ясновидца, и открывали их массам. Таким образом каждый народ получил, в свою очередь, несколько указанных истин, под обличием его местного или особого символизма, которые развились с течением времени в более или менее философские культы – пантеон в мифическом одеянии. Потому Конфуций, очень древний


xxxvii
xxxvii


законодатель в исторической хронологии, хотя и очень современный мудрец в мировой истории, явлен д-ром Легге[24], конечно, как передатчик, но не создатель. Как он сам говорил: «Я только передаю, я не могу создавать новых вещей. Я верю в Древних и потому я люблю их»[25].

Пишущая эти строки тоже любит их и потому верит в этих древних и в современных наследников их мудрости. И веря в тех и других, она сейчас передаёт то, что получила и чему сама научилась, всем тем, кто могут воспринять. Что же касается до тех, кто отвергнут её свидетельство (т. е. подавляющее большинство), она не будет питать к ним недружелюбия, ибо они будут так же правы со своей стороны отрицать, как и она утверждать, ибо они рассматривают Истину с двух совершенно различных точек зрения. Согласно правилам научной критики востоковед должен отвергать a priori каждое свидетельсво, которое он не может сам вполне проверить. Как же может западный учёный принять на основании слухов то, о чём он ничего не знает? В самом деле, то, что дано в этих томах, выбрано из устных, так же как и из записанных учений. Первая часть эзотерических учений основана на станцах, являющихся летописью народа, неизвестного этнологии. Станцы написаны, как это утверждается, на языке, отсутствующем в номенклатуре языков и диалектов, знакомых филологии, и исходят из источника, отвергаемого наукою – а именно оккультизма. И наконец, они предлагаются через посредничество, постоянно дискредитируемое в глазах всего мира всеми, кто ненавидят неудобные истины или же имеют своего специального конька, нуждающегося в защите. Потому следует заранее ожидать и приготовиться к отрицанию этих учений. Никто, называющий себя учёным в какой-либо области точной науки, не позволит себе серьёзно рассматривать эти учения. Они будут осмеяны и отвергнуты a priori в этом столетии, но только в этом. Ибо в двадцатом столетии нашей эры учёные начнут признавать, что тайное учение не было вымышлено, или преувеличено, но, напротив, лишь просто набросано и, наконец, что учения эти предшествуют Ведам. Это не притязание на пророчество, но просто утверждение, основанное на знании фактов. Каждое столетие делается попытка показать миру, что оккультизм не есть бесполезное суеверие. Раз только дверь осталась приоткрытой, она будет раскрываться шире с каждым новым столетием. Время назрело для более серьёзного знания, чем это до сих пор было разрешено, хотя, всё же, даже сейчас очень ограниченного. Ибо разве не были даже Веды осмеяны, отвергнуты и


xxxviii
xxxviii


названы «современной подделкой» не далее, как пятьдесят лет тому назад? Разве не был санскрит объявлен одно время диалектом, производным от греческого языка, согласно Лемприеру и другим учёным? Около 1820 года, как говорит нам проф. Макс Мюллер, священные книги браминов, магов и буддистов

«были не только неизвестны, но самоё существование их было под сомнением, и не было ни одного учёного, который мог бы перевести, хотя бы одну строку Вед... из Зенд Авесты или из буддийской «Трипитака», а теперь доказано, что Веды, труд величайшей древности, «сохранность которого почти граничит с чудом».

То же самое будет сказано и о тайном архаическом учении, когда будут даны неопровержимые доказательства существования его летописей. Но века пройдут, прежде чем больше будет выдано из него. Говоря о ключах к тайнам Зодиака, как о почти утерянных для мира, автор около десяти лет тому назад отметила в «Разоблачённой Изиде», что:

«Указанный ключ должен быть повёрнут семь раз, прежде чем вся система будет раскрыта. Мы сделаем лишь один поворот и тем позволим глазу непосвящённого заглянуть в тайну. Счастлив тот, кто поймёт всё!»

То же может быть сказано и о всей эзотерической системе. Лишь один поворот ключа, и не более, был дан в «Разоблачённой Изиде». Много больше объяснено в этих томах. В те дни автор едва знала язык, на котором труд этот был написан, и обнародование многих вещей, о которых сейчас свободно говорят, было запрещено. В двадцатом столетии ученик, более осведомлённый и гораздо лучше приспособленный, может быть послан Учителями Мудрости дать конечные и неопровержимые доказательства, что существует наука, называемая Гупта Видья и, что, подобно однажды таинственным источникам Нила, источник всех религий и философий, ныне известных миру, был забыт и утерян для людей на протяжении веков, но, наконец, он найден.

Введение к подобному труду должно было бы быть не простым предисловием, но скорее целым томом, который дал бы факты, а не только простые рассуждения, так как «Тайная доктрина» не есть трактат или же ряд туманных теорий, но заключает всё то, что может быть дано миру в настоящее столетие.

Было бы более, чем бесполезно обнародовать на этих страницах даже те


xxxix
xxxix


части эзотерических учений, которые избежали сокрытия, пока не будет установлена подлинность и достоверность или, во всяком случае, вероятность существования подобных учений. Утверждения, подобно делаемым теперь, должны быть явлены, как засвидетельствованные различными авторитетами, древними философами, классическими писателями и даже несколькими учёными отцами Церкви; ибо некоторые из них знали эти учения, изучали их, видели и читали труды, написанные о них, и были даже посвящены в древние мистерии, во время которых тайные учения были аллегорически разыгрывались. Автор должна будет назвать исторические и достойные доверия имена и привести слова известных авторов, древних и современных, неоспоримого достоинства, справедливого суждения и испытанной правдивости; так же назвать некоторых из известных учеников и знатоков тайных искусств и науки, по мере того, как тайны последней будут раскрываться или же скорее частично будут явлены миру в их странном архаическом одеянии.

Как же выполнить это? Где лучший способ для выполнения такой задачи? Таков был вопрос, постоянно встававший перед автором. Пояснить наш план можно путём примера. Когда турист на своём пути из хорошо исследованной страны, внезапно достигает границы terra incognita[26], опоясанной и скрытой из виду грандиозной стеною непроходимых скал, он, всё же, может отказаться признать себя разочарованным в своих планах исследования. Вход за пределы воспрещён. Но если он не может посетить таинственную область лично, он, всё же, может найти способы исследовать её с кратчайшего расстояния, доступного ему. При помощи знания местностей, оставленных позади, он может составить общее и довольно правильное представление застенного вида, если только он взберётся на самую высокую вершину среди высот, подымающихся перед ним. Оказавшись там, он сможет рассматривать в своё удовольствие, сравнивая то, что он туманно видит с тем, что он только что оставил внизу, теперь, когда он, благодаря своим личным усилиям, находится за пределами полосы туманов и увенчанными облаками скалами.

Подобный пункт предварительного наблюдения не может быть предложен в этих томах тем, кто хотел бы иметь более точное понимание тайн до-архаических времён, данных в текстах. Но если читатель имеет терпение и взглянет на нынешнее состояние верований и религий в Европе, сравнит и проверит с тем, что известно истории о веках, непосредственно предшествующих и


xl
xl


следующих за христианской эрою, то он найдёт все необходимые сведения в третьем томе настоящего труда.

В указанном томе будет сделан краткий перечень всех главнейших адептов, известных истории, и будет описан упадок мистерий, после которых началось исчезновение и систематическое и конечное уничтожение из памяти людей истинного значения[вопр 2] посвящения и сокровенной науки. С этого времени, учения её стали оккультными, и магия начала появляться лишь слишком часто под почитаемым, но, часто вводящим в заблуждение, наименованием герметической философии. Как истинный оккультизм был преобладающим учением среди мистиков на протяжении веков, предшествовавших нашей эре, так магия или, вернее, колдовство, с её оккультными искусствами, последовала за началом христианства.

Несмотря на энергичные и яростные усилия фанатиков, проявленные в течение этих ранних веков для искоренения каждого следа интеллектуального, умственного труда язычников, все они закончились неудачею. Но с тех пор тот же дух тёмного демона мракобесия и нетерпимости постоянно и систематически искажал каждую светлую страницу, написанную в до-христианские периоды. Даже история в её неточных записях сохранила достаточно материала, пережившего все невзгоды, чтобы бросить беспристрастный свет на всё в целом. Пусть же читатель слегка задержится вместе с автором на избранном пункте наблюдения. Его просят обратить всё его внимание на тысячелетие, отделившее годом рождения до-христианский период от после-христианского периода. Это событие – точно ли оно исторически или нет – послужило, тем не менее, первым знаком для сооружения многочисленных оплотов против какой-либо возможности возвращения или даже проблеска к ненавистным религиям прошлого; ненавидимым и устрашающим, ибо они бросают такой яркий свет на новое и намеренно затуманенное толкование того, что в наши дни известно, как Новый Завет.

Несмотря на сверхчеловеческие усилия ранних христианских Отцов вычеркнуть тайное учение даже из памяти человечества, они потерпели неудачу. Истина не может быть убита; отсюда и не успешность полного стирания с лица Земли всякого следа Древней Мудрости, так же как заточение и зажимание рта каждому, присягающему ей свидетелю. Пусть читатель подумает о тысячах, может быть, миллионах рукописей, преданных сожжению, о монументах, с их слишком неосторожными надписями и начертанными символами, обращённых в пыль; о бандах ранних отшельников и аскетов, бродивших среди разрушенных городов Верхнего и Нижнего Египта, в пустынях и


xli
xli


горах, долинах и нагорьях, искавших и жаждавших уничтожить каждый обелиск, колонну, свиток и папирус, на которые они могли бы наложить руки, если только они носили символ тау или какой-либо другой знак, заимствованный и присвоенный новою верою – и тогда он ясно увидит, почему так мало осталось от записей прошлого. Истинно, враждебный дух фанатизма[вопр 3], раннего и средневекового христианства и ислама, предпочитал пребывать во тьме и невежестве и обе религии:

«...И солнце кровью обагрянили; в могилу землю,
И в ад могилу обратили; и сам ад сумрачнее мрака стал».[27]

Обе религии приобрели своих приверженцев остриём меча; обе настроили свои церкви на достигающих неба гекатомбах человеческих жертв. На вратах первого столетия нашей эры губительно пылали зловещие слова – «КАРМА ИЗРАИЛЯ». Над нашими вратами ясновидец будущего различит другие слова, указующие на карму хитро выдуманной истории, за события, намеренно искажённые, и за великие Образы, оклеветанные позднейшими поколениями, искалеченные до неузнаваемости между двумя повозками Джаганнатхи – фанатизмом и материализмом: одно, принимающее слишком много, другое, всё отрицающее. Мудр тот, кто придерживается золотой середины, кто верит в извечную справедливость всего сущего. Говорит в «Диване» Файзи, «свидетель замечательных речей одного вольнодумца, принадлежавшего тысячи сектам»:

«В собрании дня Воскресения, когда прошлые деяния будут прощены, грехи Ka'бax простятся ради пыли разрушенных ими христианских храмов.»

На это проф. Макс Мюллер возражает:

«Грехи ислама так же мало имеют значения, как и пыль христианства. В день Воскресения, магометане и христиане увидят всю тщету своих религиозных доктрин. Люди сражаются за религию на Земле; на небе они увидят, что существует лишь одна истинная религия – почитание Божественного ДУХА.»[28].


Другими словами – «НЕТ РЕЛИГИИ (ИЛИ ЗАКОНА) ВЫШЕ ИСТИНЫ»[29] – (SATYÂT NÂSTI PARO DHARMAH) – девиз махараджи Бенареса, принятый Теософским обществом.

Как уже было сказано в предисловии, «Тайная доктрина» не есть новое издание «Разоблачённой Изиды», согласно первоначальному намерению. Это скорее том, объясняющий


xlii
xlii


её, и хотя совершенно независимый от неё, но необходимый, как дополнение. Многое, что вошло в первый труд, едва ли могло быть понято в те дни теософами. «Тайная доктрина» бросит свет на многие проблемы, оставленные не разрешёнными в первом труде, в особенности на вступительные страницы, которые никогда не были поняты.

Так как труд тот касался лишь философии, в пределах исторических времён и соответствующего символизма ушедших народностей, то лишь спешный взгляд мог быть брошен на панораму оккультизма в тех двух томах. В настоящем труде даётся подробная космогония и эволюция четырёх рас, предшествовавших нашему человечеству пятой расы; и теперь два обширных тома объясняют то, что было сказано только лишь на первой странице «Разоблачённой Изиды» и в нескольких разбросанных тут и там намёках. Так же не может быть предпринято в настоящих томах обширное каталогирование архаических наук прежде, нежели мы не решим такие грандиозные проблемы, как космогоническая и планетная эволюция, и постепенное развитие таинственных человечеств и рас, предшествовавших нашему «адамическому» человечеству. Потому настоящая попытка разъяснить некоторые тайны эзотерической философии не имеет, в действительности, ничего общего с предыдущим трудом. Автору должно быть разрешено иллюстрировать сказанное примером:

«Первый том "Изиды" начинается ссылкою на очень древнюю книгу, такую древнюю, что наши современные антиквары могли бы бесконечное время исследовать её страницы и, всё-таки, не прийти к соглашению, относительно состава вещества, на котором она написана. Это единственная оригинальная копия, ныне существующая. Самый древний еврейский документ оккультного знания – "Сифра Децниута" – был составлен на этом основании в те времена, когда она уже рассматривалась как литературная реликвия. Одна из её иллюстраций представляет Божественную Сущность, исходящую из АДАМА[30] на подобие светящейся дуги, устремлённой к завершению круга; причём, достигнув высочайшей точки своей окружности, несказуемая Слава снова склоняется и возвращается на Землю, принося в своём спиральном вихре высший тип человечества. По мере приближения к нашей планете, Эманация всё более и более затемняется и, когда достигает нашей Земли, становится чёрной, как ночь».


xliii
xliii


Эта «очень древняя книга» есть первоначальный труд, из которого были составлены многие тома «Гью-де». Не только последние и «Сифра Децниута», но даже «Сефер Йецира»[31], труд, приписываемый еврейскими каббалистами их Патриарху Аврааму(!); «Шу-цзин», китайская первоначальная Библия, священные тома египетского Тот-Гермеса, Пураны Индии, халдейская Книга Чисел и само Пятикнижие, все они происходят от одного родительского маленького тома. Предания говорят, что книга эта была записана на сензарском языке – тайном священном языке – со слов божественных существ, продиктовавших её Сынам Света в Центральной Азии, при самом начале нашей пятой расы; ибо было время, когда язык (сензар) был известен посвящённым каждого народа, когда прародители тольтеков так же легко понимали его, как и жители пропавшей Атлантиды, в свою очередь, наследовавшие его от мудрецов третьей расы, мануши, изучавших его непосредственно от дэв второй и первой расы. Иллюстрация, упомянутая в «Изиде», относится к эволюции этих рас, и к нашему человечеству четвёртой и пятой расы, в манвантаре или круге Вайвасвата. Каждый круг состоит из юг, семи периодов человечества. Из которых четыре уже прошли в нашем Цикле Жизни. Средняя точка пятой уже почти достигнута. Эта иллюстрация символична, как это ясно каждому, и покрывает всё, от самого начала. Древняя книга, описав космическую эволюцию и, объяснив начало всего на Земле, включая физического человека и дав истинную историю рас от первой до нашей пятой, не продолжается дальше; она останавливается у начала кали юги, именно 4989 лет назад, со смертью Кришны, светлого бога Солнца, однажды жившего героя и реформатора.

Но существует другая книга. Никто из её владельцев не считает её очень древней, ибо она появилась и современна началу чёрного века,


xliv
xliv


а именно около 5000 лет назад. Следовательно, почти через девять лет закончится первый цикл первых пяти тысячелетий, начавшийся с великим циклом кали юги. И тогда последнее пророчество, заключающееся в этой книге (первом томе летописи пророчеств на чёрный век) исполнится. Ждать нам не долго и многие из нас будут свидетелями зари нового цикла, при окончании которого не мало счётов будет оплачено и урегулировано между расами. Второй том пророчеств, изготовляемый со времён Шанкарачарьи, великого преемника Будды, почти закончен.

Ещё один важный пункт должен быть отмечен, стоящий в первых рядах доказательств, данных о существовании единой первоначальной, всемирной мудрости, – пункт, во всяком случае, очень важный для изучающих христианскую каббалу. Учения были частично известны, по крайней мере, нескольким отцам Церкви. На чисто историческом основании утверждается, что Ориген, Синезий и даже Климент Александрийский были посвящены в мистерии до присоединения их к нео-платонизму александрийской школы гностиков под маскою христианства. Больше того, некоторые из учений тайных школ, хотя ни в коем случае не все, были сохранены в Ватикане и с тех пор сделались неотъемлемой частью мистерий в латинской церкви, в форме искажённых добавлений к первоначальной программе христианства. Такова, ныне материализованная, догма Непорочного Зачатия. Этим объясняются жестокие преследования, начатые римско-католической церковью против оккультизма, масонства и вообще всякого иноверческого мистицизма.

Дни Константина были последним поворотным пунктом в истории, периодом чрезвычайной борьбы, закончившейся в западном мире удушением древних религий во славу новой, созданной на их трупах. С тех пор началось насильственное и неукоснительное, всеми правыми и неправыми мерами проводимое, сокрытие от любопытства потомства перспектив в далёкое прошлое, за пределы Потопа и Сада Эдена. Каждый вход был заделан, каждое свидетельство, на которое можно было наложить руки, было уничтожено. Всё же, даже среди таких искалеченных свидетельств, осталось достаточно, чтобы дать возможность нам сказать, что в них имеется вся необходимая очевидность действительного существования Родительского Учения. Фрагменты пережили геологические и политические катаклизмы, чтобы рассказать свою историю; и каждый уцелевший фрагмент свидетельствует, что мудрость, ныне тайная, была однажды


xlv
xlv


главным родником, вечно текущим источником, напитавшим все ручьи – позднейшие религии всех народов – от первого до последнего. Период, начинающийся с Будды и Пифагора на одном конце, и оканчивающийся нео-платониками и гностиками на другом, является единственным оставленным в истории периодом, где как в фокусе соединяются в последний раз яркие лучи света, изливавшиеся из эонов времени и неомрачённые рукою мракобесия и фанатизма.

Этим объясняется необходимость, в силу которой писательница должна была работать, постоянно поясняя факты, приведённые из седого прошлого, свидетельствами, показаниями, собранными из исторического периода, рискуя даже быть ещё раз обвинённой в недостатке метода и системы. Других средств не было под рукою. Мир должен быть ознакомлен с усилиями, делаемыми в каждом столетии многими адептами в миру, посвящёнными поэтами, классическими писателями для сохранения в летописях человечества хотя бы знания о существовании подобной философии, если и не её догм. Посвящённые 1888 г. остались бы, истинно, непостижимыми и даже явились бы невозможным мифом, если бы не было доказано, что подобные же посвящённые жили во всех веках истории. И сделать это можно было, лишь назвав главу и стих, где могло быть найдено упоминание об этих великих личностях, которым предшествовал и за которыми следовал длинный и бесконечный ряд других великих, как до-потопных, так и после-потопных учителей великих наук. Только, таким образом, на полу-легендарном и полу-историческом авторитете, могло быть показано, что оккультное знание и те силы, которые даются человеку посвящением, не являются вполне выдумками, но стары, как сам мир.

Потому моим судьям прошлого и будущего, будут ли они серьёзными критиками-литераторами или же теми воющими дервишами в литературе, которые судят книгу на основании популярности или же непопулярности имени автора и, кто, взглянув на содержание книги, прикрепляются к ней, как губительные бациллы к слабым местам тела – мне нечего сказать. Также я не унижусь заметить тех, тронувшихся поносителей – по счастью малочисленных – которые, надеясь привлечь общественное внимание путём опорачивания каждого писателя, чьё имя более известно, нежели их собственное, брызжут пеной, лая на свою собственную тень. В продолжении многих лет они утверждали, что учения, изложенные в «Теософе» и завершившиеся «Эзотерическим буддизмом», были измышлены автором настоящего труда, теперь же они повернули на 180 градусов и объявили «Разоблачённую Изиду» и всё остальное плагиатом из трудов Элифаса Леви(!), Парацельса(!!) и, mirabile


xlvi
xlvi


dictum [странно сказать (лат.)], буддизма и брахманизма(!!!). Это равносильно обвинению Ренана в заимствовании им его «Жизни Христа» из Евангелия или Макса Мюллера в том, что его «Священные книги Востока» или «Стружки»[доп 11] взяты им из философии браминов и Гаутамы Будды. Широкой публике и читателям «Тайной доктрины» я могу повторить, что уже давно было сказано мною и что сейчас я облекаю в слова Монтеня: милостивые государи, «здесь я дала лишь букет избранных цветов и не внесла ничего своего, кроме связующей их нити»[доп 12].

Разорвите «нить» на куски или расщепите её, если желаете. Что же касается до букета фактов, то вы никогда не сможете избавиться их. Вы можете лишь не признать их, и это всё.

Мы можем закончить прощальными словами, касающимися первого тома. Во введении, предшествующем главам, касающимся, главным образом, космогонии, некоторые затронутые вопросы могут показаться не к месту, но ещё одно соображение заставило меня коснуться их. Каждый читатель неизбежно будет судить сделанные утверждения, с точки зрения своего знания, своего опыта и сознания, основывая своё суждение на том, что уже известно ему. Факт этот приходилось постоянно иметь в виду, отсюда частые ссылки в первом томе на вопросы, принадлежащие, собственно говоря, к позднейшей части труда, но которые нельзя было обойти молчанием без риска, что читатель примет всё это за сказку – фантазию, порождённую современным мозгом.

Таким образом, прошлое поможет осознать настоящее, а настоящее поможет лучше оценить прошлое. Заблуждения времени должны быть объяснены и изъяты, но, всё же, более, чем вероятно (а в данном случае, достоверно) что ещё раз свидетельство долгих веков и истории будет успешно запечатлено лишь в умах нескольких интуитивных личностей, иначе говоря, весьма малого числа. Но в этом, как и во всех подобных случаях, искренние и преданные ученики могут утешиться, предоставив скептическому современному саддукею математическое доказательство и памятник его упорного упрямства и ханжества. Ещё существует где-то в архивах Французской академии знаменитый закон вероятностей, выработанный известными математиками путём алгебраического процесса, на пользу скептикам. Он гласит так: Если два лица дают своё показание о


xlvii
xlvii


факте и, таким образом, каждый передаёт ему 5/6 достоверности; этот факт будет тогда иметь 35/36 достоверности; т. е., его вероятность будет относиться к его невероятности в пропорции 35 к 1. Если три согласных показания будут соединены вместе, вероятность составит 215/216. Показание десяти лиц, каждое равняющееся 1/2 вероятности даст 1023/1024 и т. д., и т. д. Оккультист может удовлетвориться подобной достоверностью, не заботясь о большей.



Сноски
  1. Cм. «Теософ», июнь 1883.
  2. Предисловие к первому изданию.
  3. Дан, который теперь стал в современной китайской и тибетской фонетике читаться как чань, является общим термином для эзотерических школ и их литературы. В древних книгах слово «жаньна» определяется как «преобразовать себя с помощью медитации и знания», второе внутреннее рождение. Отсюда Дзан, фонетически Джан и «Книга Дзян». См. «Китайский буддизм» Эдкинса, стр. 129, примечание.
    Примечание Е. И. Рерих: Чань по-китайски, но не по-тибетски.
  4. Г-н Беглор, главный инженер в Бодхгае и выдающийся археолог, был, кажется, первым, открывшим это.
  5. circulus vitiosus (лат.) – порочный круг. – Прим. ред.
  6. См. «Разоблачённую Изиду», т. II, стр. 27.
  7. «Введение в науку религии», стр. 23.
  8. Бадаюни в своём сочинении «Мунтахаб-ут-Таварих» пишет:

    «Так как они (шраманы и брамины) превосходят других учёных людей в своих трактатах о морали и физических, и религиозных науках и достигают высокой степени в своём знании будущего, в духовной мощи и человеческом совершенстве, то они привели доказательства, основанные на разуме и свидетельстве... и запечатлели свои учение так твёрдо... что ни один человек... не смог бы теперь вызвать сомнения у Его Величества, если бы даже горы рассыпались в песок, или же разверзлись небеса..... Его Величество наслаждается познаниями этих сект неверных, которые не поддаются исчислению, так многочисленны они; и их книгам «Откровений» нет конца» (Абу-ль-Фадль Аллами, «Правление Акбара», переведённая д-ром Блохманном, приводится Максом Мюллером в процитированном труде).

  9. Согласно тому же преданию, ныне безлюдные области в безводной таримской земле (настоящая глухомань в сердце Туркестана) в давние времена были покрыты цветущими и богатыми городами. В настоящее время несколько зеленеющих оазисов оживляют её страшное одиночество. Один из таких оазисов покрывает могилу обширного города, погребённого под песчаной почвой пустыни, и никому не принадлежит, но часто посещается монголами и буддистами. Предание также говорит об обширнейших подземных помещениях, о широких проходах, наполненных табличками и цилиндрами. Может быть, это праздные толки, но может оказаться и действительным фактом.
  10. О трудах Конфуция мы читаем следующее:

    «Если мы обратимся к Китаю, мы найдём, что религия Конфуция основана на Пяти книгах "Цзин" и Четырёх книгах "Шу" – сами по себе книги эти значительных размеров и окружены объёмистыми комментариями, без которых даже самые сведущие учёные не отважатся проникнуть в глубину их сокровенного канона». (Макс Мюллер, .)

    Но они не проникли в него; и это вызывает сетование конфуцианистов, как утверждал в 1881 году в Париже один из очень сведущих членов этого общества.

  11. «Дао дэ цзин», стр. XXVII.
  12. Найденных и доказанных теперь, благодаря открытиям, сделанным Джорджем Смитом (см. в его «Халдейской трактовке Книги Бытия»), и которые, благодаря армянскому подделывателю, держали в заблуждении все «цивилизованные нации» на протяжении 1500 лет и заставили принять еврейские заимствования за непосредственное Божественное Откровение.
  13. «Место Египта в истории», I, стр. 200.
  14. Спэнс Харди «Легенды и теории буддистов», стр. 66.
  15. Эмиль Шлагинтвейт «Буддизм в Тибете», стр. 77.
  16. Христиан Лассен («Индийская наука о древнем мире», II, 1072) указывает на буддийский монастырь, сооружённый в горной цепи Кайласа в 137 г. до Р. Хр., а генерал Каннингем упоминает ещё один более древний, чем этот.
  17. Смотри: Иосиф Эдкинс, «Китайский буддизм», стр. 87.
  18. Смотри: Макс Мюллер, «Лекции».
  19. Макс Мюллер, «Лекции», стр. 118.
  20. Макс Мюллер, «Лекции», стр. 318.
  21. «Азиатские исследования», I, стр. 272.
  22. Смотри: Макс Мюллер, «Лекции», стр. 288 и далее. Это относится к искусной подделке листов, вставленных в древние пуранические рукописи, на которых было написано на правильном и архаическом санскрите всё то, что пандиты слышали от полковника Уилфорда об Адаме и Аврааме, Ное и его трёх сынах, и т. д.
  23. Из лекции Н. М. Пржевальского.
  24. «Лун Ю» (§ I a); Шотт, «Китайская литература», стр. 7, цитируется Максом Мюллером.
  25. «Жизнь и Учение Конфуция», стр. 96.
  26. terra incognita – неизвестная земля; неведомая страна; нечто неизвестное или недоступная область. – Прим. ред.
  27. Байрон, «Паломничество Чайлда Гарольда», песнь 4, стих 34. – Прим. ред.
  28. Цитируемая работа, стр. 257. [Макс Мюллер, «Введение в науку религии», стр. 256-57.]
  29. Нет религии выше Истины (санск. सत्यत् नास्ति परी धर्मः – сатьят насти пари дхармах). – Прим. ред.
  30. Наименование, употреблённое в смысле греческого слова άνθρωπος (антропос).
  31. Раввин Иехошуа бен Ханания, умерший около 72-года после Р. Хр., открыто заявлял, что он совершал чудеса при помощи книги Сефер Йецира, бросая этим вызов каждому скептику. Франк, приводя выдержки из Вавилонского Талмуда, называет двух других великих чудотворцев: раввинов Ханина и Иосе (см. «Иерусалимский Талмуд», трактат «Санхедрин» стр. 7 и т. д.; и «Каббалу» Франка, стр. 55, 56). Многие среди средневековых оккультистов, алхимиков и каббалистов делали те же заявления, и даже, недавно умерший, современный маг, Элифас Леви открыто утверждал это в своих книгах о магии.

Ошибка цитирования Тег <ref> в <references> имеет конфликтующие группы атрибутов «изм».


Заметки редакции 21-го века

Дополнения


  1. Павел Малахов 03:15, 22 ноября 2020
    " . . . прошу у вас терпенья, вниманья к пьесе, доброго сужденья" (Шекспир «Генрих V», Пролог. Перевод Е. Бируковой).
  2. Павел Малахов 03:15, 22 ноября 2020
    Āдибхута - первый из чего либо (словарь Ефимовского)
  3. Павел Малахов 17:03, 4 октября 2020 канал
    в ред. 1888 года: способность познавания канала
  4. Павел Малахов (обсуждение) 07:55, 18 июля 2021 (EEST) викарами
    Викара (санкср.) – видоизменение.
  5. Павел Малахов (обсуждение) 07:55, 18 июля 2021 (EEST) «Дхьяна»
    дзян
  6. Павел Малахов 02:21, 9 мая 2021 Фа-сянем
    Фа-сянь – известный китайский путешественник
  7. Павел Малахов (обсуждение) 07:55, 18 июля 2021 (EEST) Кадма
    Предполагаемый изобретатель букв греческого алфавита.
  8. Павел Малахов 15:39, 25 октября 2020 науке религий
    сравнительном религиоведении
  9. Павел Малахов (обсуждение) 08:12, 25 июля 2021 (EEST) Cм. Обсуждение
  10. Павел Малахов (обсуждение) 08:12, 25 июля 2021 (EEST)
    "Многие мысли многих умов" ("Many Thoughts of Many Minds", comp. Henry Southgate), 1862. — Methuen. — p. 158
  11. Павел Малахов (обсуждение) 04:14, 31 июля 2021 (EEST) «Стружки»
    «Стружки из немецкой мастерской»
  12. Павел Малахов (обсуждение) 04:14, 31 июля 2021 (EEST)
    Мишель Монтень. Опыты. Книга третья. М., 1979 — Гл. XII "О физиогномии", с. 256: "Кто-нибудь, пожалуй, скажет, что и я здесь только собрал чужие цветы, а от меня самого — лишь нитка, которой они связаны" (SDR, TUP).

Существенные исправления (см. также иные исправления)


  1. Текущая версия текста.<br>Исправление внёс: Павел Малахов (обсуждение) 04:33, 25 июля 2021 (EEST) помощник патриарха
    рус 1: вице-патриарх
    анг 1: vice-patriarch of Constantinople

Вопросы для уточнения, варианты перевода, требуемый доп. материал и т.п.


  1. Павел Малахов 16:34, 11 октября 2020 китайские учёные
    ?: Вариант: учёные, изучающие китайскую культуру, синологи; анг.:Chinese scholars among Orientalists
  2. Павел Малахов 15:40, 8 ноября 2020 значения
    ?: истинной природы; анг.: of the real nature
  3. Павел Малахов 15:40, 8 ноября 2020 враждебный дух фанатизма
    ?: возможно, «духи фанатизма», как эгрегор; анг.: fiendish spirits of fanaticism