Блаватская Е.П. - Тайная Доктрина т.1 ч.3 отд.III

<div style="color: #555555; font-size: 80%; font-style: italic; font-family: serif; text-align: center;">Материал из '''Библиотеки Теопедии''', http://ru.teopedia.org/lib</div>
Перейти к: навигация, поиск
ОТДЕЛ III
ЕСТЬ ЛИ ТЯГОТЕНИЕ ЗАКОН?

Корпускулярная теория была бесцеремонно отставлена, но тяготение, принцип, в силу которого все тела притягиваются одно к другому с силою, прямо пропорциональной их массам и обратно-пропорциональной квадратам расстояния между ними, живет до наших дней и продолжает самодержавно царствовать в предполагаемых эфирных волнах пространства. Как гипотеза, принцип тяготения был угрожаем смертью за свою несостоятельность охватить все предъявленные ему факты; но как физический закон, тяготение является царем недавних «невесомых», бывших одно время всесильными. «Это почти святотатство... сомневаться в этом есть оскорбление памяти великого Ньютона!» – так восклицает один из американских критиков «Разоблаченной Изиды». Прекрасно; но каков, наконец, этот невидимый и неосязаемый Бог, в которого мы должны слепо верить? Астрономы, которые видят в тяготении легкое решение многих вещей и универсальную силу, позволяющую им вычислять движения планет, очень мало интересуются Причиною Притяжения. Они называют Тяготение законом, причиною в самой себе. Мы называем силы, действующие под этим названием, следствиями и даже весьма второстепенными. Когда-нибудь будет найдено, что, в конце концов, эта научная гипотеза неудовлетворительна и тогда она последует за корпускулярной теорией света и также будет сдана в хранилище, чтобы покоиться на протяжении веков в архивах всех отставленных теорий. Не высказывал ли сам Ньютон серьезных сомнений относительно природы Силы и материальности «посредников», как их тогда называли? То же высказывал и Кювье, другое светило науки во тьме исканий. В своем труде «Révolution du Globe» Кювье предупреждает читателя о спорной природе так называемых Сил, говоря, что «в конце концов, совершенно не исключено, что эти Действующие Силы не окажутся Духовными Силами («Des Agents spirituels»). В начале своих «Principia» Исаак Ньютон приложил все старания, чтобы разъяснить своим ученикам, что он употребил слово «притяжение» в отношении взаимодействия тел, не в физическом смысле. Ибо для него это было чисто математическим понятием, не вызывающим соображений об истинных и первичных физических причинах. В одном месте своего труда «Principia»[1] он ясно говорит, что притяжения, рассматриваемые физически, являются скорее импульсами. В отделе XI (Введение) он высказывает мнение, что «существует тончайший дух, силою и действием которого определяются все движения материи»[2]; и в своем Третьем Письме к Бэнтлею он говорит:

«Невозможно представить, чтобы неодушевленная, грубая материя могла без посредничества чего-то другого, что является нематериальным, действовать на другую материю и оказывать влияние на нее без взаимного контакта, как это должно было бы быть, если бы тяготение, в смысле придаваемом ему Эпикуром, было бы существенным и прирожденным свойством материи... мысль, что тяготение должно быть врожденным, присущим и свойственным материи так, что одно тело может действовать на другое на расстоянии через пустоту без посредства чего-либо другого, могущего передавать их движение от одного к другому, эта мысль является для меня такою нелепостью, что я убежден, что ни один человек, имеющий компетентную способность мышления в философских вопросах, не может впасть в подобное заблуждение. Тяготение должно вызываться посредником, постоянно действующим, согласно известным законам; но что касается вопроса, будет ли этот посредник материален или нет, я предоставляю решить его моим читателям.»

Это очевидное возвращение Оккультных Причин в область физики испугало даже современников Ньютона. Лейбниц называл его принцип притяжения «невещественной и необъяснимой силой». Предположение о силе притяжения и совершенной пустоте было охарактеризовано Бернульи, как «возмутительное»; и принцип (actio in distans) действия на расстоянии не встретил тогда более благосклонного внимания, нежели сейчас. С другой стороны, Эйлер думал, что действие тяготения было обязано какому-либо Духу или другой тончайшей среде. Тем не менее, Ньютон знал, если и не принимал Эфир древних. Он рассматривал промежуточное пространство между небесными телами, как пустоту. Потому он верил, как и мы, в «тончайший Дух» и Духов, руководящих так называемым притяжением. Вышеприведенные слова великого человека дали жалкие результаты. «Нелепость» сделалась ныне догмою в чистом материализме, который повторяет: «нет Материи без Силы, нет Силы без Материи; Материя и Сила нераздельны, вечны и нерушимы (верно); не может быть независимой Силы, ибо всякая сила есть врожденное и необходимое свойство Материи (неверно), следовательно не существует нематериальной Творческой Силы». О, бедный сэр Исаак!

Если, оставив в стороне всех других выдающихся людей науки, которые согласны с мнением Эйлера и Лейбница, оккультисты будут утверждать, как авторитетами и своими сторонниками, лишь сэра Исаака Ньютона и Кювье, как приведено выше, то им не следует бояться современной науки, и они могут громко и гордо высказывать свои убеждения. Тем не менее, нерешительность и сомнения вышеупомянутых авторитетов, также и многих других, которых мы могли бы назвать, нисколько не помешали научной спекуляции, так же как и раньше, блуждать наугад в области грубой материи.

Сначала это была материя и невесомый флюид, отличный от нее. Затем появился невесомый флюид, подвергнутый Гровом такой критике; затем Эфир, который сначала был не сплошным, а затем стал сплошным; после этого явились «механические» Силы. Они сейчас вошли в жизнь, как «виды движения», и Эфир стал более, нежели когда-либо, таинственным и проблематичным. Многие ученые отвергают подобные грубые материалистические взгляды. Но ведь со времен Платона, неустанно указывавшего своим читателям не смешивать невещественные элементы с их Принципами – трансцендентальными или духовными Элементами; со времени великих алхимиков, подобно Парацельсу, делавших большое различие между феноменом и его причиною или же Нуменом, до эпохи дней Грова, который хотя и не видит «причины лишать всемирно разлитую материю функций, обычных всякой материи», тем не менее, употребляет термин Сил там, где критики его, «не придающие этому слову никакой идеи специфического действия», говорят – Сила; так с того времени до наших дней ничто не оказалось достаточно сильным, чтобы противостать приливу грубого материализма. Тяготение есть единственная причина, действующий Бог, и Материя его пророк, говорили ученые лишь несколько лет тому назад.

С тех пор, они уже несколько раз изменили свои воззрения. Но понимают ли ученые сокровенную мысль Ньютона, одного из наиболее духовно-мыслящих и религиозных людей своего времени, сейчас лучше, нежели тогда? Это, конечно, подлежит сомнению. Утверждают, что, именно, Ньютон нанес смертельный удар элементальным вихрям Декарта (что, между прочим, есть лишь возрожденная идея Анаксагора), хотя самые последние, современные «вихревые атомы» сэра Уилльяма Томсона, по справедливости, немногим отличаются от первых. Тем не менее, когда его ученик Форбс написал в Предисловии к главному труду своего учителя фразу, заявляющую, что «притяжение есть причина системы», Ньютон первый торжественно протестовал. То, что в уме великого математика принимало неясный, но твердо укоренившийся образ Бога, как Нумена всего[3], называлось древними и современными философами и оккультистами более философски – «Богами» или творящими, образующими Силами. Способы выражения могли быть различны и идеи, более или менее, философски изложены столь же «священной, как и невежественной» Древностью, но основная мысль была одна и та же[4]. Для Пифагора Силы были Духовными Сущностями, Богами, независимыми от Планет и Материи, как мы видим и знаем их на Земле, и которые являются Правителями Звездных Небес. Платон представлял планеты движимыми внутренним Правителем (Ректором), единым со своею обителью, подобно «кормчему в своей ладье». Что касается Аристотеля, то он называл этих Правителей «нематериальными сущностями»[5], хотя, подобно всем, кто никогда не был посвященным, он не признавал Богов Существами[6]. Но это не помешало ему признать факт, что планеты и звезды «не были неодушевленными массами, но, истинно, телами, действующими и живыми». Звездные Духи были, как бы «более божественные части своих феноменов» (τά θειότερα τών φανερών[7]).

Если мы начнем искать подтверждения в более современных и научных эпохах, мы увидим, что Тихо Браге признавал в звездах троичную силу – божественную, духовную и жизненную. Кеплер, соединив изречение Пифагора – «Солнце, хранитель Юпитера» и стихи Давида – «Он водрузил свой престол в Солнце» и «Господь есть Солнце» и пр., заявил, что он прекрасно понимает, как пифагорейцы могли верить, что все небесные тела, рассеянные в пространстве, были разумными Сознаниями (facultates ratiocinativae), вращающимися вокруг Солнца, «в котором пребывает чистый дух огня, источник всеобщей гармонии»[8].

Когда оккультист говорит о Фохате, об энергетическом и направляющем Разуме во всемирном, электрическом или жизненном флюиде, он осмеян. Но как теперь доказано, ни природа электричества, ни жизни, ни даже света не понята еще и до сего дня. Оккультист видит в проявлении каждой Силы в Природе действие качества или особого свойства ее Нумена; Нумен, который сам является определенной и разумной Индивидуальностью по другую сторону проявленной, механической Вселенной. Так оккультист не отрицает, наоборот, он будет поддерживать взгляд, что свет, теплота, электричество и пр. являются аффекциями, но не свойствами или качествами материи. Яснее говоря: материя есть условие, необходимый базис или носитель, проводник, sine qua non для проявления этих Сил или посредников на этом плане.

Но для одержания победы оккультисты должны, прежде всего, проверить, насколько обоснован закон тяготения – «Тяготения, Царя и Правителя Материи», под всеми его видами. Для успешного выполнения этого нужно проследить эту гипотезу от времени ее первого возникновения. Для начала, был ли Ньютон первым, кто открыл ее? В «Athenaeum»'e от Янв. 26-го 1867 г. имеются несколько любопытных сведений по этому вопросу. Там говорится:

«Положительные доказательства могут быть приведены в пользу того, что Ньютон все свое знание Тяготения и его законов заимствовал от Бёмэ, для которого Тяготение или Притяжение было первым свойством Природы... ибо его система (Бёмэ) являет нам внутреннюю суть вещей, тогда как современная наука довольствуется рассматриванием их внешней стороны.»

И еще:

«Наука электричества, не существовавшая в то время, когда Бёмэ писал, предначертана в его писаниях. Бёмэ не только описывает все ныне известные явления этой силы, но даже дает нам происхождение, зарождение и рождение самого электричества.»

Таким образом, Ньютон, чей глубокий ум легко читал между строк и проникал в духовную мысль великого Провидца, в ее мистическом изложении, обязан своим великим открытием Якову Бёмэ, питомцу Гениев, Нирманакай'ев, которые охраняли и направляли его, и о ком автор статьи так справедливо замечает:

«Каждое новое научное открытие подтверждает его (Бёмэ) глубокое и интуитивное прозрение в самые сокровенные процессы Природы.»

Открыв закон тяготения, Ньютон для того, чтобы сделать возможным действие притяжения в пространстве, вынужден был, так сказать, уничтожить всякое физическое препятствие, могущее помешать его свободному действию, среди других и Эфир, хотя он более чем предчувствовал его существование. Поддерживая корпускулярную теорию, он установил абсолютную пустоту между небесными телами. Каковы бы ни были его предположения и внутренние убеждения относительно Эфира, и скольким бы друзьям он не поверял своих тайных мыслей, как например, в его корреспонденции с Бэнтлеем – его учения никогда не обнаруживали подобной веры. Если он был «убежден, что мощь притяжения не может быть явлена материей через пустое пространство»[9], то как могло быть, что через столько лет, именно в 1860 году, французские астрономы, например, Ле Кутюрье, боролись бы с «гибельными результатами теории пустоты, установленной великим человеком?» Ле Кутюрье говорит:

«В настоящее время невозможно поддерживать, как это делал Ньютон, мнение, что небесные тела движутся среди огромных пустот пространства... Среди последствий «теории пустоты», установленной Ньютоном, остается лишь слово «притяжение»... Но мы уже видим день, когда слово притяжение исчезнет из научного словаря»[10].

Профессор Уинчелль пишет:

«Эти места (Письмо к Бэнтлею) показывают, каков был его взгляд относительно природы междупланетной среды сообщения. Хотя он заявлял, что небеса «лишены ощутимой материи», в другом месте он это исключал, говоря: «может быть, какие-нибудь очень тонкие испарения, пары и истечения, подымающиеся от атмосферы земли, планет и комет и от такой чрезвычайно разреженной эфирной среды, которую мы описывали в другом месте»[11].

Это только показывает, что даже такие великие люди, как Ньютон, не всегда имели смелость высказывать свои мнения. Д-р Т. С. Хёнт –

«обратил внимание на некоторые места в трудах Ньютона, долго остававшиеся в пренебрежении, из которых видно, что уверенность в существовании такой всемирной, между-космической среды постепенно укрепилась в его уме»[12].

Но никто не обратил внимания на указанные места до 28-го Ноября 1881 года, когда д-р Хёнт прочел свою лекцию «Небесная Химия со времен Ньютона». Как говорит Ле Кутюрье:

«До этого времени господствовала всеобщая идея, даже среди людей науки, что Ньютон, поддерживая корпускулярную теорию, проповедовал теорию пустоты

Без сомнения, эти места долго «оставались в пренебрежении», потому что они противоречили и сталкивались с предвзятыми и излюбленными теориями того времени, пока, наконец, теория волн повелительно не потребовала для своего объяснения «эфирной среды». В этом вся тайна.

Во всяком случае, именно, из этой теории всемирной пустоты, которой учил Ньютон, если и не верил в нее сам, проистекает то великое презрение, которое современные физики выказывают по отношению к древним. Древние мудрецы утверждали, что «Природа не терпит пустоты», и величайшие математики мира – читай западных рас – открыли «заблуждение» древних и высмеяли его. И теперь после долгого времени, современная наука вынуждена, хотя и неохотно, отдать должное Древнему Знанию и, кроме того, восстановить репутацию Ньютона и его способности наблюдения. И это после того, как наука более полутораста лет не обращала внимания на такие важные места в трудах этого великого человека, может быть, потому, что было выгоднее не привлекать на них внимания. Лучше поздно, нежели никогда!

И теперь вновь Отец-Эфир встречается с распростертыми объятиями, обвенчанный с тяготением, соединенным с ним на радость и горе, пока один из них или же оба не будут заменены чем-либо другим. Триста лет тому назад везде была полнота (plenum), потом она превратилась в одну всеобщую печальную пустоту, еще позднее русла звездного океана, высушенные наукою, еще раз покрылись эфирными волнами. Recede ut procedas (отступай, чтобы наступать) должно стать девизом точной науки – «точной», главным образом, в том, что она обнаруживает себя не точной каждый високосный год.

Но мы не будем ссориться с великими людьми. Они должны были вернуться к самым древним «Богам Пифагора и Канады» за самой сущностью своих соотношений и «новейших» открытий, и это подает добрую надежду оккультистам на возможность признания их меньших богов, ибо мы верим в пророчество Ле Кутюрье относительно тяготения. Мы знаем, что приближается день, когда потребуется абсолютная реформа в современных методах науки самими учеными, как это уже сделал сэр Уилльям Гров, член Корол. Общ. Физиков. До этого дня ничто не может быть сделано. Ибо, если завтра тяготение будет низложено, развенчано, то послезавтра ученые откроют какой-нибудь новый вид механического движения[13]. Неровен и крут путь истинной науки и ее дни полны огорчениями духа. Но среди «тысячи» противоречивых гипотез ее, предложенных, как объяснения физических явлений, не было лучшей гипотезы, чем «движение», как бы парадоксально не было оно истолковано материализмом. Как может быть видно из первых страниц этого тома, оккультисты ничего не имеют сказать против Движения[14], Великого Дыхания «Непознаваемого» Герберта Спенсера. Но веря, что все на Земле есть только тень (отображение) чего-то в пространстве, они верят в меньшие «Дыхания», живые, разумные и независящие ни от чего, кроме закона, и которые дышат (веят) во всех направлениях на протяжении манвантарных периодов. Наука отвергает их существование. Но что бы ни было измышлено для замены притяжения, иначе говоря, тяготения, результат будет одинаков. Наука будет так же далека от разрешения своих затруднений, как и сейчас, если только она не придет к какому-нибудь соглашению с Оккультизмом и даже с алхимией; последнее предположение будет принято, как дерзость, но которое, тем не менее, остается фактом. Как говорит Файэ:

«Геологам недостает нечто для того, чтобы создать геологию луны – это быть астрономами. Истинно, не достает также кое-чего и астрономам для того, чтобы с пользою приступить к этому изучению, – это быть геологами»[15].

Но он мог бы добавить с еще большею остротою:

«Чего не достает обоим, это интуиции мистика!»

Вспомним мудрые, «заключительные замечания» сэра Уилльяма Грова о конечной, ультимативной структуре материи или о мельчайших деталях молекулярных движений, которые, по его мнению, человек никогда не будет знать.

«Уже много вреда было принесено попытками, гипотетически расчленить материю и обсудить формы, размеры и число атомов, и их атмосфер теплоты, эфира или электричества. Допустим или нет взгляд на электричество, свет, магнетизм и пр., как на простые движения обыкновенной материи, верно одно, что все прошлые, как и все ныне существующие теории, превращают действие этих сил в движение. Потому ли, что на основании нашего знакомства с движением, мы относим к нему другие состояния (аффекции), как к слову, наиболее удобному и наиболее приспособленному для объяснения их, или потому, что это действительно единственный способ, которым наш ум, противоположный нашим чувствам, способен воспринять материальные посредничества, но верно одно, что со времени, когда мистические представления о духовных или сверхъестественных силах были применены для объяснения физических явлений, все гипотезы, созданные для их объяснения, сводили их к движению».

И затем этот ученый высказывает чисто оккультное утверждение:

«Термин «постоянное движение», которым я довольно часто пользовался на этих страницах, сам по себе двусмыслен. Если бы выдвинутые здесь доктрины были достаточно обоснованы, то каждое движение, в известном смысле, постоянно. В массах, движение которых остановлено взаимным столкновением, зарождается теплота или движение частиц; и таким образом, движение продолжается так, что если бы мы отважились распространить подобные мысли на Вселенную, мы должны были бы предположить одно и то же количество движения, действующее вечно на одно и то же количество материи»[16].

Это, именно то, что утверждает оккультизм и на основании того же принципа, по которому:

«Где сила противопоставляется силе и производит статическое равновесие, существовавшее раньше равновесие нарушается, и начинается новое движение, эквивалентное тому количеству его, которое перешло в стадию потенциальности.»

Этот процесс имеет промежутки во время Пралайи, но вечен и непрерывен, как «Дыхание», даже когда проявленный Космос отдыхает.

Таким образом, предположив, что притяжение или тяготение должно быть отброшено в пользу теории, что Солнце есть огромный Магнит – теория, уже принятая некоторыми физиками – магнит, который, по существующему ныне предположению, действует на планеты, как действует притяжение, то куда и как далеко может это увести астрономов от той точки, где они сейчас находятся? Ни на шаг дальше. Кеплер пришел к этой «любопытной гипотезе» почти 300 лет тому назад. Он не открыл теорию притяжения и отталкивания в Космосе, ибо она была известна со времен Эмпедокла, который назвал эти две противоположные силы «любовью» и «ненавистью» – слова, заключающие в себе ту же самую идею. Но Кеплер дал довольно хорошее описание космического магнетизма. Что такой магнетизм существует в Природе, так же верно, как и то, что тяготения не существует; во всяком случае, не в том виде, как учит наука, никогда не принимавшая в соображение различные способы, в которых двойственная сила, называемая в Оккультизме притяжением и отталкиванием, может действовать в границах нашей Солнечной Системы, в атмосфере Земли и за пределами их в Космосе.

Как писал великий Гумбольд:

«Пространство за пределами Солнца не обнаружило до сих пор ни одного феномена, аналогичного нашей солнечной системе. Это – особенность нашей системы, что материя сгустилась в ней в кольца туманности, ядра которых сгущаются в земли и луны. Я снова повторяю – до сих пор ничего подобного не наблюдалось за пределами нашей планетной системы»[17].

Правда, что с 1860 года, когда возникла теория туманностей, и после дальнейшего ознакомления с нею явилось предположение, что несколько тождественных феноменов могут быть наблюдаемы за пределами Солнечной Системы. Однако великий человек вполне прав; и за пределами нашей Солнечной Системы никакие земли или луны не могут быть найдены из такого же качества материи, какая находима в нашей Солнечной Системе, кроме как по внешности. Таково Оккультное Учение.

Это было доказано самим Ньютоном; ибо много феноменов существуют в нашей Солнечной Системе, относительно которых он сам признался в своей неспособности объяснить их законом тяготения: «таковы были: однообразие в направлениях планетных движений, форма орбит, близкая к кругу, и их замечательная согласованность с общим планом»[18]. И если существует хотя бы одно исключение, то нельзя ссылаться на закон тяготения, как на универсальный закон. «Эти поправки», говорят нам, «Ньютон в своей Общей Схолии называет работою разумного и всемогущего Существа». Разумным это «Существо» может быть, но что касается его «всемогущества», то есть полное основание сомневаться в этом. Бедный же он «Бог», если он должен работать над меньшими деталями и предоставлять наиболее важную работу второстепенным силам! Убогость этого доказательства и логики превзойдена только Лапласом, который, стараясь совершенно правильно заменить «всемогущее Существо» Ньютона Движением, и не зная истинной природы Вечного Движения, видел в нем лишь слепой физический закон. «Разве не может этот порядок быть следствием закона движения?» – спрашивает он, забывая, подобно всем современным нам ученым, что этот закон и это движение образуют заколдованный круг до тех пор, пока природа обоих остается необъяснимой. Его знаменитый ответ Наполеону: «Бог стал ненужной гипотезой», мог быть правильно объяснен только последователем философии Веданты. Он становится чистою нелепостью, если мы исключим вмешательство действующих, разумных и могущественных (никогда не «всемогущих») Существ, которые именуются «Богами».

Но мы хотели бы спросить критиков средневековых астрономов, почему Кеплера обвиняют в крайней ненаучности, тогда как он предлагает то же самое решение, что и Ньютон, только выказывая себя более искренним, более основательным и даже более логичным? В чем заключается разница между «всемогущим Существом» Ньютона и Правителями (Ректорами) Кеплера, его Планетарными и Космическими Силами или Ангелами? Кеплер также подвергается критике за его «любопытную гипотезу, устанавливающую вихревое движение внутри солнечной системы», за его теории вообще и за поддержку идеи Эмпедокла о притяжении и отталкивании, и «солнечный магнетизм» в особенности. Однако, несколько современных ученых, как будет доказано – Хёнт, если исключить Меткафа, д-ра Ричардсона и др., – очень сильно поддерживают ту же идею. Тем не менее, его отчасти извиняют на том основании, что:

«До времени Кеплера определенно не признавалось никакого взаимодействия между массами, которое по своему, происхождению отличалось бы от магнетизма»[19].

Но разве это определенно признано сейчас? Разве проф. Уинчелль претендует на обладание Наукою серьезного знания природы электричества или магнетизма, за исключением того, что оба кажутся результатами какого-то действия, возникающего от неопределенной причины?

Идеи Кеплера, если удалить их теологические тенденции, являются чисто оккультными. Он знал, что:

I) Солнце есть большой магнит[20]. В это же верят некоторые из выдающихся современных ученых, так же как и оккультисты.

II) Солнечная субстанция не материальна[21]. Конечно, в смысле Материи, существующей в состояниях неизвестных науке.

III) Кеплер приписывал постоянное движение и восстановление энергии Солнца и планетного движения непрерывным заботам одного или нескольких Духов. Все древние верили в эту идею. Оккультисты не употребляют слово Дух, но говорят о Созидательных Силах, которых они наделяют разумом. Но мы также можем назвать их и Духами. Нас обвинят в противоречии. Скажут, что отрицая Бога, мы допускаем Души и действующих Духов и цитируем римско-католических ханжей-писателей в поддержку наших утверждений. На это мы отвечаем: мы отвергаем антропоморфического Бога монотеистов, но никогда не отрицаем Божественного Начала в Природе. Мы боремся против протестантов и римских католиков по множеству догматических, теологических верований человеческого и сектантского происхождения. Мы соглашаемся с ними в их вере в Духов и сознательно действующие Силы, хотя мы не обоготворяем «Ангелов», как это делают католики.

Эта теория стала в значительной степени неприемлемой, вследствие допущения в ней «Духа», нежели из-за чего-либо другого. Гершель старший так же верил в нее, как и некоторые современные ученые. Тем не менее, профессор Уинчелль заявляет: «гипотезы, более фантастической и менее согласной с требованиями физических принципов, не предлагалось ни в древности, ни в наше время»[22].

То же самое было сказано некогда об универсальном Эфире, а теперь он не только заставил себя принять, но и выдвигается, как единственная возможная теория для объяснения некоторых тайн.

Идеи Грова, когда он впервые высказал их в Лондоне около 1840 года, были объявлены ненаучными; тем не менее, его взгляды на Соотношение Сил теперь приняты всеми. Вероятно, потребуется кто-нибудь более компетентный в науке, нежели автор этого труда, для того, чтобы с успехом бороться с преобладающими сейчас идеями относительно тяготения и других подобных «решений» Космических Тайн. Но припомним некоторые возражения, исходившие от признанных людей науки, от выдающихся астрономов и физиков, которые отвергали теорию вращения так же, как и теорию тяготения. Так мы читаем во французской Энциклопедии, что «наука в лице всех своих представителей признает невозможным объяснить физическое происхождение вращательного движения солнечной системы».

Если будет задан вопрос: «что рождает вращение?» Нам ответят: «Центробежная сила». А что производит эту силу? – «Сила вращения», таков глубокомысленный ответ[23]. Может быть, следовало бы рассмотреть обе эти теории, как прямо или косвенно связанные между собою.


Сноски


  1. Defin. 8, В. I. Prop. 69, «Scholium».
  2. См. «Modern Materialism», W. F. Wilkinson.
  3. «Притяжение», пишет материалист Ле Кутюрье, «стало для публики тем, чем оно было для самого Ньютона – простым словом, идеей («Panorama des Mondes»), ибо причина его неизвестна.» Гершель, в действительности, высказывает то же самое, когда он замечает, что каждый раз, изучая движение небесных тел и феномены притяжения, он чувствует себя все время проникнутым мыслью о «существовании причин, действующих для нас за завесою и скрывающей их непосредственные действия». («Musée des Sciences», Август, 1856.)
  4. Если нас обвинят за веру в действующих Богов и Духов, при отрицании Личного Бога, мы ответим теистам и монотеистам: допустите, что ваш Иегова один из Элохимов и мы готовы признать Его. Сделайте из него, что вы и делаете, Беспредельного, Единого и Вечного Бога, и мы никогда не примем его под этим аспектом. Племенных Богов было много; Единое, Всемирное Божество есть принцип, абстрактная, основная Идея, не имеющая ничего общего с нечистой работой конечной формы. Мы не идолопоклончествуем перед Богами, мы только почитаем Их, как Существ, превосходящих нас; в этом мы следуем завету Моисея, тогда как христиане не следуют своей Библии и, прежде всего, миссионеры. «Ты не оскорбишь Богов»... говорит один из них – Иегова – в Книге Исход, XXII, 28; но в то же время в стихе 20-ом указано: «Приносящий жертву богам, кроме одного Господа, да будет истреблен». Но в оригинальном тексте сказано не «Бог», но Элохим – и мы готовы принять вызов противоречия – и Иегова есть один из Элохимов, как это доказывается его собственными словами в Книге Бытия, III, 22, и «Господь Бог сказал: вот Адам стал как один из Нас». Следовательно все те, кто поклоняются и приносят жертвы Элохиму, Ангелам и Иегове и те, кто оскорбляют Богов своих ближних, гораздо больше грешники, нежели оккультисты или даже любой теософ. Пока что многие из последних предпочитают верить в того или иного «Господа», и они вполне свободны поступать, как они того желают.
  5. Сравнить «нематериальные виды с деревянным железом» и осмеять Шпиллера, потому, что он говорит о них, как о «бесплотной материи», не разрешает тайны. (См. «Concepts of Modern Physics», стр. 165, et infra).
  6. См. Vossius, том II, стр. 528.
  7. «De Coelo», I, 9.
  8. «De Motibus Planetarum Harmonicis», стр. 248.
  9. «World-Life», проф. Уинчелль, стр. 49, 50.
  10. «Panorama des Mondes», стр. 47 и 53.
  11. Ньютон – «Optics», III. Вопрос 28, 1704; выдержки, приведенные в «World-Life», стр. 50.
  12. Там же.
  13. Если прочесть труды сэра Исаака Ньютона непредубежденным умом, они всегда дадут явное свидетельство в том, как он колебался между тяготением и притяжением, импульсом или еще другой неизвестной причиной для объяснения правильного течения планетарного движения. См. хотя бы его «Трактат о Цвете», том третий, Вопрос 31. Гершель говорит, что Ньютон завещал своим преемникам обязанность вывести все научные заключения из его открытия. Насколько современная наука злоупотребила правом строить свои новейшие теории на законе тяготения, станет ясно, когда мы вспомним, как глубоко религиозен был этот великий человек.
  14. Материалистическое представление, что раз в физике реальное или осязательное движение в чистом пространстве или пустоте невозможно, то и вечное Движение Космоса и в Космосе, рассматриваемом, как беспредельное пространство, есть фикция, еще раз показывает, что такие выражения восточных метафизиков, как «чистое пространство», «чистое Бытие», «Абсолют» и пр. никогда не были поняты Западом.
  15. Из «World-Life», Уинчелль, стр. 379.
  16. «Correlations of Physical Forces», стр. 175.
  17. См. «Revue Germanique», 31-го Дек. I860, Статья – «Lettres et Conversations d'Alexandre Humboldt».
  18. Проф. Уинчелль.
  19. «World-Life», стран. 553.
  20. См. «Astronomie du Moyen Age», Деламбр.
  21. См. «Разоблаченную Изиду», I, 270–271.
  22. «World-Life», 554.
  23. Godefroy, «Cosmogonie de la Révélation».


<< Содержание >>