Блаватская Е.П. - Тайная Доктрина т.1 ст.III шл.8

<div style="color: #555555; font-size: 80%; font-style: italic; font-family: serif; text-align: center;">Материал из '''Библиотеки Теопедии''', http://ru.teopedia.org/lib</div>
Перейти к: навигация, поиск

СТАНЦА III (продолжение)

8. Где был зародыш? и где ныне была тьма? где дух пламени, горящего в твоем светильнике, о Лану? Зародыш есть то, и то есть свет, белый, блистающий Сын Отца, во тьме сокрытого.


Ответ на первый вопрос подсказан вторым, который является ответом Учителя ученику и содержит в одной фразе одну из самых существенных истин Оккультной Философии. Он указывает на существование вещей, неразличимых нашими физическими чувствами, но которые имеют гораздо больше значения и являются несравненно более реальными и более постоянными, нежели те, которые воспринимаются этими самыми чувствами. Прежде чем ученик может надеяться понять трансцендентальную метафизическую проблему, заключенную в первом вопросе, он должен быть в состоянии ответить на второй вопрос; ибо именно ответ, данный им на второй, снабдит его ключом для правильного ответа на первый.

В санскритских комментариях на эту Станцу, термины, употребляемые для сокрытого и неуявленного Принципа, многочисленны. В самых ранних манускриптах индусской литературы, это Неуявленное, Абстрактное Божество не имеет имени. Обычно оно называется «ТО» (Тат по санскритски) и означает все, что есть, было и будет, или то, что может быть так постигнуто человеческим умом.

Среди таких данных наименований – конечно, только в Эзотерической Философии – как «Непознаваемая Тьма», «Вихрь» и т. д., оно также именуется «Оно от Калахансы», «Калахам-са» и даже «Кали Хамса» (черный лебедь). Здесь буквы м и н переходят одна в другую и обе звучат, как носовые французские am или an. Как в еврейском языке, так и в санскритском, многие из сокровенных, священных имен звучат на слух профана, как самое обычное и часто простонародное слово, ибо оно сокрыто анаграмматически или другим способом. Именно, слово Ханса или Хамса представляет собою подобный случай. Хамса эквивалент «А-хам-са» – три слова, означающие – «Я есмь Он»; разделенное же другим способом, оно будет прочтено как «Со-хам» – «Он (есть) Я»; В этом одном слове для того, кто понимает язык мудрости, заключена Мировая Тайна, доктрина тождественности естества человека с Божественным Естеством. Отсюда глиф и аллегория о Кала Ханса (или Хамса) и наименование, данное Браману (не проявленному), а позднее Браме мужского начала, «Хамса-вахана», «тот кто пользуется Хамса, как своей повозкой». То же слово может читаться, как «Калахам-са» или «Я есмь Я в вечности времен», соответствуя Библейскому выражению или, вернее, Зороастра – «Я есмь то, что Я есмь». Та же Доктрина встречается в Каббале, как свидетельствует следующая выдержка из неопубликованного манускрипта S. Liddell McGregor Mathers, ученого каббалиста:

«В еврейской Каббале три местоимения אוה,התא ,ינא Ху, Ата, Ани – Он, Ты, Я – употребляются для символизирования идей Макропросопуса и Микропросопуса. Ху – «Он» применяется к тайному и сокрытому Макропросопусу; Ата – «Ты» к Микропросопусу; и Ани – «Я» к последнему, когда он представлен говорящим. (Cм. Lesser Holy Assembly 204 et seq.) Следует отметить, что каждое из этих имен состоит из трех букв, из которых буква Алеф א А составляет заключение первого слова Ху и начало Ата и Ани, являясь как бы соединительным звеном между ними. Но א является символом Единства и, следовательно, неизменной Идеи Божественности, действующей посредством их всех. Но позади א в имени Ху стоят буквы ו и ה, символы чисел Шести и Пяти, Мужского Начала и Женского Начала, Шестигранник и Пентаграмма. И числа этих трех слов Ху, Ата и Ани суть 12,406 и 61, которые вновь появляются в основных числах 3, 10 и 7 в Каббале Девяти Покоев, являющейся формою пояснительного правила Темура.

Бесполезно пытаться объяснить тайну во всей ее полноте. Материалисты и современные ученые никогда не поймут это, ибо для того, чтобы получить ясное представление этого, нужно, прежде всего, допустить предпосылку всепроникающего, вездесущего, вечного Божества в Природе; во вторых, проникнуть в тайну электричества, в его истинную сущность; и в третьих, допустить, что человек есть семеричный символ на земном плане Единой, Великой Единицы, Логоса, который Сам есть семигласный знак, Дыхание, кристаллизованное в Слово[1].. Тот, кто верит во все это, должен также верить в многочисленные комбинации семи планет Оккультизма и Каббалы с двенадцатью знаками Зодиака; и приписывать, как это делаем мы, каждой планете и каждому созвездию влияние, которое, по словам Эли Стар (французского астронома), «присуще им, и оно или благотворно, или зловредно в соответствии с планетным духом, управляющим ими, который, в свою очередь, способен влиять на людей и вещи, находящиеся в гармонии с ним и с которыми он имеет сродство». В силу этих причин, а также вследствие малочисленности верующих в выше изложенное, все, что может быть теперь сказано, это, что в обоих случаях символ Хамса (будь-то Я, Он, Гусь или же Лебедь), – важный символ, изображающий, среди других вещей, Божественную Мудрость, Мудрость во Тьме, за пределами человеческой досягаемости. Для всех экзотерических целей Хамса, как это известно каждому индусу, есть легендарная птица, которая, когда ей дали (в аллегории) в пищу молоко, смешанное с водою, разъединила их, выпив молоко и оставив воду, выказав тем присущую ей мудрость – молоко, будучи символом духа, а вода материи.

Что эта аллегория очень древняя и относится к самому раннему, архаическому периоду, доказывается упоминанием в Бхагавата Пурана о некоторой касте, называвшейся Хамса или Ханса, которая являлась «единой кастой», par excellence, когда в далекие времена, в тумане забытого прошлого, среди индусов была лишь «Одна Веда, Одно Божество, Одна Каста». Есть также горная цепь в Гималаях, описанная в старых книгах, как расположенная к северу от Вершины Меру, называемая Хамса и связанная с эпизодами, относящимися к истории религиозных мистерий и посвящений. Что же касается Калахамсы, как предполагаемого Носителя Брамы-Праджапати в экзотерических текстах и переводах востоковедов, то это ошибка. Браман (непроявленный) именуется ими Кала-Хамса, а Брама Мужского Начала, Хамса-Вахана, ибо, поистине, «Его Носитель есть Лебедь или Гусь»[2]. Это чисто экзотерическое толкование. Если эзотерически и логически Браман-бесконечный есть все то, что описывается востоковедами, согласно же Ведантическим текстам он является абстрактным Божеством, без приписывания ему каких-либо человеческих свойств, и в то же время утверждается, что он или оно называется Калахамса – то как же может он стать Ваханом Брамы, проявленным и конечным Богом? Как раз наоборот. «Лебедь или Гусь» (Хамса) есть символ мужского или временного Божества, Брамы, эманации изначального Луча, который служит носителем или Вахан'ом для Божественного Луча и который иначе не мог бы проявиться во Вселенную, будучи, иносказательно, сам по себе эманацией Тьмы – во всяком случае, для нашего человеческого разумения. Следовательно, именно Брама есть Калахамса, а Луч – Хамса-вахана.

Что касается до избрания такого странного символа, то он очень изобразителен; истинное мистическое значение его есть представление Всемирной Утробы, изображаемой Предвечными Водами Бездны, или раскрытия для принятия и затем для последовательного исхождения Единого Луча (Логоса), содержащего в себе семь других Лучей или творящих Сил (Логосы или Строители).

Отсюда избрание розенкрейцерами своим символом водяной птицы – лебедя или пеликана[3] – с семью птенцами; символ, измененный и принятый в религии каждой страны. Эйн-Соф име нуется «Огненной Душой Пеликана» в Книге Чисел[4].. Проявляясь с каждой Манвантарой, как Нараяна или Сваямбхува, Самосущий, он проникает в Мировое Яйцо и при окончании божественной инкубации исходит из него, как Брама или Праджапати, прародитель будущей Вселенной, в которую он развертывается. Он есть Пуруша (Дух), но он также Пракрити (Материя). Потому только после разделения его на две половины, – на Брама-Вак (Женское начало) и Брама-Вирадж (Мужское начало) – Праджапати становится Брамою мужского пола.


Сноски


  1. Это опять тождественно доктрине Фихте и германским пантеистам. Первый почитает Иисуса, как великого Учителя, утверждавшего единство духа человека с Богом-Духом или Всемирным Принципом (доктрина Адвайты). В Западной Метафизике трудно найти какое-либо представление, которое не было бы уже предвосхищено Восточной Философией. От Канта до Герберта Спенсера все есть лишь более или менее искаженный отзвук Двайты, Адвайты и Ведантических Доктрин вообще
  2. Сравни Dowson's «Dictionary of Hindu Mythology» p. 57.
  3. Дело не в том, каков будет род птицы – лебедь, гусь или пеликан, ибо эта водяная птица, подобно Духу, носящаяся или движущаяся над водами, и затем выявляющаяся из этих вод, чтобы дать рождение другим существам. Истинное значение символа восемнадцатой степени розенкрейцеров означает именно это, хотя позднее оно было опоэтизировано в материнское чувство пеликана, разрывающего грудь, чтобы накормить своею кровью своих семь птенцов.
  4. Причина, почему Моисей запрещает употреблять в пищу пеликана и лебедя (Второзаконие XIV, 16, 17.), помещая обоих среди нечистых птиц, и разрешает – «саранчу, жуков и стрекоз всякого рода» (Левит – XI, 22.), чисто физиологическая и имеет отношение к мистической символике только в том, что слово «нечистое», так же, как и всякое другое, не должно быть понято буквально, ибо оно эзотерично, как и все остальное, и может также означать «священный», как и обратное. Это очень показательное замаскирование в связи с некоторыми предрассудками – так, например, среди русского народа, который не употребляет в пищу голубей, не потому, что они нечистые, но потому, что по писанию «Святой Дух» явился в виде голубя


<< Содержание >>